Ищейки в Риге

Манкелль Хеннинг

— А не пора ли уже иметь? — спросил он.

— Это мое дело, — ответила она.

Затем они начали переругиваться, стараясь не повышать голос. Сколько можно менять место учебы, говорил Валландер, не пора ли определиться, а Линда отвечала, что уже достаточно взрослая, чтобы делать то, что хочет.

И тут вдруг Валландер заметил, до чего она на него похожа. Чем именно, он не смог бы сказать, но ясно ощутил: дочь словно бы говорит его собственными словами. История повторяется, подумал он: разговор с дочерью напомнил ему собственные сложные отношения с отцом.

Они пили вино, ужинали не торопясь. Постепенно напряжение и раздраженность исчезли. Валландер

рассказывал о предстоящей поездке и на какое-то мгновение подумал, вдруг Линда захочет поехать с ним. Время шло быстро, и, когда он расплатился по счету, было уже за полночь. Несмотря на то, что вечер стоял холодный, они прогулялись до гостиницы пешком. Затем сидели у него в номере и болтали до начала четвертого. Когда Линда наконец ушла к себе, Валландер подумал, что, несмотря на плохое начало, они хорошо провели вечер. Но все же что-то вселяло в него неуверенность. Он никак не мог отделаться от приглушенной тревоги: он еще не знает, что станется в жизни с его дочерью.

Когда на следующее утро Валландер выехал из гостиницы, Линда еще спала. Он заплатил за ее номер и написал ей короткую записку, которую портье пообещал передать.

Он очнулся от воспоминаний, когда молчаливая пожилая пара вышла из зала. Новых посетителей не было. Только мужчина с чашкой чая остался на месте. Валландер взглянул на часы. До того как за ним заедет полковник Путнис, оставался еще час.

Комиссар заплатил по счету, быстро перевел сумму в доллары и понял, что его заказ оказался очень дешевым. Вернувшись в номер, он проглядел взятые с собой документы и снова начал вникать в расследование дела, которое, казалось, уже навсегда осело в архиве. И даже вдруг почувствовал запах крепких сигарет, которые курил майор.

В четверть седьмого в дверь постучал полковник Путнис. У гостиницы их ждала машина, они поехали по темному городу к Управлению внутренних дел города Риги. Прохожие на улицах попадались лишь изредка. К вечеру резко похолодало. Улицы и площади города освещались плохо, и Валландеру почудилось, будто он смотрит на бумажные декорации в театре теней. Они проехали через крытые ворота и остановились в месте, напоминающем внутренний двор какого-то замка. Полковник Путнис всю дорогу молчал, а Валландер продолжал ждать объяснения, зачем его вызвали в Ригу. Они шли по пустынным гулким коридорам, спустились вниз по лестнице и снова шли по коридору. Наконец они остановились у двери, которую полковник Путнис отворил не постучавшись.

Курт Валландер шагнул в большую, теплую, но плохо освещенную комнату. Главным ее убранством был овальный стол, обитый зеленым сукном. Вокруг стола стояло двенадцать стульев, а на зеленом сукне — графин с водой и стаканы.

В темной глубине комнаты стоял человек. Когда Валландер вошел, тот повернулся и подошел к нему.

— Добро пожаловать в Ригу, — сказал человек. — Мое имя Юрис Мурниерс.

— Полковник Мурниерс и я вместе ведем дело о расследовании убийства майора Лиепы, — пояснил Путнис.

Валландер уловил напряженность между двумя полковниками: на нее указывало что-то в интонации Путниса. За коротким обменом репликами скрывалось что-то еще. Но, что именно, Валландер не понял.

Полковнику Мурниерсу было лет пятьдесят. Коротко стриженные седые волосы, лицо бледное и одутловатое, как у диабетика. Он был невысок и двигался, как заметил Валландер, совершенно бесшумно.

Еще один кошачий хищник, отметил Валландер. Два полковника, два кота, оба в серой форме.

Валландер и Путнис повесили пальто и сели за стол. «Конец ожиданию, — подумал Валландер. —

Что же случилось с майором? Сейчас я все узнаю».

Слово взял Мурниерс. Валландер заметил, что полковник сел так, что его лицо по большей части оказывалось в тени. Голос, обращавший к шведскому следователю хорошо построенные английские фразы, казалось, шел из бесконечной тьмы. Полковник Путнис смотрел прямо перед собой с таким видом, будто не давал себе труда эти фразы слушать.

Но терпение Валландера было наконец вознаграждено, и он узнал, что произошло с майором Лиепой.

— Дело крайне загадочное, — произнес Мурниерс. — В тот же день, как майор вернулся из Стокгольма, он представил рапорт мне и полковнику Путнису. Мы сидели в этой комнате и обсуждали преступление. Майор Лиепа собирался взять на себя дальнейшее расследование. Мы закончили где-то в пять. Затем, как мы знаем, майор Лиепа сразу поехал домой к жене. Они живут позади Домского собора. Жена сказала, что майор вел себя как обычно. Конечно, он радовался, что вернулся домой. Они поужинали, и Лиепа рассказал о том, что видел в Швеции. Видимо, вы, комиссар Валландер, произвели на него очень хорошее впечатление. Где-то около одиннадцати зазвонил телефон. Майор Лиепа собирался идти спать. Жена не смогла определить, кто звонил. Но майор оделся и сказал, что должен немедленно поехать в Управление внутренних дел. Она совсем не удивилась. Возможно, Лиепа расстроился, что его вызвали в тот же вечер, едва он вернулся из заграничной командировки. Он не пояснил, кто звонил и по какому поводу его вызывают так поздно.

Мурниерс умолк и потянулся к графину. Валландер взглянул на Путниса, который по-прежнему смотрел прямо перед собой.

— Последующие события совершенно неясны, — продолжал Мурниерс. — Рано утром тело майора Лиепы обнаружили портовые рабочие в Даугавгриве — так называется дальний район города, примыкающий к порту. Майор лежал мертвый на берегу. Позднее мы смогли установить, что ему проломили голову каким-то твердым предметом, возможно, стальной трубой или деревянной дубинкой. Согласно данным нашей медицинской экспертизы, майора убили через час, самое большее через два часа, после того, как он вышел из квартиры. В общем-то это все, что мы знаем. Никто не видел ни как он выходил из дома, ни как пришел в порт. Все это крайне загадочно. В нашей стране убийство милиционера — это небывалый случай. И уж тем более такого ранга, как Лиепа. Конечно, мы очень хотим, чтобы преступники были схвачены как можно скорее. — Мурниерс умолк и снова утонул в тени.

— И конечно, никто не звонил и не просил майора приехать сюда, — сказал Валландер.

— Нет, — тут же ответил Путнис. — Это мы проверили. Дежурный капитан Козлов подтвердил, что никто не звонил майору Лиепе.

— Тогда остается два варианта, — сказал Валландер.

Путнис кивнул:

— Или он солгал своей жене. Или его обманули.

— В последнем случае он должен был узнать голос, — сказал Валландер. — Либо звонивший должен был говорить так, чтобы ввести его в заблуждение.

— Мы тоже так думаем, — кивнул Путнис.

— Конечно, мы не можем исключать, что между его работой в Швеции и убийством существует связь, — заметил Мурниерс из темного угла. — Мы не можем исключать ничего. Именно поэтому мы попросили помощи у шведской полиции. У вас, комиссар Валландер. Мы будем благодарны за все мысли и предположения, которые могут быть нам полезны. Вы получите любую помощь, которая вам потребуется. — Мурниерс поднялся. — Думаю, на этом мы можем сегодня закончить, — сказал он. — Я понимаю, что вы очень устали с дороги, комиссар.