Ищи ветра в поле
Шрифт:
Красные брови простирались до висков, ярко синели полукружия теней, скулы украшали аккуратные малиновые кружочки, а все остальное место на лице занимал рот. Весь макияж был выполнен фломастерами, и Василисе не пришлось долго думать, чем же занимались притихшие внучки, пока она готовила кашу красоты.
– Люся, приходили девочки – Катенька и Надя, а ты спала такая бледненькая, серенькая… Девочки решили внести немного красок. Ну что с них взять – дети.
– Красок?! А теперь я похожа на взбесившегося глухаря!
– А если судить по рту, так больше на акулу… Я хотела сказать: сравнения всякие можно найти, но ведь главное –
– Конечно, стоит на меня взглянуть, и сразу станет ясно: душа болеет. Я вся прямо душевнобольная, – уже тихо шмыгала носом Люся.
Василиса молча принесла ей кота и сунула на колени. Финли обладал удивительной способностью успокаивать нервы. С «красотой» удалось расстаться только к вечеру. Приведя наконец себя в достойный вид, подруги направились на встречу с Кадецкой Ириной Григорьевной. Она поджидала их в небольшом кафе, которое раньше называлось просто кулинарией. Еще шагов за сто, превратившись в степенных дам, они прекратили легкомысленно улыбаться, переругиваться и семенить. Впервые подруги шли на сотрудничество с настоящим, государственным сыскарем. Конечно, Кадецкая хотела предложить им именно это, иначе зачем было бы назначать встречу невесть где.
Глава II
ЗАГАДКИ ДЛЯ «КУРИНЫХ» МОЗГОВ
– Здравствуйте. Кадецкая Ирина Григорьевна. – Следователь протянула для приветствия узкую и крепкую ладонь.
– Василиса Олеговна, – проникновенно произнесла Василиса. Люся тоже хотела представиться, но подруга продолжала: – Давайте не будем терять время на лишние слова, перейдем сразу к делу. Нас очень тревожит то обстоятельство, что в районе кто-то беспрестанно убивает беззащитных старушек. Мы возмущены, негодуем и, прямо скажем, решили всерьез заняться этим делом.
– Вы?! – поползли вверх брови Кадецкой, но она успешно взяла себя в руки. – Извините, не удержалась. Просто не совсем привычно, когда старики так бесстрашно идут на риск.
– Мы не старики и даже не старушки, – встрепенулась Люся. – Вернее нас называть просто опытными женщинами.
– Я не хотела вас обидеть, поверьте. Еще раз извините. Итак, вы хотите самостоятельно раскрыть преступление… – потемнела лицом Кадецкая. – Это будет непросто. Боюсь, что в этом деле одного вашего опыта маловато. Нужна точная информация, техника, да и просто люди. Не истолкуйте мои слова превратно. Я совсем не запрещаю вам искать убийцу, напротив, считаю, что вы можете существенно облегчить работу профессионалов. Хочу даже предложить вам помощь. Могу вам доставлять любую информацию, которая потребуется. В разумных рамках, естественно. А вы будете мне раз в неделю сообщать, какие у вас успехи. Согласны?
– Конечно! – радостно подпрыгнула Люся.
– Только скажите, Ирина Григорьевна…
– Можно просто Ирина, – махнула рукой Кадецкая.
– Так вот, Ирина, а вам это зачем? – недоуменно уставилась на нее Василиса. – Насколько мне известно, ваше начальство не слишком приветствует такое кураторство.
Ирина опустила голову и стала нервно рыться в сумочке. Достав пачку сигарет, она нервно закурила и сощурилась от дыма.
– Первой, кого убил этот мерзавец, была моя мать… Надеюсь, теперь ясно, почему я хочу его отыскать любыми путями и как можно быстрее. Только, видите ли, у правоохранительных органов частенько бывают связаны руки целой кучей запретов.
А найти его надо, и это получается быстрее, если не придерживаться никаких
– Нам нужны данные последних двух жертв, – деловито проговорила Василиса. – Имена, фамилии, где живут… жили.
– Я знала, что они вам понадобятся. Вот. – Ирина протянула подругам листок. – Здесь, кстати, сведения обо всех жертвах. На всякий случай.
Люся выхватила бумагу и сунула в сумочку. Ей совершенно не хотелось выглядеть бесплатным приложением к Василисе, а подруга, как назло, не дает слова вставить.
– Что-нибудь еще? – спросила Кадецкая.
– Есть у вас какие-нибудь первые предположения? – опять взяла инициативу в свои руки Василиса.
– Пока сказать сложно. Единственное, что известно точно, так это, что убивали не с целью ограбления. А над остальным… сейчас только и началась самая работа. Думаем.
– Когда мы встретимся с вами в следующий раз? – поинтересовались новоявленные сыщики.
– Через неделю. В субботу. В семь на этом же месте. Вот телефон моего сотового. На работу звонить не следует, это не всегда удобно, а на сотовый, если даже ответить не смогу, перезвоню, когда получится, – на табло останется ваш номер. Что вы намерены делать в первую очередь?
– Да мы уже на сва… – начала было докладывать Люся, но Василиса, уже, верно, в тысячный раз, ее перебила.
– Поработаем над вашим листком, выстроим план работы, а потом, собственно, и приступим. Будем исходить из ситуаций.
Речь Василисы Олеговны была такой четкой, деловой и убедительной, что даже Люся слушала ее с интересом.
– Хорошо, тогда до встречи, – поднялась Кадецкая и прошествовала к выходу.
Подружки, как приклеенные, остались сидеть на месте. «Куры», как называли подруг соседские старушки, получили новую информацию, и надо было всерьез подумать над тем, что делать дальше.
– Женщины, будете что-нибудь заказывать? – ожил вдруг парнишка за стойкой. – Зря места не занимайте.
Люся с Василисой переглянулись. Никого, кроме них, в кафе не было, но парень смотрел с таким высокомерием, что Люсенька закинула ногу на ногу и, отвалившись на спинку стула, промяукала:
– Заказывать? Принеси-ка нам, любезный, по чашечке кофе… да кофе, а не помоев. И парочку пирожных, посмотрим, как у вас кулинария работает.
Сейчас для пущего эффекта надо было выудить из сумки длинную, тонкую сигарету и пустить этому напыщенному официанту струйку дыма, желательно прямо в глаза, чтобы не забывался. Однако дамы, к сожалению, не курили, и Люсенька просто с самым надменным видом качала тощей ножкой.
Парнишка оторопел, потом хмыкнул и принялся накладывать бисквитные кусочки на разовые тарелочки.
– Ну а теперь рассказывай, – откусила Люся сразу половину лакомства, – почему ты меня каждый раз затыкала?
– Понимаешь, эта Ирина такая милая… В ходе следствия появляются подробности, которые родным слышать больно, тяжело, да и просто неприятно. Ей и так приходится с этим сталкиваться по роду службы, вот я и подумала, может, хоть мы оградим ее от лишних переживаний. А что? Сами раскроем преступления, а ей принесем уже готовые факты – вот, мол, получите убийцу, можете растерзать его на куски. А вот и доказательства его виновности. Ты же не против такого благородного поступка? – уставилась взглядом удава Василиса на хрупкую Люсю.