Искатель, 2002 №3

Родионов Станислав Васильевич

Подруга Татьяны Пашковой явилась с опозданием на полчаса. Замечания я не сделал, потому что вошла высокая статная дама. Первое, что бросилось в глаза — ее взгляд, чего-то требовавший. В транспорте таким уступают место, и я поскорее предложил ей стул. Взамен молча получил ее паспорт: Ванилла Оттовна Штрейс. Пока записывал адрес и другие данные, очень хотелось спросить, не происходит ли ее имя от слова ванилин.

— Работаете?

— Юристом.

— Адвокатом?

— Заведующая юротделом фирмы.

—

Солидно, — подтвердил я не столько ее слова, сколько внушительный тон.

На ней было черное какое-то расклешенное пальто с воротником-лапшой и лаковые сапоги на шпильках. Широкая бархатная лента — разумеется, черного цвета — прижимала пружинистые темные волосы. Я понял, почему все черное — из-за влажных глаз, словно налитых мазутом.

— Давно дружите с Пашковой?

— Вместе учились в школе.

— Что о ней скажете? — спросил я, допуская, что ничего не скажет.

— Танька всегда стремилась жить спокойно и комфортно. Говорила, не хочу ничего понимать и ни во что вникать.

— Теперь ее жизнь спокойной не назовешь, — удивился я.

— Это после романа с Маратом.

— Который Рыба?

— Не сказала бы…

— Я имею в виду его гороскоп.

— Марат — это комок ума и воли.

— И ушел от Пашковой, потому что она по гороскопу Дева?

Ванилла показала мне отменные белые зубы — улыбнулась, значит. Я понял, что сморозил глупость, но эта глупость не моя, а Пашковой.

— Марату не нужен менеджер на кухне.

— Какой менеджер?

— Домохозяйка.

— Она же, дизайнер…

Похоже, мое непонимание забавляло Ваниллу. Улыбку она так и не убрала. Красивая женщина: четкий прямой нос, овальные глаза цвета мазута — и все черное. Не все — зубы белые и какие-то пластинчатые. Она предложила мне поразмышлять:

— Посудите сами, должности у нее нет, зарплата мизерная, квартира однокомнатная, автомобиля нет.

— Разве дело в этом? — перебил я.

— Не в этом, — мгновенно согласилась она. — Дело в престиже. Любят женщин самостоятельных.

— Представляю, к какой он ушел. Наверное, к министерше или к народной артистке…

— Ко мне, — с вызовом бросила она.

В моей голове вышла небольшая заминка. Нет, эта женщина некрасива. Все в лице правильно: черно-маслянистые глаза, прямой нос, пружинистые волосы… Но маленькие скомканные губы, как накрашенная пухлая пельменина.

— Пашкова знает, что Марат ушел к вам?

— Но от меня он тоже ушел.

— Теперь к кому?

— По-моему, ни к кому.

— Пашкова непрестижна. А вы чем ему не угодили?

— Хотела семью и детей.

Тут яснее ясного: полно мужиков, которые боятся семейных уз, как пистолетного выстрела. Особенно пугают дети. Дорожат свободой ходить вечерами в баню, пить пиво, заскакивать в клубы и разъезжать в иномарках. Отсюда появились бойфренды. Непонятнее

с Пашковой…

Я, конечно, знал, что богатые не дружат с бедными, молодые со старыми, здоровые с больными, а умные — с дураками. Но эта идиотская закономерность нарушалась любовью: мне казалось, что мужчине плевать на социальное положение женщины — их любят не за престижность. Хотя Рябинин утверждает, что парень с высшим образованием непременно женится только на девушке с высшим образованием.

— Татьяна ест толченый жемчуг, — неожиданно поделилась Ванилла.

— Зачем?

— Чтобы кожа сохраняла белизну.

— Теперь в моде загар.

— Татьяна ждет, что Марат к ней вернется.

— А он вернется?

— Вряд ли.

— А к вам?

— Не знаю.

Оно, конечно. Но ведь Марат мог к Пашковой заглядывать, так сказать, в разовом порядке.

Я не решался эту солидную даму двадцати пяти лет назвать по имени.

— Ванилла Оттовна, мог Марат иногда посещать Татьяну?

— Это исключено.

— От кого же она забеременела? — перестал я ходить вокруг да около.

— Не знаю.

— Давние подруги — и не знаете?

— Она что-то говорила про инопланетянина. — Настроение Ваниллы заметно переменилось. Если и был интерес к разговору, то теперь начисто пропал. Она даже на часы глянула, сверкнувшие перламутром. И то: кому приятно выдавать тайны подруги?

— А вы про инопланетянина поверили?

Ванилла приосанилась независимо.

— Некорректный вопрос. Все верят, а я должна сомневаться?

Сильнее аргумента «как у всех» я не знаю. Но у нее был, кажется, и другой: из бархатной сумочки Ванилла достала газету и показала мне подчеркнутую заметку. «Американская фирма «НЛО эбдакшен иншуренс» страхует на десять миллионов долларов лиц, похищенных НЛО…» Уже застраховалось полторы тысячи клиентов. Меня умилил совет похищенному запомнить бортовой номер НЛО. Я кивнул.

— Дельный совет. Вот Пашкова бортовой номер не запомнила, и мне теперь мучайся.

Ванилла не улыбнулась. Почему гуманитарии чаще верят в чудеса, чем технари? Говорить дальше было не о чем. В конце концов, я не допрашиваю, а беру всего лишь объяснение.

Командировки разнообразят жизнь. Кроме моей. Я лишь переместился в пространстве: те же прокуренные кабинеты, пьяные квартиры, окровавленные трупы… Я помог ребятам ликвидировать банду, опутавшую районный городок.

Отказавшись от самолета, отдохнул лишь в поезде — там разнообразие…

Молодой предприниматель, ловит на Ладоге рыбу и поставляет в рестораны, ездил в столицу за кредитами, хочет купить второй катер…

Еще двое деловых парней всю дорогу говорили о процентах, долларах, сэмплинге и о противопожарных устройствах, которыми они торгуют…