Искра
Шрифт:
Но пока везло только нам: Матвею удалось подрубить одну из лап. К сожалению, целых оставалось еще семь, и на подвижности твари это никак не сказалось. Разве что она разъярилась сильнее. Хелицеры заскрежетали, внося нотку диссонанса в музыкальный перезвон. А одной из целых лап паучиха попала по Василию. Вскользь, но этого хватило, чтобы его снесло на пару метров и приложило головой о попавшийся валун.
Мужики перекрикивались, но голоса Василия сейчас там не было. И лежал он так нехорошо, неподвижно. Вот черт. Этак она сейчас
— На брюхе пятно! — крикнул я. — В него бы!
— Хоть секунду бы на месте постояла, с-сука, — выругался обычно молчаливый Тихон, который уже потратил половину болтов.
— Секунду обеспечу! — крикнул я. — Но не больше. На счет три. Раз! Два! Три!
На последнем слове я выпустил Удушающую тень, которая закрутила отбрасываемый музыкантшей силуэт на земле вокруг места, где должна была быть у твари шея. Паучиха замерла, и я отправил теневую стрелу в то пятно, что приглядел. Чуть позже моего заклинания в то же место врезался болт Матвея и взорвался, в этот раз уже внутри туши.
Паучиха вместо того чтобы свалиться на землю, подергать ногами и сдохнуть, особенно противно заскрежетала хелицерами, и это послужило сигналом. Из расщелин на нас ринулось множество мелких паучков-детенышей. Ну как мелких: относительно мамаши разве что, а так они достигали размера хорошо откормленной кавказской овчарки. А еще, относительно мамаши, они прекрасно рубились и взрывались, так что атака с их стороны прошла без особого успеха, а там и музыкантша после пары взрывных болтов наконец закачалась и рухнула, заодно облегчив нашу участь, потому что придавила собой пару недобитых отпрысков.
Демин огляделся и, не увидев ничего шевелящегося, бросился к Василию, по дороге доставая из-за пояса склянки с зельями. Остальные принялись осматривать мелких пауков и при необходимости проводить контрольное добивание. Присоединился к ним и я и даже выявил одного притворившегося мертвым мелкого паучка. После моей помощи притворяться ему больше не было необходимости.
Со стороны Демина послышался разговор его и Василия, и я окончательно расслабился: все выжили.
— Вась, ты как? — крикнул Тихон.
— Живой, вроде. А музыкантша?
— Вроде, дохлая, — облегченно рассмеялся Матвей.
Тем не менее к паучихе пока подходить не торопились, из опасений, что тоже притворяется. Ходили вокруг и присматривались. Скоро к нам присоединились и Демин с Василием. Последний кривился при резких движениях, но двигался довольно бодро. Зелье еще работать не закончило, так что еще минут десять-пятнадцать — и все неприятные ощущения должны пропасть.
— Логово бы ее осмотреть… — сказал Демин.
— Не опасно? — уточнил Матвей.
— Она всех крупняков разогнала. А мелочь сама шугается от таких подальше.
— Смогу, — ответил я.
— Тады счас с Матвеем идешь смотреть логово, а потом заряжаешь. А мы, — он вздохнул, — начинаем потрошить. Не зря я с собой зелий-то набрал. Как чувствовал. Но назад идем сразу после сбора. Нельзя Петру в глубину пока идтить.
— Думаете, незаметности не хватило на эту дуру? — понял я.
— Сильна слишком, — кивнул он. — Дальше попремси, можешь других приманить. Не будем рисковать. Как докачаешь незаметность до десятки — можно будет на дневной переход удаляться. Седни точно назад, и в быстром темпе.
Причины были понятны и без дополнительных вопросов, так что я кивнул и пошел с Матвеем искать логово — судя по выскочившим паучкам, оно должно было находиться недалеко. Так и было: нам даже кружить не пришлось, прошли метров десять и обнаружили вход в пещеру, где нашлась свежая кладка и с десяток коконов. Кладку Матвей полностью переложил в свои контейнеры, а коконы разрезал поперек, выбрасывая оттуда содержимое. Скорее всего, внутри были полупереваренные другие твари зоны, потому что коконы все были небольшие, человека бы не вместили.
Пока Матвей этим занимался, я осматривал пещеру при Шаре Света, так как Матвей сказал, что здесь непременно должны найтись кристаллы, и много. Осмотр принес плоды: кроме приличного количества кристаллов, забивших под завязку три мешочка, я нашел разрозненные артефакты, явно из разных наборов, и арбалет. Последний, несмотря на порванную тетиву, был классом повыше, чем у Тихона. Может, даже Верховцеву принадлежал. По официальной версии, он погиб далеко отсюда, но мало ли… На всякий случай я запустил поиск осколков, но он не дал даже слабого отклика.
— Артефакты нашел, — сообщил я Матвею.
— Не с гербами? — забеспокоился он. — Если с гербами, бросай на фиг. С дворянскими цацками лучше не связываться. Даже если они полезные и дорогие.
Я осмотрел и арбалет, и артефакты, но гербов на них не было, только клейма разных производств. Я их перечислил, и Матвей не нашел ничего опасного.
— А шелк с коконов не рассыплется, когда из зоны выйдем? — спросил я у Матвея, который закончил с коконами раньше, чем я с осмотром пещеры.
Удивляло, что артефакты были, но даже крошечной косточки нигде не валялось, не говоря уже о клочках одежды. Ладно, кристаллы — они могли с тварей нападать, но артефакты? Не притаскивала же их сюда паучиха без владельцев?
— Дык, у Егора зелья припасены. Не хватит — посидит кто-то у границы, пока за дополнительными сбегают. В контейнеры они точно не влезут, а зелья — хоть какая-то защита. Не впервой уже.
— Грохали музыкантш и раньше? — удивился я.
— Ты че? — хмыкнул Матвей. — Нам такие твари не по зубам. Помельче были. Но пауки все одинаковы.