Искусство Раздевания

Леманн Стефани

Я собрала подгнившие лимоны в передник и отнесла их в мусор.

— Я уже хотел посылать за тобой поисковую партию.

Я обернулась. Моим предполагаемым спасителем был Том.

— Ах, — произнесла я будничным тоном, — привет!

— Я подумал, что ты здесь превратилась в одну из ледяных скульптур нашего шефа Зигфрида.

— Да нет, просто хотела немного размяться и скрыться от Жан-Поля.

Бак для отбросов был набит до отказа, поэтому я пошла в кладовую, чтобы взять

новый мешок для мусора и удержаться от вопроса, почему он сторонится меня в последнее время. Или это просто игра моего воображения?

Том пошел следом.

— Этот парень просто любит тебя, — сказал он.

— Да уж, так и есть, — согласилась я.

Теперь он проследовал за мной к мусорному баку.

— Дай я помогу тебе.

— Да ничего, я сама. — Я сразу заняла оборонительную позицию. Не выношу, когда кто-то посягает на мою территорию и сомневается в моих поварских талантах, даже если речь идет всего лишь о выносе мусора. — Я слышала, ты теперь работаешь в «Этуаль», — заметила я, вытаскивая набитый мешок из бачка.

— Да. Это так здорово! Я многому могу научиться.

— Просто фантастика.

Пока я завязывала полный мешок, он запихнул в мусорный бак новый. Раз уж мусорный бачок создает такую романтическую атмосферу, почему бы в нее не погрузиться?

— Помнишь, мы договаривались сходить в магазин, который обслуживает рестораны?

— А ты все еще хочешь туда сходить?

— Я знаю, что ты теперь очень занят.

— Я свободен по выходным. И прихожу не раньше трех часов дня.

— Здорово.

— Отлично.

— Пойду вынесу, — кивнула я в сторону мешка с мусором.

Я старалась выглядеть как можно грациознее, поскольку знала, что он наблюдал, как я тащу мешок, такой тяжелый, что я с трудом могла поднять его и донести до грузового лифта.

На кухне Тара точила свой длинный разделочный нож и пристально смотрела на меня. Том вытирал плиту. «Если она видела нас возле помойки — это плохо». Я тоже взяла свой разделочный нож и принялась его точить.

Единственный материал, который я люблю больше нержавейки, — это хром. Оба они приводят меня в восторг — такие гладкие, блестящие. Пленяют мой взгляд. Обещают мне, что я увижу нечто в своем отражении. Что-то есть в них успокаивающее и надежное.

Итак, пока остальные женщины возбужденно бегают по магазинам на Пятой авеню, исследуют содержимое бутиков Гарри Винстона и Тиффани, я дрожу от восторга, обходя полки в «Бове-ри» — лучшем из магазинов, снабжающем рестораны оборудованием.

Мне нравятся поблескивающие сотейники, которые еще не испорчены подтеками жира, стопки формочек для выпечки пирожных, сверкающие сахарницы с хромированными крышечками.

Том уже

ждал меня у входа.

— Взгляни на этот половник для блинчиков с мерными делениями, — сказал он. — Можно делать блинчики от крохотных до огромных, всего доллар за самый большой.

— Очень мило. А резак для пирогов! — У него было четыре лезвия, закрепленные на большом круге в виде звезды. Просто надавить на пирог и, вуаля! Восемь одинаковых кусочков готовы.

— Круто. А как насчет вот этого? — Он направился к большой стеклянной емкости на колесиках для попкорна, похожей на тележку уличного разносчика начала века. — У них продаются даже красно-белые картонные коробочки.

— А как насчет машинки для изготовления сливочной помадки? Или гриля для хот-догов? Ой, взгляни-ка на эти вывески! — показала я на таблички с классическими надписями: «БЕЗ РУБАШКИ, БЕЗ БОТИНОК НЕ ОБСЛУЖИВАЕМ!»

— А как тебе нравится это? — кивнул он на дощечку: «ЭТО ПРИЛИЧНОЕ ЗАВЕДЕНИЕ. ВЕДИТЕ СЕБЯ СООТВЕТСТВЕННО».

— Класс!

— Если бы ты открыла собственный ресторан, какой бы он был? — спросил он.

— Кафе-кондитерская, — ответила я, — на центральной улице.

— А где на центральной улице?

— Не важно.

— В городе? Пригороде? Маленьком городке?

— Достаточно большом, где не все тебя знают. И достаточно маленьком, чтобы многие были с тобой знакомы.

— А ты знаешь, как бы оно выглядело внутри?

— Деревянные столики. Деревянный пол. Много света. Комфортное, чтобы было приятно посидеть там. Большие красивые окна по фасаду, чтобы можно было наблюдать за людьми, проходящими по улице.

— По центральной улице.

— Точно. И большая стеклянная витрина перед ним со всеми моими десертами. Может, даже с барной стойкой, чтобы люди могли перехватить чашку кофе за полдоллара, поболтать с официанткой, перед тем как вернуться в супермаркет или магазин. Ведь они еще сохранились где-то?

— Наш закрылся много лет назад.

— А еще у нас будут бесплатные газеты, чтобы люди могли полакомиться пирожными и сидеть сколько захочется. Ну и, разумеется, большая торговля на вынос, которая позволит не обанкротиться.

— А у тебя будут подавать горячее?

— Небольшое меню, — сказала я и пояснила, чтобы он понял: — Как в бистро. Хотя я могу пойти и на что-то более элегантное, более высокого класса. Белые скатерти. Прекрасная винная карта. Какой ресторан хотел бы иметь ты?

— Я бы не хотел иметь свой собственный ресторан.

— Неужели?

— Мне не интересно управлять и хозяйствовать. Я хочу работать в лучшем ресторане города. Составлять меню, готовить блюда, изобретать новые.