Испанский жених

Холт Виктория

– Да, Ваше Величество.

– А принц, мой пасынок?

– Он только что ушел отсюда… вернее, выбежал. Сегодня он немного не в себе, Ваше Величество.

– Не в себе?

– Он не говорит, что с ним, но у него очень плохое настроение.

– Я хочу видеть его.

– Ваше Величество, он велел никого не пускать к нему. Но если это приказ…

Она засмеялась.

– Нет, это не приказ… Во всяком случае, мне бы не хотелось, чтобы в таком свете он воспринял просьбу, с которой я собираюсь обратиться

к нему. Было бы лучше, если бы он считал меня своим другом.

Дверь распахнулась – на пороге стоял Карлос. Он воскликнул:

– Изабелла!

Она улыбнулась, и у него радостно забилось сердце: «Моя… Моя…»

Продолжая улыбаться, она подошла к нему. Ее улыбка сводила его с ума. Он вдруг встал на колени и поцеловал край ее платья. Затем поднял глаза на нее.

– Мне не следовало приходить сюда без сопровождения, – сказала она. – Но я желала видеть вас…

Не сводя с нее влюбленного взгляда, он встал на ноги. Он дрожал. Ему не хотелось, чтобы в комнате находился свидетель их встречи.

Он крикнул:

– Хуан, убирайся вон! Королева пришла ко мне! Уроки доделаешь потом.

Хуан пожал плечами, поклонился Елизавете и вышел из комнаты. Уже за дверями он задался вопросом – не сказать ли кому-нибудь, что королева осталась наедине с этим невменяемым.

– Карлос, – сказала Елизавета, – я хочу, чтобы мы стали друзьями… самыми большими друзьями. Да и может ли быть иначе? Ведь мы с вами одного возраста… и даже должны были пожениться, помните?

– Да… – дрожа от восторга, проговорил он, – помню…

– А в результате вы стали моим пасынком. Но мы будем дружить, не так ли?

– У вас никогда не было такого верного друга, как Карлос.

– Очень рада это слышать. Мне казалось, что я не понравлюсь вам.

– Как это могло случиться? – воскликнул Карлос. – Вы так прекрасны, Изабелла!

– Изабелла, – повторила она. – Придется привыкнуть к этому имени. Здесь меня все так называют – а во Франции я была Елизаветой.

– Елизавета это французское имя. А вы теперь испанка.

– Да. Теперь я испанка.

– Вам это не нравится? Она посмотрела в окно.

– Мне это нелегко дается… но такова уж наша участь. Так говорил мой папа. Он сказал, что принцы и принцессы не вправе распоряжаться своими браками.

Карлос зачарованно смотрел на нее. Красота Елизаветы так трогала его, что он был готов обнять ее и заплакать.

И вдруг… да, в ее глазах заблестели слезы. Она объяснила:

– Это из-за моего отца. Я всегда плачу, когда думаю о нем.

– Вы ненавидите его?

– Ненавижу? Почему я должна его ненавидеть? Он был самым лучшим отцом в мире.

Увидев, как перекосилось его лицо, она с тревогой воскликнула:

– Карлос! Что с вами? На кого вы так разозлились?

Он еще не мог рассказать ей

о величайшей страсти своей жизни – вдруг она еще не возненавидела Филиппа? Карлос понимал, что, узнав правду, она может испугаться и убежать.

– Ни на кого, вам показалось, – сказал он. – Я счастлив – потому что вы пришли ко мне.

– А я уже подумала, что чем-нибудь обидела вас. Ведь вы, испанцы, не любите, когда нарушают этикет, да?.. Ах, Карлос, я очень рада, что не огорчила вас своим приходом. Надеюсь, мы с вами теперь будем часто видеться.

– Изабелла, я никогда не забуду, что вы пожелали увидеть меня.

– Я тоже постараюсь не забыть, что вы пообещали мне быть моим другом. А теперь, Карлос, покажите мне ваши книги. И расскажите, как вы здесь живете. Если вы захотите, я потом расскажу вам о Франции.

– Мне хотелось бы знать все, что касается вас. Я начал учить французский язык потому, что хотел разговаривать с вами. Но я все еще боюсь говорить на нем.

– Ах, скажите что-нибудь, Карлос, скажите! Прошу вас, доставьте мне удовольствие услышать мою родную речь!

– Вы будете смеяться.

– О, разве только от радости, которую вы мне подарите, выполнив мою просьбу! Ну, давайте же, Карлос, не смущайтесь.

Карлос улыбнулся и произнес по-французски с сильным кастильским акцентом:

– Изабелла, я счастлив, потому что вы приехали. Добро пожаловать в Испанию, Изабелла.

Она и впрямь засмеялась – но так нежно, что Карлос просиял от удовольствия. Затем сказала со слезами на глазах:

– Вы это выучили специально для меня. Спасибо вам, Карлос. В Испании мне еще не было так хорошо, как сейчас.

С этими словами она положила руки ему на плечи, немного наклонилась – она была выше него ростом – и поцеловала сначала в одну, а потом в другую щеку. Для Карлоса это был самый счастливый миг в его жизни.

Он показывал ей свои книги, а она рассказывала ему о французском дворе, когда дверь приоткрылась и в комнату заглянули Хуан и Александр.

Ни королева, ни принц не заметили их; осторожно закрыв дверь, мальчики изумленно переглянулись и на цыпочках вышли в коридор.

– Что случилось с доном Карлосом? – подумали они.

Двор был в отчаянии.

Королева серьезно заболела. Всего день назад она танцевала на балу и была оживлена, как все вокруг, хотя уже тогда многие заметили необычно яркий румянец на ее щеках. Тогда придворные приписали его перевозбуждению – вполне понятному, учитывая ее возраст, – однако наутро она не смогла встать с постели.

Говорили, что она заболела опаснейшей болезнью: оспой.

Филипп услышал эту новость уже после того, как покинул комнату, в которой проходило утреннее заседание Тайного Совета.