Испорченный... Книга 2
Шрифт:
Так странно. Он вызывал во мне ненависть, но, в тот же момент, так легко успокаивал.
— Ты мне нужна, — услышав эти слова, я затаила дыхание. Почему-то мне казалось, что Помпей не собирался их произносить, но почему-то они все равно слетели с его губ. — Не сопротивляйся мне. Будь моей. Иначе я сорвусь, — сжав ладонью ткань толстовки, он сильнее прижал к себе. — Я от тебя завишу.
Внутри все вскипело. Забурлило и кровь текущая по венам стала похожа на кипяток. Мне захотелось рассмеяться. Слова Помпея были слишком громкими. Кто я такая,
И, наверное, мне следовало высказать эти мысли, ведь, если промолчать — значит, я была готова на что-то большее с ним.
А у меня этой готовности не было. Я вообще нечто такое отрицала. Никак не воспринимала.
Но закрытый город устрашал. До паники пугал и я понимала, что пока что не время для выяснения отношений. У нас были проблемы куда более глобальнее.
Глава 22 Существовать
Когда мы возвращались в особняк, я еще более пристально рассматривала улицы родного города. Будто бы впитывала их в себя, но, в тот же момент, чувствовала жженую горечь и опасные отголоски паники от вида пустых тротуаров.
Создавалось ощущение, что тут все замерло. Приготовилось к тому самому концу.
— Как именно будут отлавливать парней из стай? — спросила у Помпея, когда мы уже вернулись к особняку и вышли из машины.
— Пока что точной информации нет.
— А предположения?
— Возможно, изначально шавки Цезаря будут искать имена и адреса. Собирать данные.
Цезарь… Если я не ошибалась, его звали Аваром Де Кора, но местные прозвали его просто Цезарем. Шишка из правительства. Вернее, сын губернатора столицы. Очень жестокий человек, купающийся в славе и восхваляемый теми, кто желал смерти и уничтожения низшего слоя общества.
Наверное, не нужно уточнять, что этого желала только знать и государственные правители.
Для них мы являлись ненужной ячейкой общества. Лишней. Как паразиты.
— Ты чего-нибудь хочешь? — Помпей открыл передо мной дверь. — Я поеду и куплю.
— Нормальную одежду, — буркнула, заходя в холл.
Помпей лишь молча кивнул. Наклонившись, оставил на моих губах короткий поцелуй и, не став уточнять, что именно я имела ввиду под «нормальной одеждой», опять уехал.
Насколько же мне был непривычным такой Помпей. Уже теперь он вел себя со мной, как с девушкой и это обескураживало.
Губы, из-за этого даже короткого поцелуя начали ныть и я, почему-то стала их покусывать. Немного потопталась на месте и украдкой побежала к Смерти.
Постучала в дверь и, не дожидаясь ответа, вошла в комнату. Альфа только вышел из душа и, кроме полотенца, низко повязанного на бедрах, на нем ничего не было. Но меня смутило не отсутствие одежды, а то, что он снял бинты.
Они, уже полностью пропитанные кровью, лежали на полу.
Он ничего не говорил. Я тоже молчала. Но взяв бинты, опять обработала его раны. Они все так же выглядели ужасно.
— Немного позже я опять зайду, — я сказала лишь это, после чего вышла в коридор.
Помпей
— Выйди, — потребовала, спрятавшись за шторой.
— Я хочу видеть свою женщину голой, — вопреки моему требованию, он лениво сел в кресло. Не отрывал от меня взгляд, который не просто обжигал кожу. Он ее испепелял.
Я поджала губы, но, быстро потянувшись за одеждой, решила переодеться за шторой.
— Почему ты прячешься? — поинтересовался Помпей, мрачно наблюдая за моей возней.
— Мне неловко, — произнесла на выдохе. Кое-как натянула штаны, а затем и толстовку. Она была достаточно объемной, чтобы хоть немного скрыть грудь.
На мои слова Помпей ничего не ответил, но, когда я вышла из-за шторы, он неожиданно оказался рядом. Прижал к стене и поцелуями покрыл шею. Этим вызвал угольки бегущие по коже и мгновенно вспыхнувшее жжение внизу живота.
— Когда мы будем наедине, я хочу, чтобы ты носила платья, — сказал он хрипло. Насколько же сильно его голос сейчас был тяжелым. — Чтобы только я тебя в них видел.
— После того, как решится вопрос с закрытым городом, — прошептала. Делала шаг назад, но ведь сама пыталась сгладить с Помпеем все углы. Отношений с ним не видела и вообще отрицала их, но поскольку у нас были проблемы куда глобальнее, пыталась хотя бы не ругаться с альфой. Для этого не время.
— Я хочу сейчас, — сказал он, вновь целуя мою шею. Вдавливая в стену. Давая ощутить его возбуждение, от которого у меня на сознание наплывал дурман. Чертова омежья сущность, так сильно реагирующая на альфу.
— Хочешь отношений? — я вздрогнула, когда его ладонь легла на мою попу. Сжала ее.
— Да.
— После того, как Цезарь отвяжется от нашего города и все будут в безопасности. Из-за того, что сейчас происходит, я не могу настроиться на отношения. Потом…
— Предлагаешь мне сдерживаться?
— Предлагаю немного повременить.
— Значит, когда Цезарь пойдет нахрен ты обещаешь полностью стать моей?
Этот вопрос загнал меня в тупик.
В нашем мире обещания это не то, что можно нарушить и Помпей, подобно хищнику, загонял меня в ловушку. Заставлял поставить точку, от которой я не смогу отказаться.
— Обещаю, — опять на выдохе и с пониманием того, что я позже точно пожалею.
Помпей пальцами поддел мой подбородок и уже теперь поцеловал в губы. Медленно, но так жарко. Словно это был не просто поцелуй, а нечто большее.
— Подожди… Остановись. Мы же договорились о том, что… — рвано прошептала, когда Помпей прервал поцелуй, давая мне сделать несколько глубоких вдохов.
— Потом будет все. Но и сейчас я хочу хоть немного, — слова альфы были слишком расплывчатыми, но я все прекрасно поняла.