Исповедь Камелии
Шрифт:
– Кто обещал взять меня на охоту?
Артем согнулся, облокотившись локтем о подоконник, заглянул в лицо Софии, в его глазах появились провокационные искры:
– Возьму. Только без мужа.
– Он увлечен охотой на деньги, так что сам не поедет.
– А тебя отпустит?
М-да, флирт не относится к чистым помыслам, но женщине, обделенной вниманием мужа, не помешает почувствовать себя привлекательной, это взбадривает. Впрочем, не она флиртовала, – заигрывал Артем и очень активно.
– Ты возьми, с мужем я разберусь, – сказала
– Пока некогда, сама видишь, – с сожалением вздохнул Артем. – Эх, сейчас на фазанов разрешена охота, их больно много развелось.
Вышел Сирин, стеснительно пригласил:
– Идите за мной.
В небольшом помещении с типично кабинетными столами он предложил расположиться, где нравится, сам уселся за стол и выжидающе уставился на Артема. Сирин отчего-то волновался, что Артем заметил сразу же:
– Да вы не переживайте, мы только поговорить.
– Нет, я не переживаю, что вы, – заерзал Сирин. – Вернее... да, переживаю. Из-за Германа Олеговича. Нелепая смерть...
– Кстати, – прервал его Артем, – он не говорил вам, куда поедет после банкета?
– А меня не было на банкете, – поспешно и, как показалось Софии, обрадовано сказал Сирин. – Я не участвовал в проекте.
– Значит, не знаете, – констатировал Артем. – Ну, хорошо, а что вы сами думаете по поводу его убийства? Получается, он поехал домой, по пути подобрал каких-то людей, и те его зарезали.
– Подобрал? – вскинулся Сирин. – Вы сказали – подобрал?
– Думаю, так и было, а что?
– Видите ли... он мог... подобрать.
– Ночью? – скептически спросил Артем. – Незнакомых? Такой доверчивый, не знал, чем это чревато?
– Понимаете, Герман Олегович выдерживал огромную нагрузку... психологическую. И даже физическую, ему приходилось мало спать, все работал, работал... иногда без отпуска...
Сирин покосился на Софию, замялся. Артем терял терпение, поэтому жестко сказал, не побоявшись окончательно зажать этого трусливого человечка:
– От вашей откровенности зависит, как скоро мы поймаем преступников, а вы мнетесь. Есть еще один похожий убитый, не исключено, что мы найдем третьего. А если им снова окажется ваш знакомый?
Бедняга побелел, видно, подумал, что подозревают его.
– Я все скажу, но подробности слишком интимные...
– Говорите при Софии Арсеньевне, это наш сотрудник. Так что там с нагрузкой? Он как-то разгружался, я правильно вас понял?
– Совершенно верно. Зимовец... очень редко, прошу заметить... Э, мужчинам иногда хочется взрыва, понимаете?
– Нет.
– Хочется почувствовать в себе природу, умаслить, так сказать, дикаря.
– А проще?
– Когда он был на пределе, он брал женщину и прямо в машине...
– Проститутку? – уточнил Артем.
– М... да.
– Где он ее брал? В каком месте?
– На улице. Эти женщины отличаются полнейшей раскованностью, они совсем без комплексов. Мне думается, других людей он не подобрал
Как в жизни, тем более в режиме постоянного напряжения, обойтись без крепкого словца? Практически нереально. Но начальник уголовного розыска Ким Денисович принципиально не ругался матом, не употреблял и грубых слов, вошедших в обиход давно, но имеющих грязный смысл. Так проститутка в его исполнении была...
– Простипома это уже кое-что. И каблук на обочине отпечатался, правда, ступня нечеткая, но криминалисты размер определили – тридцать седьмой.
– И рука убийцы похожа на женскую, – подхватил Артем. – Обоих убили одним способом.
– Слабовата версия, – поглаживая усы, произнес Ким Денисович. – Одной бабе с мужиком не управиться. Ладно, Зимовец не атлант, но Жмайлов-то далеко не хлюпик, а его еще надо было из машины выкинуть. С другой стороны, вряд ли они оба позволили еще кому-то сесть с простипомой. Есть и третья сторона. Удары нанесены в горло, для этого нужно замахнуться хоть самую малость. Граждане развратники не видели, что простипома замахивается?
– Заточка не требует особого замаха, – возразил молодой опер Вовчик, кудрявый, как барашек, с очаровательными веснушками. – Здесь нужен конструктивный подход.
– Да? – фыркнул Ким Денисович. – И что это за подход?
– Откуда я знаю? – пожал узкими плечами Вовчик. – Что-то ваша простипома придумала.
– А не знаешь, так молчи, – рявкнул Ким Денисович. – В общем, так. Берете уличных жриц и культурно беседуете. Начните со старушек, они подноготную улиц знают лучше кого бы то ни было. Сутенеров не забудьте, тоже весьма полезные типы. Найдите Бедуина, он не раз поставлял нам простипом для приезжего начальства. Ну, флаг в руки и вперед.
София караулила Артема, да чуть не прозевала – у нее ведь свои обязанности, догнала в коридоре:
– Что было на оперативке?
– Денисович интересовался тобой, – ответил он, напустив грозный вид. – Где тебя носит?
– Немного опоздала, – виновато залепетала София. – Проспала.
– Мне прикажешь за тобой еще и заезжать?
– Что, сильно ругался? – Однако она не отказалась бы, чтоб он заезжал за ней по утрам.
– Крыша чуть не взлетела. – Артем взглянул на нее сверху вниз, увидев напуганные глаза, рассмеялся.
– Ты обманул меня? – догадалась София.
– Угу. У нас не опаздывают, запомни.
– Вроде бы никто не заметил. А ты... обманщик бессовестный! Так что там было?
Вечер зимой похож на глубокую ночь – кругом бездонная, расцвеченная огнями и светом фар, темень. Но стоит свернуть с оживленной улицы в переулок, как появляется желание поскорей проскочить черную дыру, где подкарауливает опасность. Именно в такой черной дыре Артем и искал Бедуина.
– Ты уверен, что этот тип где-то здесь? – полюбопытствовала София. – Кто сюда заглянет ночью без нужды?