Исповедь мачехи
Шрифт:
– Катенька, ну вы подумайте, не торопитесь… Я без вас ни с чем не справлюсь. Она ведь приехала, все испортила и уехала. Аля все время плачет, Коленька на взводе… Я в полной растерянности… Что вообще у Алевтины с нервами? Марина даже не позвонила мне ни разу после отъезда!.. Я не знаю, за что хвататься. До свадьбы месяц остался, а у нас ничего не готово…
Сказав какие-то общие фразы и сославшись на то, что мне пора укладывать Ивана, я закончила разговор и проводила Татьяну Васильевну к выходу из нашего Дома.
Помню, как сидела на диване
Через два дня уехали родители Андрея. Началась третья четверть учебы Егора и Маши и череда командировок Андрея.
Я много думала над тем, что произошло со мной за первые дни нового года, вспоминала детали разговора с Татьяной Васильевной и знала, что сама Аля не позвонит никогда, просто потому что она так воспитана… Воспитана своей мамой. И не перевоспитана мной.
Позвонила я сама. Пригласила Алю к нам домой, специально выбрав день, когда Андрей будет в отъезде. В тот же вечер, после работы, Алевтина сидела передо мной на табуретке, поджав ноги, как цыпленок, и преданно глядя мне в глаза.
– Аль, я не стану ни в чем тебя упрекать. Ты неглупый человек и прекрасно понимаешь, что и как сделала не так. Еще больше ты поймешь, когда у тебя будут свои дети. Времени до свадьбы осталось совсем ничего. И я хочу, чтобы, во-первых, ты мне рассказала, что сделано, а во-вторых, мы должны подумать, как сделать так, чтобы и ты замуж по-людски вышла, и твои мама с папой живы остались.
Я приготовилась слушать Алю. Но сообщив, что мама купила ей платье, а Коле его мама – костюм, и заказаны обручальные кольца, она замолчала.
Молчала и я. Молчала и думала: «Зачем надо было устраивать этот цирк?..» А вслух сказала:
– Я хочу, чтобы ты мне сказала обо всем, что конкретно сделала твоя мама для твоей свадьбы…
– Мама купила мне платье…
– Платье – это я слышала. Но вы с ней решили все делать сами, и ты даже перестала с нами общаться…
– Мама ничего не сделала… Она только все испортила…
– Скажи, что ты хочешь от меня?
– Чтобы ты мне помогла…
– Хорошо. Я все сделаю. Но ты должна знать одно: я очень люблю своего мужа, и все, что я сейчас сделаю, это будет для него.
Для меня разговор закончился. Я молчала и давала понять Алевтине, что ей пора. А дочь сидела, схватившись руками за табуретку, и было видно, что она хочет мне сообщить что-то важное.
– Говори, Аль… Я же вижу, что ты хочешь мне что-то сказать…
– Да… Знаешь, а мы с Колей котенка завели, – медленно произнесла Аля, – точнее, он мне его на Новый год подарил… Ну, я попросила…
– Поздравляю, значит, теперь у вас семья из трех членов, – улыбнулась я.
– Да… Как-то сразу уютнее дома стало. Есть о ком заботиться…
Уже в коридоре, провожая Алю, я сказала ей о том, что нам надо встретиться всем вместе: Алевтине, ее жениху с мамой и нам с Андреем. Конечно, дочь не
– Ну, мы к вам придем, тащиться в Климовск к маме Коли у меня нет никакого желания.
Проводив Алю после нашего, скажем так, примирительного разговора, я все время думала над тем, как мне разрулить эту ситуацию. Я поняла, что мама невесты от намеченного ею плана «расправить складки на свадебном платье дочери и проводить последней Алю в загс» не отступит.
Надо было как-то сделать так, чтобы всем стало хорошо. Очевидно, что это «хорошо» было возможно только при «совсем гадко на душе у меня и Андрея». Но ведь это был праздник Али! И я понимала, что мне свои амбиции надо запрятать куда-нибудь подальше, а заодно убедить Андрея сделать все так, чтобы не было никакого надрыва у дочери. Алевтина сказала мне однажды: «Чтобы общаться с моей мамой, надо помнить одно правило: проще дать, чем объяснить, почему нет…» Я решила действовать в соответствии с этим принципом.
Но, говоря по совести, была в тупике.
А когда я в тупике, я могу позвонить только одному человеку – моему отцу.
Вкратце изложив ситуацию, объяснив, что Андрей категорически против того, чтобы бывшая жена заходила в наш Дом, а я не хочу показываться ей сама и показывать моих детей, я спросила:
– Пап, что мне делать? – я знала наверняка, что сделаю все в точности, как скажет папа. Папа никогда не ошибается…
– Ну, в Дом однозначно нельзя… Андрей прав. Там ваше гнездо, там камин, там вся жизнь… И мне понятно, почему эта девочка хотела выходить замуж из вашего дома: это совсем иная ситуация… Детей тоже показывать нельзя. Категорически. Ничего, кроме зависти, ваши дети у этой женщины не вызовут. Из квартиры, которую вы снимаете для дочери Андрея, тоже нельзя. Это плохо. А ваша квартира? Почему бы не осуществить все это из вашей квартиры?..
Я изумилась. Выход из ситуации лежал на поверхности, но мне это даже в голову не приходило.
– Папа! Спасибо! Как же я сама не сообразила!.. Точно!
– Да-да, так и делайте. А я буду молиться за вас…
– Спасибо, пап! Я так люблю тебя!
– И я тебя люблю… Ты сейчас должна очень и очень беречь Андрея. Забудь про все и думай, заботься только о нем.
– Конечно…
– Внуков целуй…
– Непременно, пап…
– Знаешь, я очень скучаю и все время после наших с тобой разговоров переживаю, что не сказал тебе чего-то самого главного…
– Главное – это то, что мы есть друг у друга, пап.
– Да… Это правда. Целую тебя…
– И я тебя люблю.
Я тут же рассказала Андрею про папину идею, и он с радостью согласился. Мы придумали четкий план, при котором все интересы соблюдались и настроение невесты должно быть хорошим.
Дату семейного совета определили…
Конечно, я готовила ужин, конечно, наводила чистоту… Как иначе можно было встречать гостей?! Мне очень хотелось задать этим людям вопросы о том, «что это было»? Но я понимала: все тщетно. И потом…