Исповедь мачехи
Шрифт:
Андрей. Я видела, как ему стыдно передо мной за то, что происходит. А я от этого испытывала колоссальное чувство неловкости: мой мужчина, мое плечо, моя стена стыдился ситуации, в которой я оказалась, потому что я его жена…
Аля на предсвадебную встречу у нас дома пришла абсолютно счастливая. Она хохотала, щебетала с Колей, обменивалась какими-то очень свойскими взглядами с будущей свекровью. Все у нее складывалось хорошо. Наверное, сейчас это было главным. Андрей молча ходил из угла в угол. Я сообщила наше решение:
– Татьяна
Конечно, я совсем иначе представляла себе свадьбу моей старшей дочери. Но в этой ситуации каждый получит то, что заслужил…
Итак, мы предлагаем Але уезжать в загс от нас, из этой квартиры. Мы накануне отметим здесь девичник, Алевтина переночует у нас, а за час до приезда жениха я с детьми уйду из квартиры, и сюда сможет прийти мама Али. Дома останется Андрей. Чтобы здесь не было жертв, ему в поддержку приедет кум. Я думаю, все здесь понимают, что ничего хорошего из встречи родителей Али не получится. А торжество мы портить просто не имеем права.
И Аля, и ее будущие родственники согласно кивали и возбужденно перешептывались. Я до звона в ушах ждала от Алевтины:
– Нет, Катя, я не согласна. Ты должна быть рядом со мной в этот день…
Но звон в ушах стоял, а голоса дочери было не слышно. Я продолжала:
– Мы с Андреем решили ускорить процесс покупки микроавтобуса для нашей семьи, и теперь нам есть на чем везти жениха и невесту в загс и обратно. Это заметно сэкономит наши расходы на свадьбу. Тем более что, несмотря на все наши решения, мы не станем отступать от финансовых условий «проекта». Мы все участвуем в организации торжества на равных условиях. Сторон у нас три: мама Алевтины, мама Николая и мы… Мы правильно понимаем, что больше никаких финансовых вливаний со стороны мамы Алевтины не будет?
– Правильно, – глухо произнесла Аля.
– Ну вот. Мы свою долю отдали. Путевки и билеты на самолет оплачены, это станет нашим подарком на свадьбу молодой семье. Татьяна Васильевна, а вы уж с сыном сами решайте ваши финансовые дела…
– Да-да, конечно. Тем более что мы с вами потратили уже гораздо больше, чем Алина мама. Алечка, не обижайся… Но ты сама все видишь и понимаешь, – отозвалась сватья.
– Теперь дальше… – Я на секунду замолчала, чтобы продолжить пересказывать придуманный нами план, и встретилась взглядами с Алей. Мне показалось, она с такой ненавистью смотрит на меня… Нет, показалось. И я продолжила: – Мама пришла, жених приехал, платье поправили, молодых проводили, все… Финита ля комедия: всем спасибо, все свободны. После регистрации молодежь приезжает домой
– Домой ко мне… И к Коле, – перебила меня Аля.
– Конечно, извини. Домой к молодой семье Хвостовых. Так… Дальше… Там вы садитесь, как и хотела Алина мама, за стол. Ну и вообще, дальше это не наша история…
– Катя, а как моя мама доберется отсюда до нашей квартиры? – с полуистеричными нотками в голосе вдруг спросила Аля.
– То есть? Это тоже мы с папой должны решать?
– Ну, может, такси заказать?
– Заказывайте! Это не наша проблема…
– Хорошо… – растерянно ответила Аля. – Я поняла. Просто мама… Она не хочет…
– Аля! Я прошу тебя больше не ставить в известность никого о том, что хочет и чего не хочет твоя мама, – жестко сказал Андрей, – разберитесь сами.
– А вот еще, – как ни в чем не бывало продолжала Алевтина, – можно со мной перед свадьбой будет Маська ночевать? Она – моя свидетельница, и так принято, чтобы невеста и свидетельница ночевали вместе…
– Конечно, мы будем очень рады.
И тут слово взяла Татьяна Васильевна:
– Я хочу сказать большое спасибо тебе, Катюша, вам, Андрей Юрьевич, за то, что вы, несмотря ни на что, все так правильно решили. Я бы хотела обсудить, что будет происходить, когда наши дети приедут после загса уже в их квартиру.
– В смысле? – Мы с Андреем задали этот вопрос одновременно.
– Ну, надо же обсудить, что будет на столе, кто что готовит… – искренне продолжала наша гостья. Я онемела. А Аля и Татьяна Васильевна, не обращая внимания на нас с мужем, принялись бурно обсуждать жареную курицу, вареную картошку, салаты, свадебный торт и программу своего семейного застолья.
Я молча поднялась и вышла из комнаты. За мной ушел Андрей. Мы накрывали стол на кухне, разогревали ужин. Молчали. Горько молчали. Мы завязали себя узлом и решили делать так, как было единственно возможно и правильно в этой ситуации.
Мы оба наивно ждали, что Алевтина вспомнит хотя бы о своих братьях и маленькой сестре. Ведь они даже не увидят Алю в свадебном платье, хотя давно придумали свой подарок на свадьбу…
Уходя домой уже после ужина, Татьяна Васильевна не переставая благодарила меня и Андрея и несколько раз принималась шептать мне на ухо, как вот она «просто была в отчаянии, Алина мама не звонит, когда я сама ей звоню, обсуждать она ничего не хочет, я уже не знала, за что хвататься… А может, ну ее – эту дамочку из Прионежска? Давайте вы тоже всей семьей приедете к детям домой, посидим, выпьем, поболтаем, мы же теперь одна семья…»
А дальше закружилось-завертелось. Мы совсем позабыли о нашей родительской боли. Условились: как решили, так и станем делать. Единственное, от чего я не удержалась, это от вопроса Алевтине: когда и как ее смогут поздравить Маша и Егор. Старшая сестра моих детей ничего не могла ответить. Не могла просто потому, что не думала об этом. За ненадобностью.
И тогда я предложила Алевтине из-за стола приехать к нам в развлекательный центр, где много всяких игровых затей и аттракционов: