Исповедь мачехи
Шрифт:
– Да думаю я о Коленьке… Ну зачем его мама так называет? Имя какое-то… Как у ребенка, который в ясельки ходит. Все у Коли хорошо. Он от мамы своей из однушки облезлой наконец-то уехал, его кормят, ему стирают… Не жизнь – сказка. Еще и рядом с вами…
– У тебя есть время все отменить. – меня уже начинало трясти от слов дочери об ее женихе.
– Нет. Я все понимаю, согласна с тобой, но – нет.
– Ты хорошо запомнила то, о чем мы говорили? Поверь, мне было тяжело это говорить тебе. Прости, если задела…
– О чем ты? Все так и есть. Спасибо.
– Тогда
– Да… И еще по голове настучишь…
Вот такой был предсвадебный разговор.
До торжества оставались считаные дни. Голова шла кругом, но вроде бы проблемы разрешались, и постепенно все выстраивалось в четкую план-схему.
Алевтина звонила постоянно. И, к сожалению, все звонки касались приезда ее мамы… То мама не разрешала Маргарите ночевать с Алей у нас накануне свадьбы, то требовала, чтобы ее отвезли «по памятным местам Климовска, куда поедут жених с невестой из загса». То вдруг передо мной опять ставили проблему доставки мамы невесты из нашей квартиры в квартиру Али после отъезда жениха и невесты.
– Аль, в чем дело? Закажи такси к определенному времени к нашему подъезду.
– Я узнавала… Это очень дорого: заказывать такси через агентство и на маленькое расстояние. У меня нет таких денег.
– А мама-то что?!
– Мама не станет платить… Да и обидится…
– Ну так пусть Коля даст денег своей маме, она заплатит.
– Ты что?! Этого моя мама точно не переживет…
Я знала, что у меня есть сосед, который занимается частным извозом. Мы не были близко знакомы, просто здоровались – и все. Как бы мне ни было неловко, я подошла во дворе к Володе, объяснила ситуацию и спросила, сможет ли он отвезти двух праздничных мам.
– Катюш, какие вопросы, конечно. Только время назови.
– Спасибо вам огромное. Вы так меня выручите… Сколько мы будем должны? Можно отдать вам деньги сейчас?
– Катюш, ну мы же соседи, о каких деньгах может идти речь? И потом, я же все вижу, все понимаю… Весь дом знает, что Аля – дочь Андрея… Какой год на вас смотрим и поражаемся: тебе своих троих мало, так ты еще и с чужими нянчишься.
– Ну какая же она чужая, Володя? Чужих детей не бывает…
– Ты тогда, как надо будет везти, набери меня, и я спущусь. Я дома в субботу.
– Дело в том, что я не смогу отследить этот момент… Меня здесь не будет. Давайте сразу о времени договоримся. Это же свадьба, в загс жених с невестой опоздать не могут, правильно? Значит, время мы можем назвать точное.
– Не понял… А ты-то где будешь?
– Володя, мы с детьми уйдем. Зачем мешать Алиным родителям провожать дочку в новую жизнь? Это их праздник.
– Ясно… Не надо мне никаких денег, Катерина. Отвезу бесплатно. Точка.
– Спасибо…
– Не грусти, тебе еще своих троих женить…
– Двоих
Когда я рассказала Алевтине, что о машине для ее мамы договорилась, и попросила все-таки отдать Володе бутылку коньяка и коробку хороших конфет, Аля сказала мне:
– Я куплю все сама и отдам Татьяне Васильевне, попрошу ее отблагодарить водителя. Мама не станет этим заниматься…
День накануне свадьбы был расписан по минутам.
К счастью, Аля выкроила время на поход со мной в храм. Для меня это было очень важно… Думаю, для нее тоже. Мы ставили свечи, переходили от одной иконы к другой. В храме стояла тишина, только мы и матушка, которая наводила порядок. Я подошла к дочери, обняла ее за плечи и тихонько прошептала:
– Я хочу, чтобы ты была счастлива, доченька. Я хочу, чтобы ты знала, что я желаю этого всем сердцем, всей своей душой. Говорят, молитва матери со дна моря достанет… Я очень хочу, чтобы моя молитва о тебе была молитвой матери…
Аля расплакалась. Мы долго стояли, обнявшись, посреди храма.
Потом я подарила Але от себя лично икону… Говорят, она до сих пор живет в ее доме.
Вечером у нас состоялся девичник. Правда, на девичнике присутствовали Андрей и Иван, но это никого не смущало. Стол уже был накрыт, совершенно потрясающая газета для Али, над которой мы трудились все вместе, прикреплена к стене, шарики, цветочки на своих местах, гости в сборе.
Ждали Алю и Маргариту. Сестры встречались где-то в метро, после того как Аля заберет свой букет невесты (про букет была непонятная для меня история, но я уже не лезла… Всегда считала, что это – задача жениха. Но, возможно, что-то поменялось в традициях).
Время шло. Мы, привыкшие к опозданиям Алевтины, особо не волновались. Вдруг звонок по телефону. Плачущая Алька пытается взять себя в руки и что-то сказать, но вместо слов – слезы и всхлипы. В конце концов выясняется, что она стоит где-то на улице, ждет сестру, цветы мерзнут, она сама тоже, а Маси нет, потому что она с мамой по магазинам ходит и не может маму оставить… И вот Аля едет сама, одна…
Я смотрела на мужа и понимала, что еще одна новость с пометкой «Алина мама», и случится что-то страшное.
Пришла Алевтина. Прямо у порога мы дали ей выпить водки: еще не хватало, чтобы ребенок заболел. Выглядела наша невеста не лучшим образом: настроение было написано на лице. Но у нас впереди оставался весь вечер, и я была уверена, что мы нашу девочку развеселим.
Еще накануне девичника я договорилась с Алей, что как только она приедет к нам, я заберу у нее телефон и отдам его только утром. Слишком много знала историй, когда молодые ругались накануне свадьбы из-за пустяков, из-за неправильно услышанных интонаций по телефону. Да и вообще, жениху и невесте надо соскучиться друг по другу. Спустя час после начала девичника я похвалила себя за это решение: Алю закидывала звонками и сообщениями ее мама.