Истон

Уэбстер К.

– Это мой друг Дэйн, – представил его нам Истон. – Дэйн, это...

– Стэфани и Лэйси Гринвуд. Мои клиенты. Да, я их знаю, – сухо ответил он.

Истон нахмурился, а мама просто пожала плечами.

– Иногда этот город кажется таким маленьким, – со вздохом произнесла она.

Взгляд Дэйна скользнул по нам с Истоном, отметив, как он держал меня.

– Ни за что, мужик. Эта девушка, о которой ты постоянно твердишь – маленькая Лэйси Гринвуд? – он провел рукой по лицу и покачал головой. – Ты в своем уме?

– Неужели

ты считаешь, что я нарочно пошел и нашел на свою голову что-то незаконное, из-за чего меня могут не только уволить, но и снова посадить в тюрьму? – прорычал Истон.

Дэйн хлопнул ладонью по столу.

– Не говори больше ни слова, они могут быть потом использованы против тебя, – предостерег он Истона. – И, черт возьми, я сейчас чувствую серьезный конфликт интересов. Не уверен, что смогу и дальше оставаться вашим адвокатом.

Мама издала грубый смешок.

– Закрой рот, Дэйн. Ты несешь чушь собачью, – Истон фыркнул, когда на лице Дэйна отразилась обида, и мама бросила на него гневный взгляд. – Меня сейчас мало интересует будущее проповедника Макэвоя. Больше волнует, какого черта тот ублюдок вышел из тюрьмы и напал на мою дочь! – она посмотрела на меня, и любовь в ее взгляде согрела мое сердце. Мама всегда меня поддерживала.

Дэйн откашлялся.

– Там большая проблема. Шон вышел по техническим причинам. Из-за тяжести его дела, были привлечены федералы, местная полиция почти не участвовала. Оказывается, те федералы недавно были арестованы за подделку доказательств по нескольким делам. Адвокаты Поулка решили сыграть на этом и кинулись в бой. Они заявили, что все показания сфальсифицированы, а доказательства – чушь. Что все дело не имело под собой никаких оснований, поскольку тот, кто его вел, сам был преступником, вероятнее всего, изменившим ход всего процесса. Они подали апелляцию и выиграли, черт возьми. Эти ублюдки провернули все быстро и тихо, – Дэйн потер подбородок и нахмурился. – Мне очень жаль. Я не знал, что его выпустили.

– Это уже свершившийся факт, – вздохнула мама. – Я хочу подать против него судебный запрет.

– Я позвоню шерифу, – отозвался Истон. Он поцеловал меня в висок, а потом вышел из кабинки.

Дэйн нахмурился, посмотрев на меня.

– Я не знал, что один из моих лучших друзей встречается с моим клиентом. Простите, дамы.

– Встречается. Это теперь так называется? – спросила мама, выгнув бровь при взгляде на меня.

– Мам, – мои щеки стали ярко красными к тому моменту, как Истон вернулся.

– Шериф надерет ему задницу, – проговорил Истон, неосознанно сменив тему нашего разговора. – Поулк не сможет подойти к Лэйси ближе, чем пятьсот футов.

Мама с прищуром посмотрела на него, а потом фыркнула.

– Ладно. Раз с Поулком мы разобрались, я хочу узнать, каковы твои намерения относительно моей дочери. Если это простая интрижка, которая закончится сразу, как только заскучаешь...

– Я не заскучаю, – отрезал

Истон. – Стэфани, я люблю ее, – мое сердце гулко забилось в груди, когда он обернулся и поцеловал меня в щеку. – Лэйси, я люблю тебя, – сказал он уже тише, чтобы услышала только я. Он обхватил мою ладонь и сжал в своей.

Мама вздохнула.

– Что ж, значит, вся эта ситуация с консультациями стала моей ошибкой? Я подвозила тебя к нему несколько месяцев, уверенная, что там ты получаешь помощь.

Я покачала головой.

– Мам, мы действительно много разговаривали. Истон очень мне помог. Сейчас я пребываю в мире с собой сильнее, чем когда-либо.

– Она показывала книгу? – спросил Истон у моей мамы.

Я бросила на него смущенный взгляд, но он смотрел только на мою мать.

– Какую книгу?

– Истон, – предостерег Дэйн.

Мама толкнула его локтем.

– Нет, я хочу знать, какую книгу, Истон. Она о сексе?

– Мам! – воскликнула я.

К нам подошла сотрудница ресторана, выглядя немного нервной из-за нашей шумной компании, и указала на буфет.

– В «Луне Вок» самообслуживание. Посуда там.

Мы все тихо рассмеялись и кивнули. Как только девушка ушла, Истон снова посмотрел на мою мать.

– Книга о Майки.

Мама поморщилась, а потом потянулась через стол, чтобы взять меня за руку.

– Что за книга, милая?

Мне было немного неловко, хоть и неоправданно. Я испытывала гордость, мечтая о том, кем бы мог стать Майки. И ни капли его не стыдилась.

– Я пишу вымышленную историю о Майки, непослушном маленьком мальчике, и о его матери, которая безумно любит сына.

В глазах мамы стояли слезы, когда она посмотрела на Истона.

– Ты читал ее?

– Да, – подтвердил он. – И она хороша. У Лэйси талант.

Я улыбнулась ему сквозь слезы.

– Спасибо.

– А еще я знаю, что она не хочет поступать в колледж, чтобы изучать бизнес. Лэйси хочет учиться писательскому делу, – улыбнулся мне Истон.

– Ты не говорила мне, – пробормотала мама, обиженно понизив голос. – Я так давила на тебя с колледжем, а ты совсем ничего не сказала. О, Лэйси.

Я тепло ей улыбнулась.

– Я собиралась сказать, как только улучу правильный момент. Ты казалась такой счастливой, говоря о моем колледже. Мне так не хотелось лопать этот пузырь.

Мама перевела взгляд с меня на Истона и обратно.

– Милая, мы подробнее обсудим твое будущее чуть позже. Я просто хочу, чтобы ты всегда со мной все обсуждала. Даже, если боишься разочаровать, – она улыбнулась, ее глаза заблестели. – Ты всегда была моим лучшим достижением.

Дэйн ухмыльнулся и хлопнул ладонью по столу.

– Ладно, как бы тут ни было весело и мило, я вас покину. Отвезете этого болвана домой, когда разойдетесь? А то это я его сюда подбросил.

Мама сжала локоть Дэйна.

– Конечно. Держи меня в курсе ситуации с Поулком.