Избранное
Шрифт:
Мрачная усмешка последовала за промелькнувшей мыслью.
Личный привод аварийного скачка, встроенный в тело, был невредим. В мощной катушке хватит энергии для прыжка. Недоставало лишь цели, а без нее я не могу войти в темпополе. Значит, не буду знать, где закончится прыжок, если он вообще закончится.
В Пекс-Центре ходила масса ужасных историй о сорвавшихся на скачке. Несчастных разбрасывало по дюжине станций, расположенных в нескольких столетиях, либо от них оставались только бестелесные голоса, умоляющие о помощи. Вот почему пользоваться аварийным кодом
Другой путь — построить на берегу жилище по соседству с динозаврами и надеяться на спасательный отряд, прежде чем умереть от жары, жажды, рептилий, скуки или старости.
Тут было над чем подумать.
Рядом валялись несколько каменных глыб и обугленные стволы булавовидного мха. Из дров можно развести костер, как-нибудь убить ящерицу и поджарить на обед…
Малопривлекательный, но пока единственный реальный план. В другом случае — рискованный эксперимент, результат которого по всем канонам отрицательный. Не стоит пороть горячку. Меня сильно поцарапало и помяло, но я жив. Голодной смертью не умру, в насосном отсеке есть вода. А если со станции успели послать сигнал бедствия, в данный момент уже комплектуют спасательную команду, готовую ринуться на помощь по касательной темпополя.
Стемнело. Звезды по-прежнему мерцали, и не было никакой катастрофы в биографии Игоря Рейвела, оперативного агента Пекс-Центра. С шумом накатывался и отступал прибой, равнодушный к личным проблемам прямоходящего двуногого существа, которое не имело никакого отношения к окружающей действительности сейчас и в ближайшие шестьдесят пять миллионов лет.
Я побродил по берегу, поглядывая на вечные звезды и любуясь томительным волшебством. Затем выкопал ямку и лег спать.
7
Пришел рассвет, а вместе с ним динозавры. Я уже видел их раньше издали: робкие созданьица, удиравшие при первом же прикосновении ультразвукового луча, который Джард приспособил для этих целей. Говорили, до начала моей службы случались инциденты с крупными экземплярами, приходилось отпугивать их от города импровизированными трещотками. Слишком глупые твари не представляли серьезной угрозы, но все опасались случайно попасть им под ноги или в пасть вместе с охапкой травы.
На этот раз динозавров было трое. Довольно крупные ребята, а под рукой ни одного генератора ультразвука, ни сирены, только мои природные голосовые связки.
Я вспомнил, как однажды Доул, оперативник, решил искупаться и попал в переплет: при выходе из воды на берег из леса между ним и станцией выскочил огромный ящер с внушительными челюстями. Доул отделался обычным delirium tremens [3] : чудовище протопало мимо, даже не взглянув на него. Он был слишком миниатюрной мишенью, чтобы представлять интерес для такого большого желудка.
3
Delirium tremens (лат.) — белая горячка.
Это
Направлявшееся ко мне трио представляло довольно редкую разновидность, которую мы нарекли Королевским Шутом из-за глуповатой ухмылки и красочного украшения на черепе. У ящеров данного вида были огромные страусиные ноги, вытянутая шея и чрезмерное количество зубов.
Изображая валун, я, не двигаясь, лежал на песке, пока они вперевалку приближались ко мне. Два больших, а один просто гигант восемнадцати футов в плечах. По мере того как они приближались, я начал задыхаться от страшного зловония. Эти огромные машины пропускали огромную массу воздуха. Я попробовал подсчитать оптимальный диаметр глотки, объем легких, потребность в кислороде и процентное содержание последнего в фунте воздуха. Примерно в сотне футов занятие пришлось прекратить, сосредоточиться мешало урчание их желудков.
Верзила первым почуял меня. Голова его вздернулась, тусклый, словно ведро с кровью, глаз повернулся в моем направлении. Он фыркнул. Затем вздохнул — не меньше галлона. Пасть открылась, дав мне возможность полюбоваться рядом белоснежных, готовых вонзиться в плоть зубов. Он загудел как паровоз и устремился ко мне. Настало время решать, и я не колебался.
Вдохнув напоследок влажный морской воздух, я окинул взглядом море, песок, пустое безразличное небо и силуэт чудовища на его фоне. Затем набрал аварийный код встроенным в челюсть тумблером.
Пейзаж скользнул в сторону и растворился в неощутимом ударе. В это время я уже описывал петлю за петлей в свернувшейся в лист Мебиуса Вселенной…
Сплошная темень и рев, как спуск в бочке по Ниагарскому водопаду.
8
Несколько секунд я лежал совершенно неподвижно, мысленно ощупывая свое тело. Руки-ноги целы. Шум не утихал, вокруг по-прежнему было темно. Неопределенная ситуация: вроде бы уже покинул Берег, но никуда еще не прибыл.
Согласно инструкции, при любой неисправности в темпополе следовало сохранять неподвижность и ожидать корректировочного импульса. В данном случае это могло занять довольно много времени. Пока еще никто не докладывал о таких срывах, поэтому инструкция могла ошибаться. Я вздохнул — ничего не произошло. И тогда окончательно решился…
Я встал, шагнул в тишину, в странный черноватый свет, простреливаемый маленькими ослепительными точками, какие видишь перед собой при потере сознания, и будто раздвинул занавес.
Ослепительные блестки рассеялись, и я очутился в стандартной кабине темпорального перехода этапной Пекс-станции. Дышалось свободно.
Я постоял немного в недоумении, затем повернулся к завесе, сквозь которую прошел. Это была обыкновенная бетонная стена около двух метров толщиной.
Возможно, это гудели молекулы плотного вещества, сквозь которые проникали сто восемьдесят фунтов загрязненной воды?
Я отложил изучение феномена на неопределенное время, предстояло отыскать шефа станции и доложить о внезапной атаке и разрушении темпостанции девяносто девять.