Кадеты

Сафонов Александр Алексеевич

– Софочка принесла вам покушать, бегите скорее, пока не остыло, – предлагает Лев Аронович. – И позвольте полюбопытствовать: завтракать утром будем?

– Кофе и круассаны, – мечтательно закатываю глаза.

– Вы будете смеяться, но кофий у меня таки есть! А булочки тётя Фрося печет не хуже чем в Вене!

– К восьми утра, пожалуйста! – цену не спрашиваю, боюсь что передумаю.

В номере на столике действительно стоят миски и пара стаканов. Нет, не с вином, всего лишь чай, несладкий и некрепкий. А может быть и не чай, по вкусу чуть лучше настойки из кипяченых

носков. В мисках оказался гороховый суп, скорее всего вчерашний.

– А форточки нет, как бы нам не задохнуться до утра, – размышляю о возможных последствиях.

– Можешь ночевать в коридоре, если боишься, – с набитым ртом отвечает Артур. Суп все-таки вкусный. Или просто мы сильно голодные.

– Я бы с Софочкой переночевал, интересно, где она спит?

– Ой, да ты хоть знаешь, что нужно делать с женщиной! – фыркает Артур.

– Могу подробно рассказать, но только не на ночь, тем более спать нам в одной кровати снова.

Софочка пришла через полчаса, забрать посуду. Естественно не упускаю возможность еще с ней поболтать, да и она не торопится уходить. Молодой девчонке скучно без общения со сверстниками. Больше семнадцати лет ей не дашь на вид.

– А почему вас милиция поселила у нас? – вопрос явно продиктован хозяином гостиницы.

– Вообще-то это государственная тайна, – снижаю голос до шепота. – Но тебе могу сказать на ушко, ты ведь никому не расскажешь?

Доверчивая Софочка подставляет соблазнительное розовое ушко и я, почти касаясь его губами, сочиняю о двух спец. агентах работающих в тылу противника, а сейчас находящихся на отдыхе.

– Ой, ну ты и балабол! – разочаровано отодвигается Софа. – А если по правде?

Задумчиво осматриваю Софины прелести. Вообще-то там почти нечего осматривать, первый размер от силы, но она все равно замечает мой взгляд и краснеет. Вау, меня воспринимают как мужчину!

– Боюсь что правда для вас, милая София, окажется настолько шокирующей, что вы не заснете до утра. Артуру, хм, я хотел сказать Семену, вот прошлую ночь кошмары снились. Разве что мне пойти вам навстречу и охранять ваш сон ночью…

– А охранялка то выросла? – под смех Артура обламывает меня Софа. – Мальчики, если вас интересуют развлечения подобного рода, то…, впрочем, у вас на это денег точно не хватит.

– А вот с этого места поподробней! – живо заинтересовался я. Артур тоже оживился.

– Только не подумайте, что я подобным занимаюсь! Есть женщины оказывающие услуги мужчинам, можно даже одну на двоих.

– О нет! – разочарован я. Представляю, что можно подцепить сейчас от проститутки, а при нынешнем развитии медицины… – Не настолько низко мы пали. Неужели мы с братом настолько малосимпатичны, что не в состоянии найти себе приличную девушку? А за подарком дело бы не стало.

Демонстрирую золотую монету, выуженную из кармана. Глупо конечно, не смог сдержать спортивный интерес – клюнет или нет?

– Спрячь, и никому не показывай, – Софа поднялась, собрала миски, направилась к выходу. У двери обернулась. – Мальчики, приберегите деньги на черный день, а девочки у вас и так будут в свое время.

– София! –

окликаю ее уже выходящую. – Извини! Глупая шутка была.

– Ничего. Спокойной ночи!

Ночь и правда оказалась спокойной. Измотанные за день, дрыхли без задних ног, и кошмары не снились. Разбудила нас, к сожалению, не Софа, а пухленькая добродушная женщина, принесшая нам кофе с булочками. И черт меня побери, действительно пахнет как кофе! И на вкус тоже как кофе, почти… Слишком сильно разбавили цикорием, немного разочарован, ну да ладно. Зато сладкий и булочки объедение! Немного подпортила настроение сумма за это удовольствие озвученная хозяином, когда мы спустились вниз. Двенадцать тысяч за паршивый кофе… Но отдаю без звука, словно для нас это мелочь. Однако от обеда отказываемся, кто знает, где мы будем через час.

В милицию приходим добровольно, как и обещали вчера. Нас уже ждет следователь: однорукий и ужасно худой мужчина. Если бы он еще и кашлял, то я с ним не стал бы разговаривать, опасаясь тубика. Но думаю его вид, скорее всего, результат ранения и долгого лечения. Как следователь он никакой, даже не заподозрил нас в корыстных намерениях или соучастии в преступлении. Наоборот: разговаривал с нами как с пострадавшими, чуть не съеденными людоедами, тщательно подбирал слова. Ясно, что опыта нет, попадись мы ему через годик-другой…

– Придется вам ребята задержаться, судья захочет, чтобы вы выступили как свидетели, – предупреждает нас, закончив с протоколом.

– А на что мы будем жить тут столько времени? У нас нет средств на еду и жилье, – делаю грустную физиономию.

– Да это быстро, завтра или послезавтра будет суд, – успокаивает следователь.

– Завтра?

Хотя чему я удивляюсь, военное время, могли и без суда обойтись.

– Посидите пока, я поговорю с начальством по поводу питания, – следователь оставляет нас одних в кабинете. Даже папки с делами не спрятал, а если мы шпионы? Берии на них нет!

– А давай у них разрешение на выступление попросим, – предлагает Артур. – Заработаем на еду и дорогу.

– Дорогу куда?

Мы еще не обсуждали дальнейшие планы, а у Артура похоже идея-фикс из головы не выходит.

– В Харьков, куда же еще? Раз их тут нет, получается, они сразу на Харьков поехали.

– Не факт, они могут куда угодно отправиться. А у нас бумага на Одессу выписана, так бы нас отсюда бесплатно отправили с комфортом, – вяло возражаю я, так как бесполезно.

– Но мы должны проверить!

– Знаешь братишка, на востоке есть такое выражение – кисмет. Это переводится как предопределение, судьба, которую не изменишь. То что должно случиться, произойдет независимо от тебя, а если что не суждено, то хоть обсерись, а не добьешься. То что Гектор попал к нам, это кисмет, и если суждено нам встретить этот цирк, то мы можем ткнуть пальцем в любое место на карте и угадаем. Подумай, нас ожидают трудные времена, возможно только с его помощью мы и заработаем на кусок хлеба с маслом. Это не ребенок, которого родители потеряли, ему у нас не хуже чем в цирке. Судьба нам его подсунула, когда захочет сама и заберет.