Капитан
Шрифт:
— Прошу вас, — протянула она, когда Ригг приготовился прикрепить к ящику сопроводительный лист.
Он показал ей этот лист, и Флора с трудом прочитала его через решетку. На листе значился уже известный ей адрес и название планеты, адрес грузоперевозчика, и название планеты-отправителя. Была указана стоимость перевозки, поскольку рабыня считалась грузом. Внизу листа были записаны ее данные: «Рабыня, домашняя кличка „Флора“, черные волосы, карие глаза, вес сто десять фунтов». Из-за
— Фургон прибыл, — сказал кто-то.
Ригг прикрепил сопроводительный лист к дверце ящика.
— Подожди, — сказал Эмон.
Через замок просунули проволоку, так, что дверца была закрыта на нее. Концы проволоки скрепили двумя маленькими, красными круглыми кусочками воска, протащив проволоку через воск на длину около дюйма. Кусочки воска нагрели и прилепили друг к другу. Таким образом, дверцу нельзя было открыть, не сломав печать. Маленьким орудием, напоминающим щипцы, Эмон зажал еще теплый воск. Когда он разжал щипцы, на обеих сторонах воскового кружка отпечатался какой-то рисунок.
— Это печать для девственниц, — объяснил Ригг.
— Да, господин, — кивнула девушка.
— Она защитит тебя на корабле, — добавил Эмон.
— Не забывай про цветок рабства! — напомнил Ригг.
— Нет, господин.
— Прощай! — в один голос сказали Эмон и Ригг.
— Прощайте, господа, — ответила им девушка. Спустя минуту в комнату вошли двое грузчиков, подняли контейнер и поместили его на тележку. Внутри в ужасе рыдал живой груз.
Глава 21
— Сжальтесь! Пощадите! — кричал Туво Авзоний.
Его бросили на колени перед креслом.
Черный металлический стержень был вставлен в отверстия в наручниках и закреплен на опоре в полу перед креслом. Другие такие же отверстия со вставленными в них ограждениями образовывали барьер вокруг тускло освещенного кресла в помещении одного из городских участков.
Туво Авзоний знал, где он находится — ему не завязали глаза. Его арест произошел вполне открыто, полицейские подошли к нему днем с наручниками и дубинками и прогнали по людным улицам.
Его руки в наручниках были прижаты к бокам, за спиной проходил железный стержень, вставленный в звенья цепи. Стержень не мог выскользнуть, так как две маленькие витые цепи, прикрепленные к нему, охватывали руки арестованного повыше локтей.
Двое полицейских, которые поставили Туво Авзония на колени, отступили назад.
Туво Авзоний был обнаженным, если не считать тряпки, обмотанной вокруг бедер — вероятно, чтобы не пострадала его скромность «равноправного» мужчины.
Авзоний заморгал — яркий свет, зажегшийся где-то наверху, ослепил его.
Прищурившись, Авзоний оглянулся, стараясь рассмотреть стражников. Это оказалось трудным делом, поскольку они стояли далеко позади него. По их лицам он ничего не мог понять, кроме того, что они выполнили приказание.
Дверь открылась, и вошел полицейский офицер.
— Пощадите! — крикнул Туво Авзоний. Офицер, который нес кипу бумаг, внимательно взглянул на него.
— Я невиновен!
— В чем? — удивился офицер.
— Не знаю, — ответил Туво Авзоний. — Почему меня привели сюда? В чем меня обвиняют?
Офицер отвел глаза и не ответил.
— Это ошибка! — настаивал Туво Авзоний. — Я — Туво Авзоний с планеты Митон, честный гражданин, патриций, гражданский служащий четвертого ранга в управлении его величества императора! Мой служебный список безупречен! Я патриций, я ни в чем не виновен!
— Вас выслушают, — ответил офицер. — Его светлость сам решил заняться вашим делом.
— Его светлость? — изумился Туво Авзоний.
В этот момент на пороге появился высокий, одетый в черное человек.
Туво Авзоний сжал закованные в цепи кулаки.
— Ваша светлость, — почтительно произнес офицер.
Человек в черной одежде кивнул и взял у офицера бумаги.
— Спасибо, комиссар, — сказал он.
Такое обращение изумило Туво Авзония. Человек в черном уселся в кресло и перелистал бумаги.
— Я невиновен, ваша светлость, — сказал Туво Авзоний.
— Можете идти, комиссар, — произнес человек в черном.
— Да, ваша светлость, — офицер поклонился и вышел.
Лицо сидящего было скрыто под маской.
— Туво Авзоний, гражданский служащий, четвертый уровень, Митон, планета «одинаковых», финансовый отдел, первый имперский квадрант, хонестори, даже потомок патрициев… — скороговоркой произнес он, просматривая бумаги.
— Из рода Авзониев, — добавил Авзоний, — потомок в сто третьем колене.
— Это впечатляет, — усмехнулся человек в маске. — Отличные рекомендации.
— Да, ваша светлость! — воскликнул Авзоний.
— В основном.
— Что, ваша светлость? — переспросил Туво Авзоний.
— Вопрос состоит в семейном положении, — продолжал человек в маске. — Вы же знаете мнение имперских властей по этому вопросу. Вам известно, что сама мать-императрица озабочена этим?
— О, конечно! — с облегчением воскликнул Туво Авзоний. — Разумеется! Я уже давно веду поиски супруги! Брак уже был назначен с достойным потомком патрицианского рода, с приемлемой планеты Тереннии, с потомком рода, равного моему, Трибонием Аврезием!