Капкан
Шрифт:
– Что ты говоришь, Паша? – удивленно спросила я. – Я столько ездила, я столько всего узнала, а ты теперь говоришь, чтобы бросила все на полпути?
– Это опасно, говорю тебе! Нужно просто позвонить этому Овсянникову и все рассказать. Дальше уже не твоя забота. Если ты не позвонишь, я позвоню сам. Мне не нужно, чтобы вы с Полей рисковали из-за меня!
– Подожди, Паша, – пролепетала я. – Позвонить я успею. Давай лучше подумаем, что это все может значить? Что значит эта запись? – я достала листок из колоды
– Записка Валерии означает очень простую вещь: она знала, что ты интересуешься этим делом и рассказала Воронову. Тот решил вывести тебя из игры хотя бы на время или просто запугать, чтобы ты в него не лезла – не знаю точно. Но он спутал тебя с Полиной и ударил ее.
– А откуда Валерия знала, у кого я была?
– Я думаю, что она наставляет рога Вадиму с этим Вороновым. От Вадима узнает информацию и передает Воронову. Только так можно это все объяснить. Ты сегодня была у Вадима?
Я кивнула.
– А она?
– Нет. Во всяком случае, я ее у него не видела.
– Значит, потом приехала к нему, и он ей рассказал о твоем визите. А она удивилась, как же ты с проломленной головой ходишь и поехала к любовнику выяснять отношения.
– То-то я думаю, чего это Воронов так удивленно на меня смотрел и по голове гладил!
– Ну, конечно, он обалдел, когда увидел тебя целой и невредимой.
– Значит, это он ударил Полину, – протянула я. – Вот негодяй! А Маслова? Неужели он убил?
– Похоже, что да, Оля. Похоже, что да. Нужно звонить Овсянникову, вы с Полей больше в это дела не суйтесь. Все, хватит!
Моя мечта самой поймать преступника и привезти его к Жоре, похоже, не сбудется. А мне так этого хотелось! Ну, почему Павел не дает мне такой возможности? Может, попробовать его остановить?
Но Павел уже протягивал мне телефонную трубку. Я вздохнула и стала набирать Жорин номер.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ (ПОЛИНА)
Я проснулась вся какая-то разбитая и не долго могла понять, где я нахожусь. Взглянув на настенные часы, я оторопела: стрелки показывали половину первого дня. Вот это я поспала!
Тело мое ныла, ужасно болела голова. Я попыталась слезть с постели, но почувствовала сильную боль в ноге и охнув повалилась обратно. Оглядевшись, я сообразила, что лежу в Жориной квартире. Слава Богу, что не на его кровати.
Тут я вспомнила все, что произошло со мной вчера. Удар по голове в лифте, Кравцова, несущего меня на руках к себе, ошеломленного Жору, перепуганную и разъяренную Ольгу, переезд к Жоре… Последнее было самым неприятным воспоминанием.
Правда, Жора вел себя почти как джентльмен: давал мне лекарство, уложил на диван. Ни разу не приставал ко мне. Потом он, наверное, накачал меня снотворным, чтобы я уснула, иначе с чего бы я проспала полдня?
Рядом
Тут я заметила записку рядом с телефоном. «Милая Поленька, я на работе. Если тебе что-нибудь понадобится, сразу же позвони. Твой Жорик». Господи, «твой Жорик»! Жора что-то уж слишком размечтался!
Я позвонила к нему на работу и прямо заявила, что хочу есть. – Подожди, солнышко, сейчас у меня будет перерыв, и я приеду.
– Еще я хочу домой, – добавила я. – Ты меня обманул! Сказал, что будешь обо мне заботиться, а сам уехал!
Вообще-то я была рада, что Жора уехал, но есть-то хочется!
– Я сейчас приеду, Полинушка, – повторил Жора. – Что бы ты хотела на обед?
– Ананасы в шампанском! – буркнула я недовольно и шваркнула трубку на место.
Жора приехал через двадцать пять минут. Я чуть не расхохоталась: в руках он держал большой ананас.
Жора перенес меня в кухню на руках, разогрел обед, и мы поели.
– Ну, как ты себя чувствуешь? – спросил он.
– Все нормально. Нога только немного болит. Ольга не звонила?
– Нет, не звонила.
– А еще кто-нибудь?
– А кто тебя интересует? – Жоре явно кто-то звонил по Пашкиному делу, я это чувствовала. Но он почему-то не захотел говорить.
– Жора, скажи мне, что тебе известно! – потребовала я.
– Полина, я же тебя просил, отвлекись от этого дела хотя бы на то время, пока ты болеешь. Я тебе обещаю, что скоро уже все будет закончено.
– Обещаешь?
– Обещаю. И ты первой узнаешь, что все закончено. Я сейчас поеду на работу – уж извини! – и обязательно тебе позвоню. Так что не расстраивайся и жди.
Жора поцеловал меня в щеку и засобирался. Он перенес меня снова на постель и включил телевизор. Я погрузилась в созерцание какой-то мыльной оперы. А Ольга даже не смотрит. Что это с ней случилось?
Через два часа я совершенно отупела от всех этих сериалов, запуталась в действующих лицах и сложных семейных отношениях и выключила телевизор. Лучше почитаю-ка я книжку.
Надо сказать, что Жора Овсянников был большим книголюбом. В его квартире стоял огромный, во всю стену книжный шкаф, до отказа забитый различными произведениями литературы. К книгам он относился прямо-таки благоговейно: выискивал какие-нибудь редкие издания, платил за них огромные деньги и был страшно доволен, когда его коллекция пополнялась еще одним экземпляром.
Правда, я не помнила, чтобы он что-то читал из своей сокровищницы. Обычно его книги читали мы с Ольгой. Больше Жора никому не давал их читать – настолько дорожил.