Картер
Шрифт:
Он посмотрел вверх, когда я приблизилась, и его лицо стало серьезным, когда он надменно сказал:
— Ты не приходила к моему окну, Лия.
Я остановилась рядом с ним, не потрудившись сесть, хотя там было достаточно места для двоих. Я просто пожала плечами и приблизилась к автобусному знаку, глядя на улицу.
— Почему ты сердишься на меня? — вдруг спросил он. — Я не сделал ничего плохого.
— Почему ты здесь? — вместо ответа спросила я, — Ты отстранен от занятий.
— Кто говорит, что я еду в школу?
Я посмотрела
— Куда ты едешь?
— Как ты относишься к тому, чтобы пропустить учебу и пойти посмотреть?
— Я не хочу.
Он встал и направился ко мне. Я посмотрела на улицу, надеясь увидеть подъезжающий автобус. Я почувствовала, что он стоит за моей спиной, и с трудом сглотнула. Было несправедливо, что он мог заставить меня чувствовать себя так. Я бы отключила его, если бы могла. Мне хотелось посмотреть на него так, как я смотрела на всех остальных парней.
— Что случилось? — спросил он озабоченно, — Скажи мне, Лия. Пожалуйста.
Я отошла от него, пытаясь увеличить расстояний, чтобы я могла спокойно думать.
— Ничего.
— Это не ничего! — нажал он, — Просто скажи мне, что, черт возьми, не так? Ты не сказала мне ни слова с момента, как я порвал этого ублюдка на куски ради тебя.
— Я никогда не просила, что бы ты это делал, — сказала я сердито, поворачиваясь лицом к нему.
Его лицо вытянулось.
— Какого черта? Ты сердишься из-за того, что я помог тебе?
— Ты не помог мне!
— А что я должен был делать? Он угрожал твоей жизни!
— Я находилась под угрозой намного худшей, чем эта, Картер, и я справлялась очень хорошо.
Его нос вспыхнул, и его губы скривились, когда он возразил:
— Прекрати иметь дело с этими уродами самостоятельно. Ты, черт возьми, девчонка, а эти парни пытаются спустить тебя на дно.
— Тогда пусть попробуют. Я выносливая. Могу справиться с этим самостоятельно, я бы справилась без тебя и не получила бы столь пристального внимания. Теперь я выгляжу даже слабее! Как будто мне нужна помощь для решения моих проблем.
— Нет ничего плохого в том, чтобы нуждаться в помощи, — перебил он, подходя ко мне ближе. Я чувствовала, как его гнев утихает. — Ты постояла за себя, я понял. Ты поставила его на колени, схватив за яйца, и я восхищаюсь этим. Действительно, Лия. Но, черт, ты не можешь ожидать, что испугала их. Они будут доставать тебя в дальнейшем. Я видел, как это происходит. Это чертовски убивает меня, когда они так относятся к тебе.
Его голос, в конце концов, сорвался, и он посмотрел на меня, опуская свои стены и позволяя мне увидеть его боль.
Я заморгала, чувствуя влагу в моих глазах. Что, черт возьми, со мной не так? Я была на грани истерики? Нет, нет, Это не может быть правильным. Тем не менее, комок в горле, который не удавалось проглотить, подсказал мне, что я действительно боролась со слезами.
— Я просто
— Ты хочешь, чтобы я просто смотрел? — в шоке прошептал он в ответ, — Черт, нет Лия! Я не собираюсь быть как чертов Рим, сидеть там, потому что мне сказали заткнуться. Ни за что. Я не собираюсь смотреть, как издеваются над тем, о ком я забочусь. Ты никогда не сможешь убедить меня в обратном, в то время как собираешься иметь с этим дело.
Я смотрела на него долгое время, принимая осуждение в этом взгляде.
— Ты не должен этого делать, — сказала я, чувствуя, как катятся слезы, — Ты действительно не должен, Картер.
Он придвинулся ко мне ближе, и стер слезу большим пальцем. Его голубые глаза сияли от волнения, когда он спокойно ответил:
— Да, я должен.
Я взяла его руку, которой он вытер слезы, и крепко сжала. Невидимая связь между нами в тот момент только крепла. Он притянул меня в объятья, и я закрыла глаза, уткнувшись ему в грудь, чувствуя его дыхание.
— Все будет хорошо, — успокаивал он меня, — Я не позволю, что бы с тобой что-нибудь случилось. Они все умрут, прежде чем смогут коснуться тебя хотя бы пальцем.
Когда он отстранился, мы оба сели на скамейку и смотрели на проезжающие автомобили. Он был со мной рядом, обнимал и успокаивал меня.
— Что случилось с твоей щекой? — вдруг спросил он.
— Ничего, — ответила я, отворачивая от него лицо, чтобы он не мог видеть синяк. Под солнечным светом это было неизбежно, и я знала это. Я даже не придумала достаточно хорошей лжи о том, как его получила, если кто-то спросит.
Его пальцы взяли мня за подбородок, и он повернул меня к себе. Я не могла встретиться с ним взглядом, это было очень трудно.
— Это Рассел сделал с тобой? — спросил он.
— Я нагрубила ему, — проворчала я.
Он сжал челюсть и отпустил мое лицо. Он сложил свои руки вместе и отвернулся от меня.
— Он запретил тебе видеться со мной?
— Да.
— Ты собираешься послушаться его?
— Нет. Просто мне нужно быть более осторожной.
Он выдохнул и покачал головой.
— Мне хочется причинить ему боль.
— Все нормально, — сказала я ему, хватая его за руку, — Это был первый раз, когда он прикоснулся ко мне. Я буду себя хорошо вести, и он не сделает этого снова. Не нужно делать ничего глупого, Картер. Если ты что-нибудь сделаешь, мне может стать еще хуже.
Он ничего не ответил, но он сдержанно кивнул.
Когда, наконец, пришел автобус, я решила пропустить учебу и провести весь день с ним.
***
Во время двухнедельного отстранения, Картер перехватывал меня по пути в школу и уговаривал меня пропустить уроки. Я делала все, что он хотел, потому что он был моим героем, и я любила его как сумасшедшая.