Картер

Левис Р. Д.

— Хорошо, — прошептала я ему, отвернувшись, чтобы он не заметил блеск слез в моих глазах. — Ну, я собираюсь сказать, чтобы ты больше никогда не делал так снова.

— Никогда не делал снова что?

— Ты знаешь что. Никогда не приводи девочек в эту комнату. Если ты сделаешь это снова, я больше не приду сюда. Это наше место. Я не собираюсь делиться. Если ты хочешь этим заниматься, то делай это в канаве.

— Как я буду убеждать девочку поцеловать меня в канаве, Лия?

— О, пожалуйста. Ты можешь взять ее в прачечную, и она будет думать, что это самое романтичное

место.

— Есть ли какие-либо прачечные вокруг?

— Есть одна возле дороги, но ты должен носить с собой нож, когда берешь ее туда. Некоторые темные люди скрываются рядом.

— Я учту, когда поведу туда следующую девочку, — пошутил он.

— Видишь, я могу быть полезна.

Когда он не ответил, я взглянула на него. Он задумчиво улыбался, и я отдала бы свои руку и ногу, чтобы узнать, о чем он думает. Что, черт возьми, заставило его улыбаться? И почему его было так трудно читать?

Это было не справедливо, когда он держал свои мысли при себе. Возможно, мне придется научиться делать то же самое.

— Рассел по-прежнему проверяет тебя? — спросил он и нахмурился.

— Да, — ответила я, — он проверял меня дважды сегодня. Я не знаю, в чем его проблема.

— Он знает, что мы видимся. Бьюсь об заклад, он пытается поймать тебя с поличным. Будь с ним осторожна. Я не доверяю ему.

— Я тоже не доверяю ему. Но он никогда не делал мне плохо.

— Никогда не стоит недооценивать то, на что способны некоторые люди. Если он плохо поступает с другими, то только вопрос времени, когда он поступит так с тобой. Просто будь внимательна и дай знать, если что-нибудь случиться. Я с тобой. Ты знаешь это, правда?

Он говорил предельно ясно, и я кивнула, стремясь унять гнев, который он испытывал по отношению к моему дяде. Он понимал, что я не могу дать однозначный ответ. Но Картер сказал мне это сейчас, так как хотел, чтобы я знала.

— Хорошо, — пробормотал он себе под нос.

Мы пролежали там некоторое время в тишине. Это никогда не было неудобным. Его гнев исчез быстро, и он взял мою руку и сжимал поочередно каждый палец. Это было то, что мы делали на протяжении долгих лет, и он чувствовал себя чертовски хорошо.

Я смотрела на него, когда он это делал. Его лицо было спокойным, а уголки губ подрагивали. Для меня он был так красив, но мне все еще было больно от того, свидетелем чему я стала.

— Разве ты поешь с ней? — думала я вслух, когда он сжал мой средний палец.

— Разве похоже, что я пел для нее? — ответил он посмеиваясь.

Я нахмурилась.

— Ты целовался с ней.

— Конечно. Не обвиняй меня.

Я закрыла глаза на короткое время. Почему парни такие отстраненные? Как они могут поцеловать девушку и отбросить ее в сторону? Я не могла понять его.

— Не думай о ней слишком долго — сказал он — она не была хороша. Если быть честным, я был очень разочарован.

— Как может кто-то быть не очень хорош в поцелуях?

Он пожал плечами и отпустил мою руку.

— Некоторые люди не шевелят губами и ждут, что другой человек сделает всю работу.

Да. Я никогда

не думала об этом.

— На что похожи поцелуи? — спросила я его с любопытством, — Я слышала, как девчонки в школе говорят, что это как целовать яблоко.

И я была уверена, что я была одной из немногих пятнадцатилетних девчонок, которые еще не делали этого с парнями.

— Поцелуи с яблоком не то же самое, — ответил он быстро, сдерживая очередной приступ смеха.

— Если мы собираемся использовать фрукты для сравнения — что чертовски глупо — то это больше похоже, как целовать банановое пюре.

Мои глаза расширились от удивления.

— Так… Липко?

Теперь он действительно смеялся — так сильно, на самом деле он хрипел.

— Ох, Лия, святой черт, ты заставляешь меня смеяться.

— Разве Пампоса тоже заставляет тебя смеяться?

Он повернулся на бок, так, чтобы быть лицом ко мне, его губы растянулись в широкой улыбке. Его лицо было немного красным от смеха, потому что пытливый ум — это весело, и шепнул мне:

— Ни одна девушка кроме тебя никогда не заставляла меня смеяться.

И тогда он сделал что-то странное. Он взял меня за подбородок рукой и повернул к себе. Мое сердце ускорилось от этого прикосновения. Он долго смотрел мне в глаза в поисках чего-то с этим не читаемым выражением лица. Затем его пальцы отпустили мой подбородок и скользнули по щеке, чтобы заправить несколько прядей волос за ухо. Когда он наконец опустил руку, его глаза не отрывались от меня. Он сделал это сейчас. Просто посмотрел на меня со странным задумчивым выражением, а потом отвернулся, как будто бы ничего не произошло, возвращаясь к своему нормальному дерзкому поведению. Боже, он играл не честно. Просто, когда я пытаюсь жить с осознанием того, что ничего никогда не произойдет, он взял и сделал это. Я подумала, если бы он хотел, чтобы я увлеклась им. Дерзкий ублюдок, это про него!

Я смотрела на его губы и почувствовала смятение у себя в груди. Именно тогда я хотела, чтобы он поцеловал меня. Чтобы удовлетворить мое любопытство раз и навсегда, таким образом, я знала, как прекрасно ощущаются поцелуи с банановым пюре. Но в тусклом свете, со сжимающимся желудком и музыкой, все еще играющей в фоновом режиме, я увидела немного блеска на его нижней губе. Он всего минуту назад целовал рот другой девушки. Я не хочу, чтобы это рот касался меня. Так что я с трудом сглотнула и отвернулась, пытаясь сосредоточиться на случайном месте.

— Таким образом, ты не мог бы привести Минди сюда в этот раз? — пробормотала я игриво, — Или Кристину? Или Дженифер? Это должна была быть Помпоса? Это как если бы я затащила к себе домой парня по имени Ханнелоре.

Он снова засмеялся.

— Ты не знаешь, когда остановиться, не так ли?

— Не тогда, когда это касается тебя.

Он поджал губы, и его глаза устремились ко мне. Мы смотрели друг на друга в течение нескольких мгновений. Все это время я с трудом дышала.

— Ты пахнешь как она, знаешь ли, — пробормотала я, пытаясь разрядить атмосферу, — Как жевательная резинка и девушка. Это то, что ты хотел?