Карты печали

Йолен Джейн

– Покажи мне свои стихи, дитя, те, о которых мне рассказывали.

Если бы Лина была одной из нас, принцем или другим членом Королевской семьи, последовал бы тщательно продуманный спектакль, состоящий из извинений, сожалений, обмана и стеснительности, а после него - с неохотой выраженная покорность. Но она не была знакома с придворными играми. Она немедленно сунула руку в свою тростниковую корзиночку и извлекла охапку стихов.

– Прочти их мне, дитя, - сказала Королева своим неподражаемым голосом.

Она откинулась на подушки и закрыла глаза.

Седовласая начала с первой поэмы о Седой Страннице, нашептывая ее Королеве.

– Громче, - велела Королева, - чтобы все слышали.

Впервые за все время на лице Седовласой появилась неуверенность. В комнате было около тридцати принцев, и хотя на их лицах было написано живое внимание, во взглядах было что-то хищное. Лина-Лания шепнула что-то Королеве и та улыбнулась.

– Б'оремос, - сказала Королева.

Я привстал, все еще дрожа.

– Иди сейчас же в свою комнату, принеси свою плекту и спой мне песню, которую ты написал на слова этой поэмы. Мы будем ждать.

Я бросился из комнаты, щеки пылали, но я ликовал. На Т'арремоса я даже не взглянул, но ясно представлял себе, как запульсировали у него на щеке-карте синие вены, как бегущие к морю сердитые реки.

Мар-Кешан стоял в дверях моих апартаментов с плектой в руках. Откуда он знал, что мне нужно, было одной из маленьких тайн, присущих слугам. Я был просто благодарен ему за хорошую службу. Я выхватил у него инструмент и, настраивая его на бегу, заторопился обратно по изгибам залов, мимо колокольчиков, в Приемный Зал Королевы.

Похоже было, что, пока я отсутствовал, никто не шевельнулся. Вдоль помоста, ведущего к возвышению, лежали на своих подушках принцы. Т'арремос все еще стоял на коленях, ошеломленный моей удачей. Королева откинулась на подушки, глаза ее были закрыты. Ее два советника на втором и третьем уровнях глядели вовсю и ждали. Линни сидела, сложив руки, как будто тишина в комнате дала ей возможность подумать.

Когда я подошел к подножию помоста, я взял полный аккорд на плекте. Ее сильный голос красиво отозвался в гармониях закругленной стены.

Я запел, сначала медленно, потом набирая темп и силу. Когда я закончил, Седовласая прочла остальные пять стихов. Они хорошо дополняли первый, это было мощное начало Цикла о Седой Страннице, хотя третью из них, начинающуюся словами "Какие мы острова..." теперь редко исполняют. Трудно было поверить, что девушка Земель, только что вышедшая из детского возраста, могла их написать. Последняя была ее знаменитая "Прощальная".

Королева вздохнула и замысловато взмахнула рукой, что являлось сигналом для жриц.

Слева от подушек распахнулась дверь и в комнату вступили три Женщины Луны.

– КАКИЕ НА НИХ БЫЛИ ОДЕЖДЫ?

Подпоясанные белые платья для предсказаний

и диадемы в виде разных фаз луны на бритых головах. Старшая жрица была пророчицей, хотя иногда дар видеть будущее просыпался и в младшей из них. В одной руке она несла крест, в другой - шар предсказаний. И только после того, как она поклонилась Королеве, она отдала драгоценные реликвии своим помощницам.

Королева кивнула им.

– Что вы знаете о ребенке Земель?
– спросила Королева.

Старшая жрица посмотрела в шар, который держала в руках помощница. Шар на миг осветился голубым светом. Тогда я испытывал благоговейный страх, но один небесный путешественник рассказал мне о секрете этого внутреннего пламени. Внутри шара есть тайник с жиром и пара кремней, которые высекают искру, когда прикоснешься к особому устройству.

– КТО БЫ НИ РАССКАЗАЛ ТЕБЕ ОБ ЭТОМ, ОН ПОСТУПИЛ НЕХОРОШО. МЫ ПОКЛЯЛИСЬ НАБЛЮДАТЬ, ИЗУЧАТЬ, ПОЗНАВАТЬ.

– Это мой долг как Короля - знать все. Кроме того, этот молодой человек в то время был пьян от королевского вина. Это лучше, чем я знаю секрет волшебства Лун. Поверь мне, я не рассказывал никому.

– ТЫ РАССКАЗАЛ МНЕ.

– Ты не позволишь этому распространиться. Ты не посмеешь, если ты хорошо знаешь наши обычаи.

– ЧТО СКАЗАЛА ЖРИЦА?

– "Дитя Земель поведет в путь", - вот что она сказала.

Лежавшие у помоста принцы охнули при этом откровении. Я молчал и смотрел на Седовласую. Она склонила голову, но лицо ее было спокойно.

– А тот ли это ребенок?
– спросила Королева. По предсказанию разрешается задать всего один вопрос.

Жрицы повернулись и ухватились за крест в том месте, где пересекаются две палочки, по два пальца с каждой стороны, а большой палец по центру.

– Ее предадут, но она останется верна.

Королева отпустила их. Говорят, что предсказания Лун всегда сбываются, но их смысл становится понятным лишь спустя много времени.

– Значит, ты сохранишь верность мне, - сказала Королева, решив пренебречь остальной частью предсказания.
– То есть если ты действительно то дитя Земель, о котором нам сказали. Ну ка, покажи мне, что ты в самом деле это дитя.

– А как же я могу это сделать, госпожа?
– спросила Линни, глядя прямо на Королеву.

– Сочини еще один гимн, сейчас, на моих глазах. Откуда мне знать, не позаимствовала ли ты свои стихи у старших?

Линни посмотрела на Д'оремоса, и он беспокойно заерзал, как будто догадываясь, что должно случиться.

– Но мне некого оплакивать, моя Королева, - сказала Седовласая.

Королева улыбнулась.

– Мне тоже, - сказала она.
– Но время всех нас приводит к печали. Давайте сейчас поедим и не будем больше говорить о смерти.