Катриэль

Mariarti Mesmer

– Да, – кивнул мужчина и открыл скрипучую дверцу. – Я часовщик. Проходите.

– Часовщик, хм, – пренебрежительно повторила Ольга и подозрительно оглядываясь, вошла в темное помещение. – А свет тут вообще есть?

– Есть, – ответил Феарольф.

Тут же загорелось много света: настенные бра в форме свечей, высокие лампы с бархатными абажурами и настольные лампы стоящие почти на каждой полке.

Марк огляделся. – Ого! Я даже не знаю, чего тут больше осветительных приборов или старинных часов.

– Это уж точно, – усмехнулась

Катя.

Действительно первый этаж, который представлял собой холл небольшой мастерской, был полностью увешан часами, разных размеров, форм и производства. Удивительно, что до того, как они вошли, все часы молчали, и ни одна стрелка не двинулась с места. Теперь же, мастерская будто ожила при появлении хозяина; возле книжной полки забили большие напольные часы, маленькая деревянная кукушка вылезла из домика и прокукукала восемь раз над Катиной головой, а огромные глаза керамической совы перебегали то на блондинку, то на книгочея.

– Позвольте ваш пиджачок, – послышался голос за Катиной спиной.

Девушка обернулась. Существо похожее на вешалку протянуло к ней не то палку, не то руку. Катя замешкалась, но все же сняла и любезно передала пиджак.

– Господин, сегодня поздновато вернулись, – произнесла вешалка, нацепив на себя верхнюю одежду гостьи. – Давайте помогу?

Феарольф кивнул и позволил снять с себя помятый сюртук.

– Господин Драгазар, ваш кафтан?

– Нет, не надо, – отмахнулся тот, плюхнувшись на мягкий диван.

– За ваше отсутствие ничего примечательного не произошло. – Привычно начала отчитываться вешалка. – Был один заказ. Я записал данные и предупредил, что вы сами свяжитесь.

– Молодец, спасибо.

– Рад стараться, – существо стукнуло ногой о пол и встало возле двери тут же потеряв какие–либо признаки жизни.

– Что это вообще такое? – недоумевая, спросила Катя. – Точно такой же был в трактире.

– Это сервусы. У нас в магистериуме, такие в каждом кабинете стоят. Они не запрещены, – объяснил Марк.

– По–моему, обычная вешалка, – вставила блондинка и присела рядом с Драгазаром.

– А от них толку и не больше, – шепнул Феарольф, стараясь, чтобы его собственный сервус об этом не услышит.

Существо у двери шевельнулось, но ничего не произнесло.

– И что теперь? – шлепнув ладонями по бедрам, поинтересовалась Катерина. – Нэльса нет, деда тоже. Король, от которого все зависело мертв. У вас есть запасной план или что–то в этом роде? Что нам делать то?

– Ну, для начала перекусить, а потом немного поспать, – улыбнулся Феарольф.

– Нет, нет, – запричитал Марк. – Я хочу посмотреть на короля. Я не лягу спать. Разве что только перекушу. В магистериуме запрещено бередить прошлое. Никто и не знает о существовании короля, белой башни, да и магии. Волшебники вообще герои сказок.

– Какую правду вам тогда преподносит совет магистериума? – поинтересовался Драгазар.

Книгочей почесал затылок.

– Да вроде все чему нас учат с детства – простые вещи.

Есть обычные люди, которые живут в обычном мире, есть магистериум, который следит за их обычной жизнью. Простые смертные и не знают о существовании совета. Мы книгочеи посвящены в чуть больше, ибо нас отбирают по способностям. Но лишь единицы имеют доступ к запрещенной литературе.

– И ты из их числа? – обрадовалась Катя.

Марк прикусил губу.

– Вообще–то нет. У профессора Урфина де Троя был доступ. А я был его любимым учеником.

– Понятно, – хихикнула Ольга.

Книгочей довольно улыбнулся. – Я думаю, он будет город за меня, когда узнает, что я видел белую башню. Он будет рад, когда узнает, что она действительно существует.

Все часы в комнате вдруг остановились.

– Я надеюсь, что никто, ничего, от тебя не узнает, – грозно произнес Феарольф и глаза его вдруг потемнели.

– Я понял, – книгочей разочарованно опустил голову. – Никто.

Секундные стрелки вновь затикали в привычном направлении.

– Я бы не подверг ни вас, ни его такой опасности. Я знаю, что магистериум делает с предателями.

– Но почему магистериум запрещает магию? – спросила Катя.

– Серая Баронесса, та которая и собрала совет магистериума, является племянницей Алдарина, а следовательно и наследницей этого мира. Но к сожалению на ее пути к трону стоят более могущественные братья. Король Кронос и граф Мракор. Она знает о своих возможностях, поэтому не стала вступать в прямое противостояние с ними. Нарака, как и остальные из рода Алдарина имеет право на использование магии, поэтому, чтобы поставить своих братьев на равных с собой условиях и создала магистериум. Тех, кто отвергает и не пользуется этой силой, – прояснил Феарольф. – Навряд ли Серая Баронесса отказалась от идеи завоевать трон. Все ее действия изначально направлены на захват власти.

– Баронесса Нарака тоже обладает магией? – радостно подскочил книгочей. – Ого! Она, конечно, очень старая, но кто бы мог подумать, что ее жизнь длится сначала времен.

– Народ легко поддается правде , которой его кормят с детства. Большинство той информации, которую вы видите по телевизору, и узнаете из газет не существует вовсе, – вступил в разговор как всегда равнодушный Драгазар. – Более того, не существует многих городов и даже некоторых стран. Баронесса сумела скрыть многие важные вещи.

– Например, – усомнилась блондинка, побывавшая во многих заграничных городах.

– Четыре Великие Башни.

Марк в очередной раз удивленно подскочил.

– Все четыре сохранились?

– Все четыре, – кивнул Феарольф. –Раньше, когда человек не занимался освоением земель, скрывать магические сокровища было проще. А теперь и это не так сложно. Люди сидят в своих домах и наблюдают за миром через экраны телевизоров, подсунуть любую нужную информацию легко. Никто никуда не идет, никто ни к чему не стремится…