Keep Coming
Шрифт:
Постепенно громкие разговоры стали стихать. Все события дня были пересказаны, вопросы заданы и отвечены, и теперь, когда возбуждение стало спадать, ему на смену пришла усталость.
Было решено, что Цезарь развезёт всех по домам. Перед тем как попрощаться с Октавией, Эффи взяла с неё клятвенное обещание быть аккуратной и счастливой, а затем крепко обняла. Она понимала, что поводов для беспокойства не должно быть, но все равно ничего не могла с собой поделать.
– Снова в своих размышлениях?
–
– Просто думаю о том, что будет, если вас не станет. Всего этого, - кутаясь в воротник ярко желтого пальто от холодного осеннего ветра, ответила она.
– Это всего лишь на пару дней. Тем более, ты сама предложила эту поездку, - он улыбнулся своей шикарной улыбкой.
– Да и вообще, куда мы денемся. Знаешь, это действительно сложно - справляться с отсутствием воспоминаний. Но есть одна штука, которая помогает - друзья. Тринкет, ты слишком много думаешь о том, что было. Может пора уже отпустить прошлое? Теперь это наша новая жизнь.
– Я как раз работаю над этим, - она улыбнулась, обнимая друга, крепко сжимая его плечи.
Как же мне будет не хватать тебя!
– Эй, ты чего, родная? Ты что плачешь?
– он заботливо вытер её слезы большими пальцами.
– Прости, все эти эмоции, - девушка поправила макияж и снова улыбнулась.
– Мы справимся, Эффс, - Цезарь снова обнял ее и поцеловал в висок, как маленькую девочку, но тут же отстранился, - ты справишься.
***
У Логана дрожат руки. Он цепляется за телефон, и со стороны кажется, что мужчина пытается задушить устройство.
В его доме прохладно, как и во всех помещениях, где бы он не находился. И несмотря на потрескивающие поленья в камине, тепло от огня не могло согреть слегка онемевшие конечности мужчины.
Свет от камина, отбрасываемый острым и широким лезвием, плясало по стенам комнаты.
У Логана сердце бьется как ненормальное.
Чёрт возьми, чёрт.
Он несколько секунд моргает. Спина отдаёт тянущей болью. Как и затылок, и шея. Тело слегка лихорадит.
Какого черта здесь такая темнота?
– Это безумие, - говорит учёный в пустоту перед собой.
– Это месть, Логан. Мы заслужили. Они все заслужили!
– рычит мужчина за спиной Реддла, и всё его нутро сжимается в один тугой узел. Это чёртово слово: должен. Оно звенит в его черепе противным звоном. Оглушающим.
– Знаю.
– Тогда закончи начатое, пожалуйста!
Логан склоняется над бумагами, сжимая в правой руке телефон, так сильно, что устройство издаёт предупредительный треск. Лицо его бледное, а глаза лихорадочно поблёскивают, хотя выглядит он достаточно спокойным.
Ему
– Как прошло?
– Нормально, - отвечает она, складывая руки на груди.
– Они согласились уехать из города.
– Хорошо. А Хэвенсби?
– У них нет доказательств против тебя. Логан, - она смотрит на него, кусая губы.
– Я согласилась поехать, потому что ты обещал прекратить это безумие.
Он знает, что она сейчас чувствует. Это чёртова несправедливость, от которой её глаза снова наливаются слезами и руки трясутся. А ещё она злится на него, потому что яростно смаргивает слёзы, тяжело дышит и сжимает небольшие кулаки.
Он выпрямил спину, развернулся на пятках и сел на стол, бесцеремонно отталкивая установку с пробирками. Затем внимательно осмотрел Эффи, и усмехнувшись, начал подготовленную речь:
– Я думал об этом, и да, Тринкет, ты права. Не все капитолийцы заслуживают подобное. Но я не могу остановить других. Гарантирую, что им будет не больно.
– Ты обещал!
– Я обещал, что Хэвенсби и Эбернети останутся живы. И мне удалось переубедить остальных.
– Мне нужно попрощаться, - тихо отвечает она, после небольшой паузы.
Он одобрительно кивнул, и, назначив дату и время, вернулся к установке.
– У нас мало времени, Логан! Ты позволил ей уйти, а она сдаст тебя при первой же возможности.
– Нет, Кай, всё будет хорошо, - повторяет про себя Логан. Ведь это всё, что он может делать - повторять про себя, что всё будет хорошо.
– Слушай…
– Нет, это ты слушай, - мужчина соскочил с подоконника и сделал несколько быстрых шагов по направлению к Реддлу.
– Это что, игры, по-твоему?
– Кай, это выход. Мы можем уйти и забыть обо всем - начать новую жизнь, брат. И это единственный выход.
– Это херня, а не выход.
Кай был в бешенстве. Впервые Логан видел его таким.
Он отводит глаза.
– Мародеры не отпустят нас со словами: вы хорошо потрудились, ребята, дальше мы сами. Мы в одной чертовой лодке, и она тонет, братик, а мы вместе с ней. Нравится тебе или нет.
– Больше нет.
– А хочешь знать почему? Потому что ты влюбился. И в кого? В капитолийку! И не просто в какую-то дурёху, а в ту самую, из-за которой мы все здесь! Из-за неё казнили половину наших!