Клан

Ли Эдвард

• Мужчина по имени Чанек ждал на пустой стоянке. В конце концов его клиент подъехал на серебристом Rolls Royce. Сверкали фары. Он сел в машину.

– Добрый вечер, - сказал клиент.
– Всё в норме?

– Нет, - сказал Чанек.
– Тот же парень, те же движения, и я продолжаю слышать странные вещи по «жучкам». Они всё время упоминают о трансах.

– Трансы?

– Трансы.

– Я не понимаю. Продолжайте, - сказал клиент.

Чанек вручил

ему манильскую папку с фотографиями. Клиент пролистал их и заметил:

– Забавно.

Зачем парню постоянно видеть фотографии, на которых его жена трахается с другим мужчиной? Но, эй, это были его деньги. Клиент передал ему конверт с десятью стодолларовыми купюрами.

– На следующей неделе, - сказал клиент.

– Да, сэр, - ответил Чанек, - и не волнуйтесь, с вами ничего не случится. Если они попытаются напасть на вас, я буду знать. Я защищу вас.

– Вы действительно думаете, что это может произойти? Страховка, наследство?

– Может быть, - сказал Чанек.

Вдруг клиент обнимал его, рыдая.

– Защитите меня! Я боюсь!

Это было неловко. Чанек попытался утешить старика:

– Не волнуйтесь, если этот толстый подонок попытается наброситься на вас, я разнесу его дерьмо с тысячи ярдов.

– Вы бы действительно сделали это? Для меня?

– Конечно, сделал бы. Это часть моей работы. Я буду защищать вас, - повторил Чанек и похлопал клиента по плечу.

Он вернулся к своей машине. Rolls Royce уехал. Звали клиента Сальтенстолл.

• Полицейский по имени Поркер сидел у стола регистрации и ел коробку пончиков с кремовой начинкой. Другой полицейский по имени Пирс сидел за столом начальника, переворачивал цилиндр своего Ruger Blackhawk и разглядывал глянцевый журнал «Обильные оргазмы». Другой полицейский по имени Уайт сидел в подсобном помещении. Дверь была заперта. Он считал смазку в этом месяце. Ещё один полицейский по имени Лидия Прентисс сидела одна в своей постели, гадая, куда делась её жизнь.

• Студентка по имени Лоис Хартли села на диван своего парня. Мальчишку звали Зайро, и он печатал свою последнюю рукопись «Билли Бад 1991», в которой, как он утверждал, была «бесчеловечность человека по отношению к человеку, психическая аллегория, изображающая подавление духовной свободы капиталистическим принуждением». Речь шла также о «результате самопаразитизма корпоративной тирании». Однако для издателей это была чушь собачья. Лоис смотрела «Ночь живых мертвецов» по кабелю.

– Это про зомби, - сказала она.

– Это не про зомби!
– крикнул в ответ Зайро.
– Речь идёт об охоте в убежище охотника! Речь идёт о циклической тщетности чёрной расы, запертой в мире белого превосходства! Это не про зомби!

Лоис Хартли вздохнула.

– Это про зомби, засранец.

•

Ещё двое студенток по имени Стелла и Лидия играли в «Голого обманщика» с третьим студентом по имени Дэвид Уиллет. Они вместе играли во множество игр. Другие были «Смазать огурец», «Съешь его» и «Сэндвич с людьми». Прозвище Дэвида Уиллета было «Жеребец», которое он получил, когда впервые снял одежду в раздевалке.

• Красивый молодой человек по имени Вильгельм воскликнул:

– Боже! Что это за дерьмо?

Картинка на телевизоре погасла.

– Вилли, что случилось?
– спросила его новая американская подруга Сара.

– Твоё американское телевидение - это кусок говна.

– Это японское, - поправила его Сара.

– Да, верно, вы, американцы, даже не поддерживаете свою экономику.

Кот Сары, Фрид, промурлыкал с холодильника.

– Забудь о телевизоре, - проворковала Сара.

Она сбросила халат и оказалась обнажённой.

• Человек по имени Сладдер поспешно ехал к электростанции в кампусе.

– Перебои в электроснабжении, - пробормотал он.
– Чёрт возьми!

Но внезапно у него заболела голова. Это было так сильно, что ему пришлось съехать с дороги и остановиться.

• Соседка по комнате Нины МакКаллах и её друзья всё ещё находились в соседнем помещении, употребляя наркотики и служа Сатане, Великому Обманщику.

– Пожалуйста, прости их, Боже, - молилась Нина.

«Они идут за тобой, Барбара», - услышала она по телевизору.

«Они идут за тобой, Нина», - сонно подумала она.

Позже ей снилось приближение чего-то огромного - Сатаны. Но чем ближе он подходил, тем меньше становился.

• Гладкая тень тихо двигалась по главному холлу административного здания. Фонарик освещал мушкеты и пороховые рожки - экспонаты колониальных реликвий. Зазвенели ключи; тень открыла последнюю витрину. Был взят большой объект. Тень удалялась, когда объект отбрасывал свою собственную тень в лунном свете - тень невероятно большого топора.

«« - »»

Пенелопа вытерлась и осмотрела себя обнажённой во весь рост. Она зачесала волосы до тёмно-красных линий на коже. Лёгкие веснушки покрывали её тонким туманом. У неё были большие груди с бледными сосками. На прошлое Рождество бабушка назвала её «производителем», глядя на её грудь и широкие бёдра.

– У тебя есть все данные хорошего производителя, дорогая. Когда-нибудь у тебя родятся чудесные дети.

«Родятся. Дети».

Что ещё можно было сказать на Рождество? Картинка в голове заставила её сжаться.