Клетка

Ловелл Л. П.

— Тор! — кричит Джуд, распахивая дверь и, спотыкаясь, выходит из машины и бежит ко мне. Меня наполняет облегчение, но оно недолговечно.

Я бегу к Джуду и бросаюсь в его объятия, потому что не знаю, что еще делать. Я хочу пасть в отчаянье, но не могу себе этого позволить, и он единственный человек, у которого сейчас есть шанс склеить меня. Его большие руки обнимают меня. Его рука держит меня за затылок.

— Мне никогда не следовало бросать тебя, — плачу я ему в грудь. — Я просто хотела уберечь ее.

Я чувствую, как его мышцы напрягаются, и он

тяжело вдыхает.

— Ты сделала то, что считала лучшим, — говорит он. Я слышу сдержанность в его голосе — я буквально чувствую гнев, пробегающий по его телу. Я не знаю, что сказать. Нечего сказать.

— Обещай мне, что найдешь ее, Джуд, — умоляю я его.

— Я найду ее.

Он помогает мне сесть в машину и забирается на заднее сиденье рядом со мной. Марни поворачивается на переднем сиденье, кладя свою мясистую руку мне на плечо в молчаливой поддержке. По правде говоря, что можно сказать женщине, которая просто не смогла защитить собственного ребенка?

Марни отстраняется, и я вижу, как Джуд сжимает челюсти, у него на шее бешено бьется пульс. Я знаю, что он пытается держать себя в руках ради меня. Страх и стресс заставляют меня полностью онеметь. Слова Джуда мало что значат. Это всего лишь пустые обещания, пока Кайла не окажется в моих руках.

— Я не знаю, зачем она ее забрала, — наконец говорю я.

Джуд закрывает глаза и качает головой.

— ФБР, моя головная боль. — Он запрокидывает голову и проводит рукой по губам.

— Я доверяла ей. — Я сжимаю переносицу: — Я такая глупая.

— Тор, остановись! — выдыхает Джуд. — Случилось то, что должно, хорошо?

— Джуд! Картель находится внутри ФБР! — Я качаю головой. Мы никогда не думали об этом. Мы не можем с ними бороться. — Мы облажались, — шепчу я. Кайла. Мои глаза наполняются слезами, когда я думаю о своей бедной девочке, наедине с этими незнакомцами. Большинство людей не причинят вреда ребенку, но это картель, и в какую бы глубокую темную яму ни закопал себя Джуд, я боюсь, что она никогда не выберется из нее.

— Картель, ебать, повсюду. Ты должна была ей доверять, Тор. Как ты могла знать? — Он качает головой. — Я вернул ее той долбаной женщине, когда уходил…

Я подтягиваю колени к груди и упираюсь в них лбом. Я не могу дышать. Мне плохо.

— Они чего-то хотят, — бормочет он. — Они, блядь, чего-то хотят, а это значит, что они сохранят ей жизнь. — Он делает паузу, и я смотрю, как его пальцы сжимаются в кулаки.

Я стискиваю зубы.

— Они хотят тебя, Джуд!

— Разве ты не думаешь, что я, блядь, это знаю? — кричит он.

— Позвони им! — кричу сквозь слезы. — Сделайте обмен, — мой голос срывается, и я прерывисто дышу.

— Дай мне минутку, чтобы собраться с мыслями, Тор. Блядь! Я только что нашел тебя, я только что узнал, что мою дочь похитили. Просто… — фыркает он. — Просто дай мне чертову минуту…

Минуту? Он хочет минутку?

— Пошел

ты, Джуд! — Я бью его в грудь, и он смотрит на меня. Я бью его снова и снова. — Это все твоя вина! — Я так зла на него. Мне никогда не следовало идти в ФБР, но если бы он не был замешан в этом дерьме, мне бы никогда не пришлось уезжать.

— Пиздец… — Он убирает мою руку. — Прекрати, — я продолжаю бить его, кричать на него.

Ярость и боль сливаются вместе, и я направляю их на него. Каждый дюйм из них.

— Я ненавижу тебя! Это твоя гребаная вина!

Он хватает меня за запястья и толкает спиной к теплому окну. Я смотрю, как его глаза вспыхивают гневом и болью, когда он приближается к моему лицу.

— Я знаю, что ты злишься… — выдыхает он, его ноздри раздуваются, — но она и моя дочь. Как ты думаешь, мне бы хотелось, чтобы это произошло?

Все мое тело вздымается, когда я разражаюсь рыданиями. Я не могу дышать. Я не уверена, что мне дальше делать без нее. Я не могу представить себе худшего чувства, чем эта агония. Я знаю, что мне нужно, чтобы Джуд был рациональным, но сейчас меня это так злит, потому что я не могу быть такой.

Джуд смотрит на меня, напряжение волнами исходит от него, а я молчу.

— Марни, — говорит Джуд, — найди гребаный мотель. Мне нужна минутка. Мне нужно сделать несколько звонков, а Тор нужно принять душ. — Его пальцы сжимают мои запястья, а его мутные зеленые глаза встречаются с моими. — Я собираюсь тебя отпустить, — спокойно говорит он, — и мы поедем в мотель, где я смогу собрать все свое дерьмо и придумать, что, черт возьми, делать дальше. Не бей меня снова.

Я обратно дергаюсь, пытаясь освободиться от его хватки, и он смотрит на меня.

— Отпусти меня, черт побери, — шиплю я. Он отпускает, и я откидываю руку назад, моя ладонь сталкивается с его лицом. — Это то, чего ты, блядь, не заслуживаешь, — говорю я сквозь слезы.

Закрыв глаза, он вздыхает.

— Теперь тебе полегчало? — спрашивает он с рычанием и открывает глаза.

— Кайла, блядь, здесь? Поэтому нет, мне не полегчало!

— Мне очень жаль, — тихо говорит он.

Закрыв глаза, я упираюсь головой обратно в стекло. Я тяжело сглатываю, прежде чем взглянуть на него. Он выглядит таким измученным, и я знаю, что он чувствует все, что чувствую я. Я вижу, как в его глазах пылает боль — боль, которая соответствует моей собственной, и мое сердце разбивается на куски еще больше.

Мы едем вечность, и с каждой милей боль усиливается. Мы останавливаемся в небольшом городке и покупаем обычную одежду и принадлежности. А через несколько минут Марни подъезжает к мотелю. Едва он ставит машину на стоянку, как Джуд вылезает из машины и направляется к переднему офису. Я открываю дверь и следую за ним внутрь к стойке регистрации, где мужчина бросает пачку денег на прилавок.

— Одна ночь. Все, — говорит он.

Молодая девушка затягивается сигаретой и смотрит на него, а затем переводит взгляд на меня. Ухмылка пробегает по ее лицу, и она выпускает облако дыма в сторону.