Клей

Уэлш Ирвин

Здесь есть женщины – одногодки тех, что танцуют по оупен-эйрам да ангарам, разъезжают по стране вдоль и поперёк, отрываются по полной. Этим несчастным коровам тоже, небось, хочется чего-нибудь похожего: симпатичного молодого поджарого пацана с большим перцем и без забот, который фачил бы её всю ночь и говорил бы, что она самая красивая, а главное – чтоб и думал так на самом деле. Да, мы все хотим свой кусок пирога; все хотят денег, веселья, да – всего. А с хуя бы не хотеть? Это ж соль жизни. С чего они решили, что тёлки должны вести себя иначе, чем чуваки, в наше-то время, – это выше моего понимания.

Я

выхожу через ворота и иду дальше по главной дороге. Здесь проходит линия фронта блочных коробок. На другой стороне стоят старые дома, те, что мы, живущие в коробках, считали трущобами, теперь-то они благоденствуют. Там тебе и новые окна, и двери, и аккуратные чистенькие палисадники. На нашей стороне в двухэтажных квартирах, которые никто не хочет покупать, всё разваливается по кускам.

Я решил, что идти домой я не готов. С тех пор как я переехал обратно домой, матушка злобствует, пиздец, а Вивиан с работы ещё нескоро вернётся. В брюхе у меня успокоилось, но башка трещит, и я препочёл «Ивнинг ньюз» и кружку пива в «Улье». Своё название пивнуха уже не оправдывает, Карл и Топси катают шары, Софт Джонни у музыкального автомата, и некий Чистюля Уилсон, пятидесятипятилетний дуст в шерстяной паре, за стойкой, и больше никого. Я прохожу, киваю всем по кругу и принимаю свою обычную позу. Забавно видеть мистера Юарта на районе; с тех пор как он завёл себе квартиру в центре, а мама с папой переехали в какой-то снобский пригород, он нас особо не балует.

Карл подошёл, хлопнул меня по плечу и расплылся в широкой улыбке. Он, конечно, иногда слишком много о себе думает, особенно с тех пор, как у него пошли дела с клубом «Флюид», но я на самом деле обожаю упырёныша.

– Ну как, мистер Лоусон?

– Неплохо, – я пожал ему руку и схватил краба Топси: – Мистер Мопси, – говорю.

– Можно просто Мопс, – подмигнул мне Топси.

Подвижный, сухощавый, маленький, всегда выглядит моложе своих лет, но борзый, сука, пиздец. В своё время он был заводилой «Хартс», пока банда их не испарилась, когда фанаты «Хибз» подмяли под себя весь город. Топси крепко досталось от этого Лексо, с тех пор он не такой, как прежде. Мне он всегда нравился, олд-скульный такой пацан, старой закалки. Нацик, между прочим, ну не то чтоб, а так, балуется, но через это и у нашего мистера Юарта проблемы были. Карл-то всегда был в полной уверенности, что у Топси из сраки солнце сияет, они давно были не разлей вода. Забавая, впрочем, парочка: мистер Юарт и мистер Мопси.

– Чему же обязаны посещением наших трущоб? – спрашиваю.

– Да вот приехал посмотреть на тебя, дурака, проверить, собираешься ли ты в Мюнхен.

– Я-то поеду, не беспокойся. Биррелл тоже точняк. А вот Голли…

– Да? Что с ним? – озабоченно переспросил Карл.

И я рассказал ему, что случилось вчера и как у Голли едет последнее время крышняк.

– Думаешь, он опять заторчал? – спросил Карл.

Он волнуется за малышка Голли. Бред, конечно, но я тоже волнуюсь. Он один из наиборзейших чуваков, которых мне когда-либо доводилось встречать, но есть в нём какая-то уязвимость. За таких, как Карл, Биррелл или Топси, можно быть спокойным, а вот за Голли иногда приходится повольноваться.

– Пиздец. Ебашить в отпуск с грёбаным торчком. На хуй надо.

Топси посмотрел на Карла, потом на меня.

– А чего ещё было

ждать от этой… мандавохи, – говорит. – Было дело, я и сам ей налаживал в своё время, да кого ни спроси, ей все присовывали, на кой было жениться на такой корове.

– Да иди ты, – залепил Карл. – А что такого, если тёлка любит пофачиться? Девяностые на дворе.

– Ну да, – согласился Топси, – не поспоришь. Но когда женишься, хочется быть уверенным, что она изменит свои привычки. А у неё по-прежнему, – добавил он и коротко глянул на меня.

Я – молчок. Топси, конечно, заносит, но в чём-то он прав. Гейл – кусок ебливого мяса, но я так думаю: тогда Голли именно это нужно и было, ведь он только откинулся с малолетки и был ещё нераспечатанный. Вольно глумиться над батончиком «Марс» за столиком дорого ресторана, а если ты в Эфиопии? Прикол, что именно я их и познакомил. Свёл их, когда Голли из тюряги вышел. Прямо Купидоном себя чувствовал, ну, подогнал, во всякому случае, Голли тёлочку.

Что тут поделаешь, если твой лучший друг – дебил.

Нижепоясные проблемы,

которым нет решения

Ебля и чувство вины неразлучны, как фиш-энд-чипс. Чувство вины и хорошая ебля. У нас в Шотландии вина бывает католическая и кальвинистская. Может, поэтому экстази стало здесь так популярно. Я говорил об этом с Карлом как-то в пабе, но тот завел шарманку, мол, недозволенные удовольствия во все времена были слаще. Так оно и есть. Верность, моногамия всегда были моим слабым местом. Я всегда разделял любовь и секс, и с этим согласится большинство парней, но это же большинство предпочитает жить во лжи. Потом всё выходит наружу, и начинаются серьёзные проблемы.

Виви, маленькая шалунья, я люблю её. Мама моя её ненавидит, считает, что она виновата в нашем с Люси разводе. На самом деле это совсем не так. Мама просто бесится, что фриц от неё съебал. Я счастлив до жопы, что она избавилась от этого мусора. Ну да, я люблю Вивиан, но вот что я заметил: после полугода совместной жизни мне снова хочется других девок.

Не могу я изменить свою природу. Хотя бывает, я смотрю на Виви, когда она лежит возле меня после любви, мягко погружаясь в дрёму, и чуть не кричу, так хочется быть другим.

Не бывать этому.

Вернувшись, я застал маму дома, она накрывала на стол.

– Привет, – говорю.

Ноль внимания. На кухне стоит такой грохот: дверцы серванта хлопают, кастрюли, сковородки звенят, что-то затевается. Это в воздухе чувствуется, как там поет этот ослик: в вечернем воздухе я чувствую не-е-что… о-еее….

И опять сучий салат, и картошка не жареная, а варёная. Уж чего терпеть не могу, так это салат. А она ещё свёклы поверх навалила, так что вся жратва в пятнах.

Я всего-то пропустил пару мокреньких с Карлом, Топси и Софт Джонни, но старушка всё учуяла. Она жуть как не любит, когда пьют днём. А я так считаю, удовольствия нужно хватать сразу, на месте.

– Чего морду корчишь? – спросила она. – Отличный салат, полезный! Тебе нужно больше зелени. Нельзя питаться только рыбными ужинами из забегаловок! Жареная рыба да кура! От такой жратвы не только человеку, зверю схужает.

Это навело меня на мысль о том, с каким удовольствием я бы сейчас запитал цыплёнка с лимоном и жаренным яйцом риску. Вместо этого кала. Цыплёнка с лимоном у нас китайцы классно готовят.