Клинки
Шрифт:
Воины Грома разняли мечи, но огненный знак хозяина Ко остался целым. Задрожали скалы, когда он коснулся земли. С тихим протяжным звуком ушел знак вглубь; из пробитой им дыры вырвался косматый смерч. Скалы задрожали еще сильнее, и вдруг обрушились прямо на засевших в засаде печенегов. Те, за миг до обвала почуяв неладное, вскочили на коней и рванулись к центру котловины. Кое-кто действительно спасся, десятка четыре, остальных погребли под собой рухнувшие утесы.
Четверо крыланов, реявшие над долиной, камнем пали вниз. Один подхватил
В этот же миг уцелевшие печенеги схлестнулись с объединенным отрядом лойдян и датов; но вдруг вскочили песиголовцы и перепуганные степные кони, не знавшие доселе подобных тварей, понесли всадников прочь. Битвы не получилось. Песиголовцы нападать на людей не стали.
Смерч, колыхавшийся над котловиной, угас; обломки скал растворились в дрожащем полуденном воздухе, словно и не было их никогда, вокруг простерлась ровная степь, поросшая сивыми кустиками полыни. Громадная неясная фигура хозяина протянула призрачную руку, крылан, прижимающий к груди ларец, кувырком полетел к земле. Ларец подхватил хозяин.
– Гром и молния! – воскликнул Тарус. – Это не хозяин Ко! Я не знаю, кто это!
Увы, данный момент был одним из немногих, когда все чародейство Таруса казалось игрушечным.
Подхватив ларец на лету, фигура осветилась красноватым сиянием и исчезла, точно так же, как минуту назад скалы. Крылан сумел выровнять полет; остальные трое, не отпуская Боромира, спланировали к своим волкам.
– Боромир! – воскликнул Вишена и, не раздумывая, вскочил на одного из печенежских коней. Его примеру последовал Славута; секундой позже – подоспевшие венеды, Боград и Богуслав, да еще Яр.
Анча, вожак песиголовцев, в два прыжка оказался рядом с Яром. Вороненый клинок взметнулся ввысь; хлопец выхватил свой, готовый защищаться, но песиголовец не собирался нападать.
– Ар-роу! Возьми Коготь Тьмы, человек!
Яр на секунду замешкался, потом протянул левую руку. Анча вложил меч ему в ладонь.
«Диво, да и только. Как я его понимаю?» – подумал Яр, не особо, впрочем, удивляясь.
– Гей-гей! – поддал по бокам низкорослому коньку и умчался вслед за венедами.
Черные волки стрелой неслись к Реке; кони, дробно стуча копытами, следом. Яр отстал шагов на сто.
– Обрыв! Обрыв впереди! – на скаку крикнул Боград Вишене.
Река приближалась с каждой секундой.
«Что они, убиться хотят?» – подумал Вишена, прижимаясь к холке лохматого коротконогого жеребца.
А волки ветром пронеслись к самому краю обрыва, развернули аспидно-черные крылья и, плавно взмахивая ими, полетели над Рекой. Вишена, Боград и Богуслав едва успели придержать коней.
– Ах ты, нечисть лупоглазая! – в сердцах сплюнул Пожарский. У летающих всадников, конечно, должны быть летающие звери, будь они хоть волками, хоть кем. Теперь эта мысль казалась очевидной.
Громкое ржание прервало мысли Вишены. Подоспел Яр, не придержавший своего коня, и с разгону ухнул
Плащ на плечах хлопца вдруг затрепетал, разложился надвое и стал крыльями, черными, как безлунная ночь. В руках Яра темнели на фоне белесо-голубого неба два клинка, похожих как братья. Летел Яр гораздо быстрее волков.
Странная это была битва. Плевались алым пламенем рубины, все шесть, мелькали вороненые клинки и сверкающие на солнце полукружья секир. Все смешалось, слилось в единую воздушную пляску-карусель. А после Яр, схватив в охапку Боромира, прижимающего к груди три меча, грузно удирал от крыланов и волков к обрыву. Когда стало ясно, что преследователи его не догонят, крыланы отвернули и отстали.
Тяжело махая крыльями Яр опустился на край обрыва. Крылья опали и, струясь, стекли по плечам, обратившись в прежний плащ. Алое сияние медленно гасло в глубине рубинов застежки.
Совершенно ошарашенный Боромир встал с колен, вложил свой меч в ножны, два других протянул Яру.
Матово-черные клинки с рунами на гардах впитывали солнечные лучи.
В это же время несколько южнее пристали к берегу люди Свена; чуть позже – Роксалан со своими чикмами.
Все остальные, и люди, и песиголовцы, опрометью поспешали к обрыву и скоро были тут.
Один из клинков Яр вложил в свои ножны. Второй держал в руке.
Они стояли тесной группой, почти кругом. Четырнадцать людей Боромира, одиннадцать датов и тридцать четыре песиголовца.
– Держи, Анча! Спасибо! – сказал Яр, протягивая черный меч вожаку хунткоппов и тот принял его. Слова лежича поняли все.
К Яру медленно подошел Тарус, пристально поглядел ему в глаза, положил руки на плечи.
– Ты хоть разумеешь, что свершил, хлопче? – тихо спросил чародей.
Тот пожал плечами:
– Боромира отбил…
– Не только, – послышался знакомый голос и все обернулись. Чуть поодаль стоял белобородый Базун, опираясь на длинный посох.
– Ты вернул ключ ко всем мирам.
Яр ничегошеньки не понял, да и остальные тоже, за исключением разве что Таруса.
– Три изумрудных клинка – это ключ, с помощью которого можно путешествовать по мирам. Три зеленые звезды, три серебряные молнии. Крыланы поэтому и хотели похитить один меч.
Никто не проронил ни слова.
– Тот, кого вы разбудили, унес Книги в мир Красного Солнца. Без Боромирова меча вы туда не смогли бы попасть.
– Снова за Книгами? – подозрительно молвил Боромир. – Не дороговато ли они обойдутся?
Базун усмехнулся.
– Это не просто Книги. Это знание всех миров, которому нет цены. Вы продолжите поиски, раз уж начали их. А ежли не верите, спросите у себя же. Кроме того для вас самих важно найти Книги, для всего вашего мира. И для меня тоже важно, но об этом как-нибудь попозже, лады?
Люди и песиголовцы молча внимали, словно все как один проглотили языки. Наконец подал голос Тарус: