Клоп

Шананин Илья

— Обойдешься без пончиков, Лил? — улыбнулась Джозиз.

Пиус бросил рюкзак на пол с другой стороны стены, там же они оставили свои куртки. Чтобы запомнить, какие булыжники в погребе им следует вдавливать, они воспользовались жевательной резинкой, оказавшейся в кармане Лил. Разделив ее, они прикрепили разжеванные кусочки к выдвигающимся с обратной стороны булыжникам. Лил потянула за последнее кольцо и забежала внутрь. Здесь стена была шире той площадки, к которой поднималась лестница из тоннелей, и вся она приходила в движение, чтобы открыть проход, а теперь закрыть его.

Затем ребята еще раз выглянули за дверь и, убедившись, что снаружи все тихо, стали неуверенно выползать в коридор. Они решили двигаться

в том направлении, где он приподнимался. Прислушиваясь к каждому шороху, они крались вдоль стены и, поднявшись по ступенькам, двигались дальше. Впереди ждала другая небольшая лесенка, а за ней еще один коридор, пересекающий этот. Добравшись до него, ребята выглянули из-за углов. Направо коридор вскоре куда-то сворачивал, а налево он уводил довольно далеко и упирался в лестницу, очевидно, на этот раз ведущую на верхний этаж, дети предположили, что на первый, так как они, скорее всего, находились в подвале. Снова прислушавшись и подождав, они отправились влево, пробираясь на ярком свету без малейшей надежды в случае чего спрятаться. На цыпочках они миновали одну запертую дверь, потом другую, большую металлическую, которая была чуть приоткрыта, оттуда веяло холодом. Ребята решили, что подобные холодильные камеры — а это определенно была холодильная камера — могут иметься в ресторанах или научных лабораториях. Они достигли темных каменных ступенек и стали красться по ним. Сердца у всех одинаково сильно стучали. Им всем хотелось сейчас, чтобы это место оказалось все-таки рестораном, а не научной лабораторией, где сверхсекретность объекта заставит хозяев сразу избавиться от свидетелей.

Лестница поднималась в какой-то зал, но вдруг в проеме они увидели чью-то спину. Высокий мужчина в черном костюме стоял спиной к ступенькам, он держал в руке темную шелковую ткань. В первую секунду дети замерли, им хотелось податься назад, но мужчина посмотрел на свои часы и скрылся за углом. Послышались удаляющиеся шаги, после чего открылась и захлопнулась дверь.

Ребята осторожно выглянули и обвели зал взглядом. Он был просторным с высоким потолком, из центра на полу расходился большой красивый узор, составленный из плиток. Зал был совершенно пуст.

Крочик показал друзьям на завешанные длинными портьерами окна на противоположной стене. И не дожидаясь их реакции, весь поджавшись, побежал через зал к этим портьерам. Там он отодвинул край и выглянул в окно. В это время Лил сорвалась с места, не дав Пиусу схватить себя. Она помчалась налево, двигаясь легкими прыжками, держась ближе к стене с протянутой к ней рукой, словно в нужный момент она сможет ухватиться за что-то, притянуться и легко раствориться в этом чем-то. Но раствориться на пустой стене было негде, поэтому Пиус с Джозиз ужаснулись, увидев этот маневр. Джозиз делала сестре грозные жесты, чтобы та вернулась. А Лил, пробежав так, приблизилась к двойной двери, за которой, очевидно, скрылся высокий господин в костюме. Когда она заглядывала в замочную скважину, Крочик совершал обратный путь к лестнице, тут раздались голоса. На стене справа находилась еще одна дверь, именно оттуда все отчетливей слышалась речь. Крочик ускорился и, присоединившись к друзьям, спрятался на ступеньках лестницы. Лил бросила взгляд по сторонам, подбежала к одной из портьер и скрылась за ней. Пиус следил за дверью, но когда та стала открываться, ему пришлось опуститься вниз.

— Пока они даже ничего не знают.

— Но будет только хуже. Зачем он медлит? Лучше поскорее обо всем сообщить.

— Возможно, для него хуже уже не будет.

— Конечно, а все результат неосторожных действий.

— Говорят, он напуган, как загнанный заяц.

— Еще бы! Только я предпочел бы стаю собак. И все-таки стоит ли медлить?

Двое собеседников прошли по залу, стуча каблуками. Дверь захлопнулась, и Пиус с друзьями выглянули в зал. Лил, выбравшись

из своего укрытия, помчалась к ним. Но прежде, чем на нее обрушились ругательства, она сообщила, что в двери огромная замочная скважина, через которую она видела собравшихся людей, в руках они держали шелковые мантии, именно мантии, потому что некоторые стояли облаченные в них.

Слева послышался звук открывающейся двери. Ребята спустились ниже, но по приближающимся шагам догадались, что кто-то подходит к лестнице. Их неминуемо должны были обнаружить, дети бросились по коридору, но до угла было слишком далеко, и ничего не оставалось, кроме как заскочить в холодильную камеру. Это в самом деле оказалась она, со свисающими с потолка крюками и цепями, заставленная покрытыми инеем коробками. Ребята посчитали себя везунчиками, только вскоре поняли, это везение недостаточно хорошее, потому что тот, кто спустился вниз, прошел по коридору и остановился возле приоткрытой двери. Он не зашел внутрь, хотя друзья быстро спрятались за ближайшие коробки, но, надавив на дверь, захлопнул ее. Из этой ловушки они слабо слышали удаляющиеся по коридору шаги.

— Ой, кажется, мы в беде, — произнесла Лил.

— Да что ты! — отозвалась Джозиз.

— Зря мы сняли куртки, — заключил Крочик. — А знаете, где мы?

— Судя по мантиям, это… не ресторан? — осведомился Пиус.

— Мы в здании бывшего кукольного театра. Я узнал улицу из окна.

— Так, интересно, Лил, а те мантии были с капюшонами или без?

Девочка, не ожидавшая вопроса, начала вспоминать, Джозиз ежилась, а Крочик отправился вглубь помещения.

— Нет, по-моему, они были без капюшонов, — произнесла она. — А что могут означать капюшоны? Что-то зловещее?

— А без капюшонов — это собрание судей, — пробормотала Джозиз, пряча кулаки под мышкам.

— Здесь труп, — послышался голос Крочика.

Все бросились к нему. Среди коробок возле стены находилось тело человека. Он был привязан ногами и грудью к доске, которая стояла в специальной тележке с двумя колесиками. Тело посинело от мороза, но и в самом лице, оттай оно, все равно угадывались бы черты мертвеца. Его нос, очевидно, острый при жизни, совсем заострился. Пиус и девочки сразу воскликнули:

— Карий Белеч!

— Это его мы видели на фотографии, — объяснил Крочику Пиус. — Это сбежавший преступник. Член Ордена Пяти! Это… Знаете, где мы?

— В гостях у знаменитого общества, — изрек Крочик. — В логове Ордена Пяти.

Все переглянулись и отступили от тела.

— Мы заперты в морозилки с трупом в подвале Ордена Пяти, я ничего не перепутала? — изложила положение Джозиз. — На этот раз нам точно крышка. Лил, возможно, иногда я была резка с тобой…

— Не говори того, о чем потом придется жалеть, — остановила ее Лилил. — Нам просто нужно выбраться отсюда. Найти выход.

Ребята огляделись в поисках чего-нибудь, что натолкнуло бы на идею.

— В нашем положении есть кое-что положительное, — сказал Пиус. — Мы заперты с опасным преступником, а он не опасен.

— Скоро мы составим ему компанию, — пообещала Джозиз. — Когда превратимся в четырех дохлых искателей приключений. Если нас не прибьют, обнаружив здесь, мы все равно околеем от холода. Выход! Я не могу искать выход, когда у меня мерзнет нос.

Обследовав стены камеры, ребята не нашли ничего интересного. Несколько узких решеток, по таким трубам не выбраться. В проверенных коробках прятались предметы, назначение которых сложно было угадать, возможно, из них собиралась бомба или лазерная установка, но вряд ли бы дети разобрались. В одной коробке оказались замороженные продукты, в других, они решили, обнаружится то, что отобьет аппетит. Дверь изнутри не открывалась и была слишком крепкой, не стоило даже думать посягнуть на нее. Пришлось присесть на корточки среди коробок и свисающих крюков и чего-нибудь дожидаться.