Клор
Шрифт:
Я сконцентрировался на сенсорном заклинании. Сто пятьдесят целей, азимут семьдесят два, удаление тридцать километров, высота двадцать метров от воды, идут прямо на нас, скорость восемьдесят четыре метра в секунду. И да, дирижабли наверняка наши — высоту и расстояние по горящему я оценил правильно, скорость около нуля. Время есть.
Я на всякий случай закатал рукава и прошёл на мостик, где обнаружился не только Коджарх Тесхр — кэп «Тулена», — но и «капитан» Раакар им Курушсил им Махешан им Рашимар им Мерекет им Шиласах.
— Куда путь держим, комбатанты? — хорошенько
— На соединение с «Клыком», — ответил Тесхр.
— Ответ неверный, — парировал я.
Раакар хмыкнул и запустил пальцы в свою необъятную седую бороду.
— Звеном командую я, — Тесхр решил всё-таки посмотреть на меня.
— А я командую приданными боевыми магами звена. Мы тут посовещались, и я решил, что если звеньевой решит уклониться от спасения людей и добычи с «Таринта», то мы решим поднять бунт, — для повышения убеждения я разложил клинки.
Коджарх, практически не раздумывая, отдал команду:
— Руль право на двадцать, — и после паузы добавил. — Странный способ самоубийства вы выбрали, Тит Кузьмич.
— Это вряд ли, — меланхолично заметил я. — Рар, нужна помощь с колдовством. Тесхр, держи в курсе поисков Рилла, мы на связной палубе.
Коджарх коротко кивнул. Славный мужик. И даже руку с кобуры убрал — молодец.
Мы с Раакаром поднялись наверх. «Таринт» более-менее стабилизировался, но боты пока не спускал — видимо, решили ещё побороться за живучесть. «Тулен» подходил к нему справа, «Черский», очевидно, получивший новое задание от Тесхра, поворачивал влево. Я начал разгонять восприятие. Двести восемьдесят шесть секунд до контакта с роем летунов. Если, конечно, они контактные. Объяснить задачу Раакару:
— Рар, на тебе стабилизация потоков. Гони всё через меня, гаси скачки, сращивай обрывы. Понял?
— Да-а-а-а, э-энннннннн, — под разгоном мир вокруг стал обретать тягучую вязкость.
Из-под дирижаблей стартовала очередная ракета. Тысяча семьсот девяносто метров в секунду, курс на нас. Десять тысяч тактов до контакта. Я закрываю глаза. Я стою на корабле. Корабль на десять метров погружён в океан. В Тайт. Тёплый, ласковый Тайт. Тайт согревающий. Тайт кормящий. Прямо под нами пара дункхей пытается подкрасться к косяку сельди. Вода девятнадцать градусов Цельсия, солёность тридцать шесть промилле.
Семь тысяч триста тридцать семь тактов до контакта. Я рассчитываю заклинание на трёх позициях — на какой корабль наведётся ракета, неизвестно.
Три с половиной тысячи тактов. Активируется головка самонаведения. Цель — «Тулен». Лучше и быть не могло.
Три тысячи тактов. Я начинаю колдовать.
Две тысячи сорок четыре такта. Эфирный контур готов, координаты заданы, осталось только отпустить пальцы.
Сто тридцать тактов. На заранее просчитанной позиции в ста метрах от «Тулена» поднимается стена воды: десять метров толщины, семь — высоты.
Двадцать пять тактов. Ракета влетает в стену. Срабатывает детонатор. Я открываю глаза. Взрыв отражается в мириадах водных пылинок, заливая всё вокруг чудесным, тёплым светом. Как будто кто-то сложил посреди океана гигантский костёр…
По воронёной стали панциря Раакара
А потом нас накрыло стеной дождя. Я вышел из ускорения — нечего попусту жечь энергию, когда для этого нет веских причин. До роя оставалось ещё двести пятьдесят три секунды.
— Чёткая работа, энн, — сказал Раакар.
— Разминка, — ответил я. — Реальные проблемы впереди. Они всегда по одной ракете отстреливают?
— Не знаю, энн, — если фарандец и пожал плечами, то панцирь это полностью скрыл. — Кто юкубода в море встречал — не возвращался никогда, энн, только с берегов если кто убежать успевали.
— Стало быть, мы первые будем.
Раакар только хмыкнул и начал задумчиво расчёсывать бороду пальцами. «Таринт» всё ещё горел, но всё-таки выровнял крен, ощутимо увеличив осадку — очевидно, затопили несколько отсеков левого борта. В груди растеклось тёплое чувство удовлетворения: жизнь определённо налаживалась. В конце концов, что может неисправный искин, запертый в дряхлом корпусе древней машины, противопоставить тому, кто приводил к погибшим городам?
Когда до роя осталось около трёх минут, я смог визуально различить его силуэт. Разреженное псевдохаотичное построение, постоянное «дрожание» внутри ордера — стандартные меры против объектовой обороны. Эх, сейчас бы нормальную индукционку, а не нецензурные художества…
— Эфир на меня, берегись радиации — сказал я.
Раакар молча начал собирать всё вокруг. Ну почему все аборигены такие дуболомы? Неужели так сложно собрать дубль-циклон, а не руками перекручивать потоки в лес с афедрона Сатаны? Впрочем, чего мечтать о несбыточном. Я скользнул в разгон.
Делай раз: притягиваем забортную воду. Важно: никакой живности. Делай два: оставляем в составе образца только водород, кислород, гелий, литий, углерод. В принципе, этот шаг можно пропустить, но тогда сильно усложнятся дальнейшие расчёты, а время сейчас бесценно. Делай три: небольшая рекомбинация нуклонов. Обязательно собираем отдельно «лишние» альфа-частицы — они ещё пригодятся настолько, что придётся пускать на них дополнительное вещество. Получаем: фуллерен-3996, наполненный дейтеридом лития и отменно заряженный по всей поверхности. Синтезируем два наномоля. Поздравляем: вы восхитительны, переходите к формированию кольцевого ускорителя.
Когда до роя осталось десять километров и шестьдесят тысяч тактов, я дал первый залп. Сначала трассировка альфа-частицами. При столкновении на околосветовых скоростях дейтерид лития даёт термоядерный микровзрыв. Правда, в атмосфере снаряды очень любят детонировать прям об воздух, но эта проблема как раз решается альфа-трассировкой, создающей короткоживущие проходимые треки. И неистово ионизирующей всё вокруг, не без этого. Следом идут сами снаряды. Квадриллионом штук промахнуться невозможно при всём желании — пусть каждый в отдельности и не обладает сколько-нибудь впечатляющей мощностью, в сумме получается ужасающая стена смерти.