Книга монстров
Шрифт:
Здесь стены не защищали от непогоды, и на меня обрушился шквал ледяного ветра. Но обращать внимание на разметавшиеся волосы и мокрую пыль на лице не было времени.
— Привет, душа моя.
Чья-то рука мягко легла мне на талию, и я отшатнулась, едва не вскинув руку в попытке ударить.
— Признайся, ведь ты скучала?
— Ненавижу тебя, — искренне прошептала я, вжимаясь в стену.
— Боги, сколько экспрессии, — развеселился Гус. — Далеко ли гулять собралась?
Я выдохнула и наконец ощутила, насколько продрогла.
— Но больше
Гус, похоже, был уязвлен. Но через пару секунд снова улыбнулся.
— Хорошая попытка, кошечка, — прошептал он мне на ухо. — Но я обижусь как-нибудь потом.
За поворотом раздались громкие шаги, и Гус, схватив меня за руку, уволок в следующий закуток между зданиями. Ветер оборвался, не сумев преодолеть защиты замшелых стен.
Гус повернулся ко мне. В его глазах была привычная насмешка вперемешку с дружелюбием.
— Как удачно я тебя подцепил. Подумал, что стоит проверить, не сожрали ли тебя, пока я был кое-чем занят, а ты сама в лапы бежишь. Меня искала?
Я кивнула и потянула его к Северному кварталу. Мы старались держаться в пустых переулках, куда стража заглядывает редко. Уже наступило позднее утро, и улицы постепенно заполнялись небольшими группками людей — они явно осторожничали, но были из тех, кому что минутали, что восставшие — все едино, ведь работа никогда не заканчивается, и кормить семьи тоже надо. Но люди стали предусмотрительнее, и у многих я заметила на поясах оружие и склянки с освященной водой.
— Тебя, конечно, кого мне еще искать? Мы идем к тебе, к слову, и у меня есть что тебе рассказать. А у тебя?
— Я выжат как лимон, кошечка, — весело фыркнул Гус. — Но так уж и быть, найду на тебя силы. И показать, и рассказать.
— Очень многообещающе, — скупо ответила я. — Давай только без показов, ладно? Не уверена, что выдержу, чем бы ты ни хотел похвастаться.
А посмотреть было на что — Гус выглядел впечатляюще растрепанным и усталым, будто всю ночь провел, как тот Аскет, что встретился в квартале Эрмет — в бою. Но Гус улыбался, несмотря ни на что, и предположение казалось весьма сомнительным. Такие люди как он, да и я, ни в жизнь не встанут на защиту города, когда на то есть стража и Аскеты. Ну и Тени.
Нам почти никто не встретился, что радовало. Подъездная дверь открылась со скрипом, и я первая прошмыгнула внутрь. Ненавижу кошек, хоть нос зажимай.
— Не кривись, душа моя, я сейчас хлопну чего-нибудь освежающего и буду в полном твоем распоряжении. Приятно, порви меня восставшие, когда такая кошечка скучает, едва расставшись.
Ничего остроумного придумать я не смогла и поэтому просто молча пошла к лестнице. После серой туманной улицы свет редких свечей на стенах немного резал глаза, и, боясь упасть, я вцепилась в перила.
За спиной раздался звук закрываемого замка — жильцы побеспокоились о безопасности, и Гус тут же нагнал меня. Он пнул ногой дверь квартиры и затащил меня внутрь.
— Ну, располагайся. И расскажи наконец, что тут
— Угу, спасибо, что пригласил. Раз уж ты такой гостеприимный, мог бы сделать мне чай.
Незастеленная кровать манила к себе почище Аттикусовских наваждений. Не раздеваясь, я упала в постель и укуталась одеялом — плевать, в каком она виде и сколько месяцев не стирана, но я продрогла, казалась, до костей. А Гус и глазом не моргнул, воспринял мое поведение как должное и даже с явной охотой опять разулыбался.
— Конечно, моя госпожа. А чего еще? Поцелуев в задницу?
— Только если тебе так хочется, — невозмутимо ответила я, выдерживая его взгляд, а потом с удовольствием наблюдала, как он сдается и идет выполнять просьбу.
Пока Гус безропотно выполнял мое поручение и разжигал огонь в очаге, я успела слегка согреться.
— Ты знаешь, что творилось в городе ночью?
Гус отвернулся к огню и кивнул. Разгоревшийся огонь распространял тепло по квартире, еще больше усиливая кошачью вонь, чайник тихо шипел, нагреваясь. А мы молчали. Потому что — что тут скажешь?
— В такой неразберихе не поймешь, куда шли эти твари…
— Вольфгант убит, — перебила я. Ну, вообще-то сказать надо было намного больше, с другой стороны, я не хотела путать Гуса. Мои сомнения — мои сомнения, хватит одной больной головы. — Теперь у нас нет выхода.
Насколько я была всем этим пришиблена, настолько вдруг оживился Гус. Мало того — обрадовался. Чайник издавал жуткий свист, а Гус чуть не прыгал от счастья, раскидывая по квартире всякую ерунду.
— Кош… Да ладно тебе, пора бы привыкнуть. Значит, мы с тобой можем расслабиться и обо всем просто забыть. Пусть Рем сам ищет Книгу и делает с ней что хочет. Все, моя миссия на этом окончена. Полагаю, твоя тоже, Дайан.
Последние слова он произнес почти торжественно. Но я — я не была настроена так же оптимистично.
— И ты не хочешь стать свободным от Присяги? — как можно более безразлично спросила я.
— Ох, Дайан… — Гус сел, и стул под ним натужно крякнул. — Если бы я хоть на секунду поверил Рему. Его словам веры столько же, сколько словам крысы. Это же Тень.
Я подумала — а считает ли Гус себя до сих пор Тенью. Он все-таки часть Ордена или для него это проклятье не меньшее, чем мой брак — для меня?
— Но ведь ты согласился, — нахмурилась я, кутаясь в одеяло. — Если ему настолько нет веры, чего не сбежал — ни за что не поверю, что ты не продумал пути отхода. Даже у меня они были…
— И ты их благополучно засунула, куда солнце не светит? — хмыкнул он, все еще светясь от радости. — Не сердись, кошечка. Помимо Присяги дело еще было в том, что Аттикус, когда надо, не слезет с меня, пока не добьется желаемого. А здесь у меня своя жизнь, клиенты, полянки и знакомства, и это меня устраивает. Стоял выбор между враждой с Тенями и переездом. Но переезжать некуда, ты и сама прекрасно об этом знаешь. Да вот только не понимаю, чего ради ты согласилась. Если не струсила, конечно…