Книга монстров
Шрифт:
Я едва успела придержать карту, когда Гус вскочил с кровати и замелькал по квартирке, не в силах уже сидеть на месте.
— Слушай, кошечка, Каирны не похожи на самое романтичное место на свете. Даже не пытайся меня туда затащить. Вот на крыши, на берег — сколько угодно, буду ползти следом и целовать песок и прочая любовная ерунда. Ты только позови, и я приду, — он на миг растянул губы в насмешливой улыбке, а потом, увидев, что я серьезна, насупился и остановился. — Ну с чего ты это взяла?
— С того, что там им легко
— Я понял, понял, — отмахнулся польщенный Гус, хотя я с трудом могла бы назвать это сравнение комплиментом. — Ты хочешь сказать, что они пытаются удрать от влияния Книги, но ума не хватает, чтобы рвануть куда-нибудь далеко, хоть в Моркнотт, к примеру. Они прячутся в привычных местах и надолго их, разумеется, не хватает. Логично.
— Каирны — целый лабиринт с тайниками. Твари безмозглые, Гус. Они никогда не найдут Книгу, запертую в тайнике под подвижной плитой. Или в сундуке под потолком. И Книга как магнит, с одной стороны притягивает их, с другой — отталкивает. Может быть, им даже становится больно…
Мне нравилась эта версия, а вот Гусу — не очень. Глаза его подозрительно бегали, но он, слава Перевернутым богам, хоть сам оставался на месте.
— А нам? — скептично спросил он, все еще возмущенный мыслью о походе в Каирны. — Мы будем бегать от тварей и пытаться выжить, а не искать тайник.
— А мы не безмозглые. Я, по крайней мере, уж точно. Но если есть мысли — слушаю внимательно.
Гус запустил в растрепанные волосы пятерню, помолчал, сверкая на меня разноцветными глазами, чему-то поулыбался и выпалил:
— Только последний идиот будет прятать Книгу в месте, полном тварей. Или не идиот. Вольфгант считал, что он контролирует минуталей, пока они его в этом наглядно не разубедили, но я согласен — вся эта пакость и есть лучшая защита для Книги. Они там мечутся как привязанные, но точно не упустят шанса кого-нибудь между прочим сожрать.
Гус все еще глядел скептично, и его можно было понять — соваться в пасть к монстрам в Каирны казалось полным безумием. То есть Вольфгант, если мы правы, все просчитал верно… Теперь он гниет где-то… где-то, а мы должны выяснить, где он схоронил источник всего этого дерьма. Гус теребил потертый плащ, который уже высох и выглядел так, словно его сняли с бездомного в Козлиных болотах.
— Как ты себе представляешь план действий,
— Ты ведь Тень, — скупо напомнила я, хотя и знала, что это ему не особо понравится. — Пошарь по своим закромам знаний, как вы искали всякие артефакты? И я кое о чем порасспрашиваю Самуэля. Разберемся, Гус. Все лучше, чем сидеть на месте ровно. Времени нет...
Глава тридцать четвертая
Я очень некстати вспомнила Льюиса. Может быть, из-за того, что он был вторым человеком после Самуэля, который узнал о моем браке, а Гус — третьим.
Поначалу Льюис заинтересованно смотрел на меня и все стеснялся попросить приходить почаще. Как-то он принес мне белую розу и читал смешные романтические стихи. Мне тогда не хватило духу признаться, что я терпеть не могу такие нежности, но, кажется, со временем он сам все понял. Хотя еще долгое время после своего открытия таскал мне букеты ромашек и зазывал погулять по дикому побережью, я снова и снова отказывала, а он все звал и звал. Глупый смешной мальчик считал, что в глубине души я мечтаю о романтике, ужине при свечах и тихом семейном уюте.
Жаль, что он так глупо погиб, хоть волком вой.
И как странно, что я уже вспоминаю об этом спокойно. Сколько времени прошло? Месяц? Год? Всего-то несколько дней...
Я сидела на крыше многоэтажного каменного дома и с растерянностью обозревала Фристаду. Она отвечала мне тем же — я явственно ощущала на себе тяжелый, насмешливый взгляд чего-то большого и нечеловеческого. Такие ощущения — отнюдь не редкость, в любой момент ты можешь согнуться от эфемерной тяжести или же наоборот — воспарить душой совершенно без причины.
Последний раз посмотрев на улицы, простиравшиеся внизу, я встала и скользнула на чердак. Пора заняться делом.
Люди ходили, бегали, наперебой предлагали купить то свежие пирожки, то капусту — голова шла кругом от гомона. Вдалеке слышались голоса стражников, матерящихся на какого-то незадачливого человека, им вторили яростные крики Аскетов, то и дело вспоминающих Единого и Святого Мэрнока.
— Городская стража поймала неведомых монстров! Городская стража поймала неведомых монстров! Что же с нами будет? Тетенька, купите газету! Два медяка! Купите, тетенька! Ой…
Грязный, размахивающий газетой мальчишка отшатнулся от меня и тут же бросился в противоположную сторону. Глаза, поняла я. Полнолуние уже близко.
Я сделала неуверенный шаг вперед, и тут же меня поглотила толпа. Пришлось стиснуть зубы и повторять про себя старую считалочку, которая обычно помогала сосредоточиться.
«Раз, два, три, четыре, пять, выходи меня искать…»
— Смотри, куда прешь, бестолочь!
«Полезай ко мне в нору, поиграй со мной в игру...»
Старая надменная леди с унылыми служанками, проходя мимо, презрительно окатила меня взглядом.