Код Рублева
Шрифт:
3. Человек с далматинцем
Вечерело. Темные тени деревьев падали на красную гравийную дорожку Гоголевского бульвара, образуя причудливые переплетения. Народу было мало. Изредка встречались влюбленные парочки, жавшиеся друг к другу на обшарпанных скамейках, как большие замерзшие птицы. Впрочем, вечер был не таким уж и холодным.
Пойдя по темной аллее бульвара, Марго и отец Андрей остановились перед бронзовым Гоголем, вдохновенно вскинувшим руку в направлении рекламного щита с полуголой красоткой, показывающей,
– Ну вот он, ваш памятник. И что дальше?
– Дальше будем ждать, – ответил дьякон.
– Сколько?
– Пока не знаю. Давайте присядем.
Они уселись на скамейку. Минута прошла в молчании. Марго зевнула.
– Скажите хоть, чего мы ждем? – спросила она, доставая из сумочки сигареты.
– Не чего, а кого. Уверяю вас, если он здесь появится, мы его сразу узнаем.
Они еще немного помолчали. Марго сидела в глубокой задумчивости, забыв про сигарету, дымившуюся в ее тонких пальцах. Брови ее скорбно сошлись на переносице, темно-карие глаза смотрели растерянно и грустно. Можно было предположить, что это место напомнило ей о чем-то – о чем-то таком, что она тщетно пыталась забыть. Дьякон тоже погрузился в задумчивость. Изредка он искоса поглядывал на Марго, но ничего не говорил.
– Вы женаты? – спросила вдруг Марго, поворачиваясь к дьякону.
– Нет, не женат, – спокойно ответил отец Андрей. Казалось, он ничуть не удивился вопросу.
– Не видите смысла в институте брака?
– Напротив, если в мирской жизни есть какой-то смысл, то он заключается в институте брака и семьи.
Марго покусала нижнюю губу и спросила:
– Тогда почему?
– Просто мне не повезло, – так же спокойно ответил дьякон. – Не удалось встретить женщину, с которой я захотел бы прожить всю жизнь.
– Для брака это необязательно, – сказала Марго. – Многие женятся и по более пустяковому поводу.
– Боюсь, что это не мой случай, – ответил дьякон.
Подул ветер. Марго подняла воротник плаща, посмотрела на часики и вздохнула.
– И сколько нам еще ждать? – поинтересовалась она.
Отец Андрей невозмутимо поднял руку и тоже посмотрел на часы.
– Сейчас без десяти девять, – сказал он. – Давайте подождем еще двадцать минут.
– А что будет через двадцать минут?
– Девять часов, одиннадцать минут, – ответил дьякон.
Марго прищурила карие глаза.
– Думаете, время на остановившихся часах Тихомирова как-то связано с тем, что должно произойти здесь? – недоверчиво проговорила она.
– Через двадцать минут мы это узнаем, – ответил дьякон.
Время текло медленно. Марго то и дело поглядывала на часы. Чтобы унять волнение, она снова закурила. Выпустила аккуратное колечко дыма да так и застыла с открытым ртом. Отец Андрей вопросительно
По темной аллее неспешной походкой шел высокий, толстый мужчина в клетчатом пиджаке. Седеющие волосы мужчины были всклокочены. Во всей его фигуре – несмотря на то, что одет он был вполне прилично – сквозило что-то глубоко запущенное, затрапезное. Словно обладатель клетчатого пиджака давно и основательно махнул на себя рукой. Высокий толстяк был совсем не похож на жизнерадостного молодца с рекламной картинки, однако на поводке он вел подвижного, поджарого пса далматинской породы.
Марго сглотнула слюну:
– Ну? – взволнованно спросила она. – И что мы будет делать дальше?
– Нужно подойти и заговорить с ним, – сказал дьякон.
– А если он пошлет нас к черту?
Отец Андрей качнул головой.
– Это вряд ли. Я просто подойду к нему и поинтересуюсь, помнит ли он профессора Тихомирова. А потом…
Марго округлила глаза.
– Вы с ума сошли? Кто же в подобных делах действует напрямую?
– А что вы предлагаете? – слегка растерявшись, спросил отец Андрей.
Марго насмешливо проговорила:
– Эх, батюшка, всему-то вас надо учить. Сперва нужно расположить его к себе, найти с ним точки соприкосновения, нащупать общую тему для разговора. Вы что, Дейла Карнеги не читали?
– Кого?
Марго махнула рукой:
– Ладно. Придется преподать вам мастер-класс. Учитесь, пока я жива.
Дьякон попытался что-то сказать, но Марго, не обращая на него внимания, вскочила со скамейки и решительным шагом направилась к человеку с далматинцем.
– Здравствуйте! – сказала она, подходя к толстяку и протягивая ему руку.
Мужчина остановился, удивленно посмотрел на Марго, затем перевел взгляд на протянутую руку.
– Вечер добрый, – пробасил он, неуверенно пожимая пальцы Марго своей огромной, неуклюжей лапой. – А вы, простите…
– Красивая собачка, – сказала Марго, глядя на пятнистого пса, с любопытством обнюхивающего ее ногу. – Это ведь далматинец?
Толстяк с любовью посмотрел на пса и широко улыбнулся:
– О да! Далматинец чистейшей воды!
– Забавный окрас, – сказала Марго. – В детстве у меня была такая же шубка – белая, с черными пятнами.
Толстяк нахмурился.
– Милая девушка, – снова забасил он, но уже далеко не так приветливо, как вначале, – возможно, мы знакомы, но я…
– Профессор Белкин, если не ошибаюсь? – услышал он над самым ухом и повернул голову.
При виде человека в рясе лицо толстяка стало еще более удивленным.
– Доцент Белкин, – поправил он. – А вы…
– Дьякон Андрей Берсенев. Мы с вами встречались на конференции в Калуге.
– Дьякон?.. А, да-да! – На пухлых губах толстяка появилась неуверенная улыбка. Он пристально вгляделся в лицо отца Андрея и облегченно вздохнул: – Теперь я вас действительно вспомнил. Это ведь вы читали доклад о раскопках на Кобяковском городище?