Кодекс Хранителя
Шрифт:
— Вы ставите меня в неудобное положение, — прошептал Звездунов, следя, как куски мяса исчезают один за другим. Аппетит у Первого Репетитора был неожиданно хорошим.
— Не обижайтесь, господин Звездунов, но вы в нем с самого начала. Предыдущий декан напортачил. Культ Хранителей прогнил за три десятка лет, исправлять вам. Надо поднажать.
— Но не ценой студентов! Поднажмите в культе, а не здесь! Невозможно выучить два года за один!
— Как, кстати, новенькие? — перебил Репетитор и поднял на него взгляд, не переставая жевать, потом потянулся за салфеткой и обтер рот. Звездунов сглотнул.
— Они… сильны. Я бы
— А сила Хадисы Кирин?
— Привыкает, — ответил Звездунов, понимая, что ему даже не дают договорить. И все же он должен спросить… Слегка поправив узел галстука, чуть подался вперед. — Извините за бестактность, но раз она так вам нужна, не проще было подождать год и отдать ее на нормальный пятигодичный курс? Да и остальные девушки, они…
Репетитор вскинул руку, веля молчать. Рот Октопуса захлопнулся сам, без его на то воли.
— Его Императорскому Высочеству нужны послушницы, понимающие специфику, — наконец начал сановник, — а не Хранители, знающие в деле толк. Культ не готов жертвовать чистыми душами для таких прихотей. Потому просто делайте то, что вам сказали, Октопус. — Он опустил руку, и немота тут же спала с декана. — И держите щупальца при себе. Я думаю, намек был предельно ясен? Можете идти…
Большого труда стоило не хлопнуть дверью.
* * *
Анонис ждал в приемной. Выглядел сегодня необычнее, чем всегда, облачившись в национальные одежды вместо низменного лабораторного халата и мешковатых штанов. Темно-фиолетовый халат был перетянут шелковым поясом, черные волосы — распущены. Даже чешуя вдоль носа проступила, чего он в обычно не допускал.
— Хорошо имеет? — сощурил он глаза и улыбнулся. Вот только выглядел Анонис при этом зловеще. Звездунов покосился на него, но ничего не ответил и попросту покинул приемную.
Ананьев проводил его взглядом, а после, оценив стойки двух охранников, пошел получать свою порцию любви от начальства.
* * *
— Нет, ну ты видела, какая у него кожа? — тихо вздохнула Камилла, отвлекая всех от недвузначного откровения Хадисы. — Да мне надо неделю в молоке отмокать, чтобы такой лялей быть.
Хадиса лишь крепче поджала губы, вперившись взглядом в две мужские задницы. Влад и Самсон развернулись к ним спиной и тихо шептались о чем-то своем, перегнувшись через подоконник. Все бы ничего, но их брюки облепили узкие мужские ягодицы, словно вторая кожа, и теперь воображение бедной красавицы не давало ей покоя. Она ощущала в полной мере, как ее накрывает безумие. Как тогда, в день приезда. Словно издеваясь, девочки, сидящие возле нее, начинали тупеть на глазах. И, увы, Хадиса их престранные разговоры тоже списывала на свою силу, но ничего поделать с ней не могла.
— Блин, запара, — вздохнула Велена, внимательно осматривая свои руки. — Тебе вояж с молоком, а мне что со своими мозолями делать? Посмотри! — И она ткнула на огрубевшую кожу. — Да он же на меня такую даже не посмотрит.
— А ты свой скальпель в руку возьми, — нашлась Камилла. — Такой аргумент еще никто мимо себя не пропустил!
Самсон приподнялся и хлопнул друга по плечу, после чего довольно потянулся и мельком глянул на девчонок. Тут уж он неожиданно поймал на себе взгляд брюнетки и отвернулся, а Кирин в который раз тяжело и печально вздохнула:
— И задница у него аппетитная.
— Хорошая…
— Отличная… — подтвердили будущие светила медицины, вспоминая принца.
— И
— Свезло тебе, ты ему понравилась, — дружелюбно подбодрила девушку Камилла. Велена, наоборот, фыркнула.
— Это он просто ее брата знает.
— Причем здесь мой брат? — удивилась Хадиса и, поняв, о ком толкуют девчонки, тихо рассмеялась. — Нет, эта бледнолицая пародия на Люцифера меня не интересует.
— А кто ж тебя интересует? — вдруг вклинился в их тихий разговор Самсон. Влад же стоял за его спиной и тихо посмеивался. Проклятие Рубина явно красило эту сдержанную устрицу.
Так некстати вспомнилась ее аппетитная попа, которая буквально этой ночью имела возможность побыть в его руках.
Вскинув на адепта взгляд, Хадиса на миг замерла, будучи не в силах ни отвести глаз, ни достойно ответить. Ее словно парализовало. Самсон же, не ожидавший, что она вперится в него взглядом, и сам замер, вопросительно вскинув белесые брови. Улыбка на его лице медленно расползалась, словно приглашала ответить, а Хадиса все больше и больше краснела… Пока не закатила глаза и не повалилась на диван всем своим телом. Камилла взвизгнула, подпрыгнув. Велена же, наоборот, схватила сомлевшую девчонку за лацканы ее форменного пиджачка и хорошенько встряхнула.
— Подъем!!!
Влад втихаря смылся к окну, давя непозволительную в данной ситуации улыбку. Самсон, в свою очередь, осторожно отодвинул Велену, вскинул Хадису на руки и решительно потопал на выход.
— Я в медпункт! — оповестил он секретаря и, размашисто шагая, скрылся за дверью.
— Настоящий мужчина, — умилилась Марита, наблюдавшая за разыгравшейся сценой с завидным секретарским спокойствием.
* * *
Дверь за госпожой Борин смачно захлопнулась, оставив Его Высочество Максимилиана Дрейка наедине с ее прелестями, то есть, персоной. Оторвав взгляд от глубокого декольте, ничуть не прикрывавшего пышной, даже упругой, на его взгляд, груди, парень присел в кресло, в котором уже сидел ранее, и откинулся на мягкую удобную спинку.
— Так на чем мы закончили? — поинтересовался он. Госпожа Борин плавно обогнула свой стол, раскачивая широкими бедрами, утянутыми в узкие брюки, и, жеманно улыбнувшись, проворковала:
— Вы собирались подписать договор об учебе в нашей великой Академии.
Дрейк удивленно вскинул правую бровь.
— Разве? По-моему, я собирался перевестись сюда за просто так.
Сделав страшные глаза, Эвереста медленно опустилась в свое кресло, после чего схватилась за сердце, как раз где-то в районе неприкрытой груди.
— Да как… как Вы… Мне ж без договор-ра никто не поверит, что Вы з-здесь учитесь, — начала она задыхаться.
— Давайте-ка я для начала его прочитаю, — быстро согласился принц, лишь бы не наблюдать всю эту трагикомедию. — И, прошу, не надо мне еще час вещать о прелестях вашего вуза…
— Академии, Ваше Высочество, — мягко поправила его Эвереста, быстро успокаиваясь. — У нас Высшая Академия демонизма и магии!
— Ну, хорошо, — вздохнул Максимилиан, вчитываясь в первые строки.
Минута шла за минутой, строки были мелкими и мерзопакостными. И если бы он не был особой, вынужденной изо дня в день знакомиться с юридическим изложением текстов, он бы сейчас думалку сломал… Потому что даже у его подкованного мозга извилины начали в трубочки сворачиваться.