Кодекс
Шрифт:
Дон Альфонсо встал на носу и распростер руки. С трубкой из кукурузного початка в морщинистом кулаке он был похож на растрепанное огородное пугало.
— Лагуна-Негра! — закричал он. — Мы пересекли Меамбарское болото. Я, дон Альфонсо Босвас, точно и безошибочно указал путь.
Чори и Пинго опустили в воду моторы, включили зажигание, и каноэ устремились к далекому берегу— Том устроился на груде вещей и наслаждался встречным потоком воздуха, а обезьянка Волосатик вылезла из кармана, забралась ему на макушку, причмокивала и довольно бормотала. Том подумал,
Они остановились на ночлег на песчаном берегу на другой стороне. Чори и Пинго отправились на охоту и через час вернулись с освежеванным, выпотрошенным и разрубленным на кровавые куски оленем, которого несли в пальмовых листьях.
— Отлично! — воскликнул дон Альфонсо. — Томас, сегодня мы полакомимся отбивными из оленины, а остаток мяса завялим на дорогу.
Том с интересом наблюдал, как индейцы с помощью мачете умело нарезали мясо длинными лоскутами, бросали на решетку, а затем подбрасывали в костер сырых дров, отчего очаг начинал сильно дымить.
Вскоре отбивные были готовы, и дон Альфонсо раздал их спутникам. Во время ужина Том наконец задал вопрос, который давно вертелся у него на языке:
— А куда мы отправимся отсюда?
Дон Альфонсо швырнул в темноту кость.
— В Лагуну-Негра впадает пять рек. Нам предстоит выяснить, по которой из них поднялся ваш отец.
— Где они берут начало?
— В горах. Одна течет из Кордильер, другая со Серро-Патука, третья со Серро-де-лас-Неблинас. Самая длинная — Макатури. Она берет начало в Серро-Асуль. Это на полпути к Тихому океану.
— Они проходимы для лодок?
— Говорят, что в низовье да.
— Что значит говорят? — удивился Том. — Вы никогда там не бывали?
— Из моего народа там никто никогда не бывал. Это опасный край.
— Почему? — спросила Сэлли.
— Звери не боятся людей, случаются землетрясения и извержения вулканов, и там обитают злые духи. Есть целый город демонов, откуда никто не возвращался.
— Город демонов? — заинтересовался Том.
— Да. Сиудад-Бланка. Белый город.
— Что это за город?
— Некогда построен богами, а теперь лежит в руинах. Вернон обсосал кость, затем швырнул ее в огонь и обыденным тоном произнес:
— Вот вам и ответ.
— Ответ на что?
— Куда отправился наш отец.
Том во все глаза уставился на брата:
— Смелое предположение. Откуда ты можешь знать?
— Я не знаю. Но отца всегда тянуло в такие места. Любил подобные байки. Старался их проверить. А ведь такие истории часто основываются на реальности. Готов поспорить, он нашел затерянный город — нечто вроде огромной руины.
— Но в этих горах не должно быть никаких руин.
— Кто это сказал? — Вернон взял с пальмового листа новый кусок мяса и отправил в рот.
А Том вспомнил краснолицего Деррика Дана и его легкомысленное утверждение, что анаконды не питаются людьми. И повернулся к дону Альфонсо:
— Точно известно, что этот город существует?
— Так говорят. — Индеец торжественно кивнул, и его лицо превратилось
— Где он находится?
Дон Альфонсо покачал головой:
— Этого никто не знает. Город не имеет постоянного места, все время перемещается среди вершин Серро-Асуль и прячется в горных туманах.
Том покосился на Вернона:
— В таком случае это миф.
— О нет, Томас, город существует на самом деле. Говорят, что попасть в него можно, только перейдя бездонное ущелье. Но тот, кто оступится, умрет от страха и будет бесконечно падать вниз, пока от него не останется один скелет. Но и этот скелет будет продолжать лететь, пока не рассыплется на кости. В конце концов не останется ничего, кроме костной пыли. И этой пыли суждено вечно сыпаться во мрак.
Дон Альфонсо подбросил полено в костер. Том смотрел, как дерево сначала задымилось, а потом по нему побежали язычки пламени. Что же это за Белый город?
— В наши дни и в нашем веке не осталось затерянных городов, — произнес он.
— Вот в этом вы ошибаетесь, — возразила Сэлли. — Их десятки, а может быть, сотни. В таких местах, как Камбоджа, Бирма, пустыня Гоби и Центральная Америка. Например, город Кью.
— Никогда не слышал о таком.
— Вот уже тридцать лет оттуда нескончаемым потоком поступает награбленное, и это сводит археологов с ума. Они понимают, что где-то, скорее всего в равнинной части Гватемалы, должен находиться огромный затерянный город индейцев майя. Однако никак не могут найти. А кладоискатели тем временем разбирают его по камешку и продают на черном рынке.
— Отец частенько болтался в барах, — напомнил Вернон. — Заказывал выпивку индейцам, лесорубам и золотоискателям и внимательно прислушивался к их рассказам о затерянных городах. Даже выучил какой-то индейский язык. Помнишь, Том, как он вворачивал за обедом индейские словечки?
— Я считал, что он все сочиняет.
— А теперь задумайся: зачем ему строить себе могилу, когда он мог использовать готовую — ту, что некогда сам ограбил?
Несколько мгновений никто не отвечал, Затем Том захлопал в ладоши:
— Браво, Вернон!
— И еще учти: он взял себе в помощники местных индейцев. У костра воцарилось молчание, только потрескивали сучья в огне.
— Но отец никогда не упоминал о Белом городе, — наконец произнес Том.
— Еще бы! — улыбнулся Вернон. — И знаешь почему? Это то место, где он сделал свое первое открытие, которое дало начало всему. Он приехал туда нищим, а оттуда вывез полную лодку сокровищ, и это позволило ему открыть галерейное дело.
— В этом есть смысл.
— Черт возьми, еще сколько смысла! Я ручаюсь, он вспомнил истоки своей карьеры, когда решил устроить себе могилу. Превосходный план! В этом так называемом Белом городе наверняка найдутся готовые гробницы. Отец знал, где они находятся, потому что в свое время сам же их и обворовал. Ему оставалось заручиться помощью местных индейцев и устроиться в одной из них. Том, уверяю тебя, Белый город существует на самом деле.