Кольцо Гекаты
Шрифт:
– Подожди, – опешил Фарид. – Я что-то не понимаю…
– Да что тут понимать?! – вспылила Кора. – У тебя из-за ее баксов все соображение отшибло! В упор видеть перестал!
– Может, она пластическую операцию делала за границей? Ей-богу, Кора, если бы ты ее видела…
– Ладно, не заливай! – грубо перебила его девушка. – Признайся, что ошалел от счастья, и пятидесятилетняя баба показалась тебе аленьким цветочком! Не каждый день такая халява прет. Так что можно тебя понять.
Гордеев молчал, обдумывая информацию и вспоминал лицо Анны. Он, конечно, особо не присматривался, но…
– Не
– Ты что, влюбился? – Ее голос срывался от злости, на щеках выступили красные пятна. – Или хочешь быть на содержании у этой старой карги? Думаешь, она будет решать все твои проблемы?
– Зачем ей это может быть нужно? – растерянно спросил Фарид то ли Кору, то ли самого себя. – Какой ей толк меня обманывать?
– А ты не догадываешься? Наивный… Да она хочет тебя! Увидела – и захотела. Чем ей еще заниматься? Ты и растаял, поверил, будто она интересуется боевыми искусствами! – Кора неестественно громко захохотала. – Ой, не могу! Держите меня! Глупенький маленький мальчик Фарид влюбился в тетеньку! Он будет целовать тетеньке пальчики, а тетенька купит ему за это мороженое!
– Прекрати! – Фарид схватил Кору за плечи и резко ее встряхнул. – У тебя истерика. Хотел бы я знать, из-за чего. Неужели ты ревнуешь?
– Почему ты ни разу не говорил мне о том, что любишь меня?
Вопрос поставил Гордеева в тупик. И правда, почему? Любил ли он Кору? Он ни разу не задумывался об этом, так же, как в своих отношениях с Йоко. Ему нравилась близость с ней, только и всего. Он вообще не думал о любви. Зачем? Разве им с Корой было плохо?
– Тебе плохо со мной? – спросил он в продолжение своих мыслей.
Она растерялась. То, что они любят друг друга, казалось само собой разумеющимся. Ей и в голову не приходило, что для него это может быть по-другому.
– Почему ты спрашиваешь? Это из-за нее?
– При чем тут Левитина? Ты можешь просто ответить, что тебя не устраивает?
– До сих пор, пока не появилась эта… – Кора заплакала. Слезы градом катились по ее смуглому лицу. – Пока ты не увидел ее…Ты даже не заметил, что ей пятьдесят!
Она зарыдала. Фарид рассеянно слушал ее бормотание вперемежку со всхлипываниями. Пожалуй, он не пытался узнать Кору поближе, не хотел. Его устраивало то, что было между ними, и ничего большего он не желал.
ГЛАВА 9
– Папа! А Марта хочет косточку проглотить! – запыхавшись от быстрого бега, радостно сообщил Марк.
– Какую косточку? – не сразу сообразил Артем, который брился в ванной, одновременно размышляя, что ему сегодня предстоит сделать.
– Абрикосовую! – еще радостнее пояснил Марк, прыгая на одной ноге.
– Так что же ты стоишь? – возмутился Артем. – Беги и отбери у нее!
Мальчик с готовностью кинулся в детскую, где на маленьком хохломском столике Динара оставила детям тарелку абрикосов. Марта, вся перемазанная оранжевой мякотью, разламывала очередной фрукт. Ее щеки подозрительно оттопыривались, из чего можно было заключить, что во рту Марты уже не одна косточка, а две.
– Выплюнь! Выплюнь сейчас же! – без особого успеха убеждал сестренку Марк.
Вошедший в детскую Артем застал уже
– Идите к маме! – скомандовал Артем. – Она даст вам творожной запеканки.
Дети наперегонки бросились по коридору на кухню, откуда плыли восхитительные запахи корицы и ванили. Близнецы обожали сладкое, и предлагать им на завтрак что-то другое просто не имело смысла. Зоя Петровна постоянно ворчала по этому поводу, взывая к совести «бесхарактерных родителей», которые идут на поводу у детей и кормят их чем попало, вместо того, чтобы организовать здоровое питание. Артем и Динара привыкли к недовольству няньки и не обращали на это внимания. Слава богу, близнецы выздоровели, и теперь с ними можно было целые дни гулять. На улице они вели себя гораздо приличнее, чем дома.
– Опять сладкое! – возмутилась Зоя Петровна, переступая порог квартиры и учуяв аромат запеканки. – Наказанье мне с вами! Диатеза еще только не хватало.
Но никакого диатеза у близнецов сроду не было, несмотря на огромное количество поедаемых пирожных, тортиков, вафель, халвы и конфет. Они отличались отменным здоровьем, если не считать обычных детских инфекций, да и те Марк и Марта подхватывали редко. В основном, они носились, как два неутомимых маленьких мустанга, и придумывали себе развлечения, одно изобретательнее другого.
Артем и Динара с облегчением вздохнули, передав детей на попечение Зои Петровны, и засобирались на работу.
– Посмотри, – сказал Артем, показывая жене небольшую любительскую фотографию.
Молодая женщина стояла между обломков античных колонн на фоне синего моря и такого же синего неба. Полупрозрачное светлое платье обвивало ее ноги, она придерживала рукой соломенную шляпку, которую ветер старался сорвать с ее головы.
Динара мельком глянула на снимок.
– Ничего дамочка… Кто это?
– Объект наблюдения, – коротко ответил Артем. – Муж хочет узнать подробности частной жизни своей супруги.
– Дай-ка сюда. – Динара взяла снимок в руки и начала пристально его разглядывать. – Тут едва можно различить лицо. Получше у любопытного мужа ничего не нашлось?
– Нет. Он объяснил, что жена не любит фотографироваться.
Динара удивленно фыркнула.
– При современных технических средствах на это не надо спрашивать разрешения!
– Согласен. Но господин Салахов панически боится, что супруга может догадаться… Он велел мне быть крайне осторожным и деликатным. И выразил готовность удвоить тариф, только бы слежка не была замечена.
– Как ты сказал? – переспросила Динара. – Господин Салахов?! Ну-ка, дай сюда фотографию!
Она впилась глазами в лицо женщины на снимке.
– Узнаешь? – спросил Артем.
– Это же… наша соседка! Та, что купила квартиру Альшванга. Она что, жена Салахова? Того самого?
– Если под «тем самым» ты подразумеваешь известного бизнесмена, то да.
– Странно… – Динара не могла оторваться от фотографии. – Неужели это все-таки она? Такая молодая… Это что, давнишний снимок?
– Салахов сказал, что позапрошлогодний. Более позднего нет.