Кольцо Гекаты
Шрифт:
– А если спросит?
– Тогда я должен их отдать.
– Я же вас спрашивал! – возмутился Юрий. – Почему вы меня обманули?
– Когда вы ко мне приходили, год еще не минул. А больше вы не интересовались.
– Черт бы вас побрал, Прокофий Константинович!
Старик искренне, без тени обиды, расхохотался.
– Узнаю Салаховых! – сказал он. – Темпераментный вы, однако, Юрий Арсеньевич, в деда уродились. Что ж, это приятно.
– Спасибо. А почему вы вдруг решили позвонить?
– Хочу, чтобы вы забрали тетради. Может, в них что-то важное. Не зря Платон Иванович
– Откуда вы знаете?
– Чувствую. На пороге смерти интуиция необычайно обостряется. – Горин усмехнулся. – Так придете?
– Конечно! Сегодня же заеду.
Юрий еле дождался вечера, чтобы увидеться с Гориным. Правда, старик оказался несловоохотливым. Он уже сказал все, что хотел, по телефону.
– Я плохо себя чувствую, – заявил он. – Хочу лечь. Вот, возьмите! – Он протянул Юрию тетради. – И прощайте!
Кора Танг едва пристроила светлый «фольксваген» в проходном дворе, так, чтобы он не бросался в глаза. На сиденье рядом с ней лежал морской бинокль, который она выпросила у Фарида. Частный детектив и так обошелся ей очень дорого, поэтому Кора решила, что следить за «меценаткой» она может и сама. Она не позволит какой-то избалованной матроне, ошалевшей от скуки, отбить у нее Фарида, мужчину всей ее жизни. К тому же, не мешает узнать, откуда у этой бабенки такая прорва денег. Скорее всего, она тайком обирает своего муженька… Но это только предположение – надо узнать точно.
Эти доллары не давали Коре покоя. Деньги сломали ее спортивную карьеру, разрушили ее честолюбивые мечты, она ненавидела их и одновременно страдала от их отсутствия. В ее голове блуждали неоформившиеся мысли о шантаже. Если источник «меценатки» не совсем чист, или в ее жизни есть «темные пятна», Кора Танг установит истину. А потом можно подумать, как использовать добытые сведения.
Детектив показал ей дом, где жили Салаховы: комфортабельный особняк, отреставрированный, с консьержем, белым и черным мрамором в холле.
– Салаховы живут на втором этаже, – сказал детектив. – Их окна выходят во двор. За домом был заброшенный сквер, но сейчас его переделали, получился маленький парк с фонтаном. Кстати, жена Салахова в браке оставила свою девичью фамилию. Она Левитина.
Детектив сообщил Коре, когда примерно госпожа Левитина выходит из дому, во что бывает одета, какие у нее рост и фигура.
– Один раз увидите, больше не ошибетесь, – добавил он. – Дамочка обычно вызывает такси, что тоже является опознавательным знаком. В этом доме у всех свои тачки, так что если подъезжает такси, можно быть почти уверенным, что в него сядет именно Анна Наумовна.
– У Салахова что, нет машины?
– Есть, и не одна.
– Тогда в чем дело?
Детектив пожал плечами.
– Думаю, она просто не хочет, чтобы муж знал, куда она ездит.
– А вы хоть раз проследили ее маршрут?
– У меня такого задания не было, – ответил сыщик. – Вы мне заплатили только за информацию о том, кто она, где живет, чем занимается.
На этом Кора распрощалась с детективом и взялась за дело
Стоял теплый, ясный летний день. Легкий утренний туман уже рассеялся, несколько воробьев, шумно чирикая, купались в пыли у самых колес «фольксвагена».
Кора так погрузилась в свои раздумья, что не заметила, как к дому, за которым она наблюдала, подъехало такси. Какая удача! В первый же день ей повезло! Девушка сняла темные очки и поднесла к глазам бинокль.
В особняке был только один подъезд. Из него, не спеша, вышла женщина в светлой длинной юбке, просторной белой блузке и шляпе. Мягкие, широкие поля шляпы закрывали лицо, и Коре никак не удавалось как следует рассмотреть даму. Судя по описанию, это должна была быть Левитина, но девушку что-то смущало. Она изо всех сил всматривалась в незнакомку, и тут объект наблюдения поравнялся с такси. Мелькнули белые туфли, когда дама садилась на переднее сиденье, и машина тронулась с места.
Времени на колебания и раздумья не оставалось. Кора Танг выехала на дорогу, пропустила вперед одну машину, как ее учил детектив, и поехала за желтым такси. Она была не очень хорошим водителем и постоянно ерзала от страха, что потеряет объект. У нее вспотели ладони, сильно билось сердце. «Чего я так нервничаю? – думала она, стараясь не выпускать из виду такси. – Не сегодня, так завтра, но я узнаю, куда ездит эта сексуально озабоченная матрона». И тут Кору осенило. «Матрона» слишком молодо выглядела! Вот что сбивало с толку и мешало сосредоточиться. По словам сыщика, ей было пятьдесят с хвостиком, а по виду… от силы лет тридцать. Возраст выдает не только лицо, которое Коре так и не удалось рассмотреть: это и походка, и осанка, и манера одеваться, и многое другое, неуловимое, что безошибочно позволяет отличать молодость от зрелости. Хотя… при современных ухищрениях можно и в пятьдесят выглядеть неплохо.
А может, это не она? Кора засомневалась. Но одежда подходит под описание, опять же такси… Нет! Скорее всего, из дома вышла все-таки Левитина.
Коре Танг повезло. Такси ехало по запруженным автомобилями центральным улицам и не могло оторваться. Ей удалось выследить, куда направлялась дама. Это оказалось до банальности просто и совсем не таинственно. Такси остановилось у «Самсона», одного из агентств по недвижимости. Дама вышла и скрылась за массивной дверью с огромной, до блеска начищенной медной ручкой. Такси проехало немного вперед и припарковалось. Из приоткрытого окна высунулась рука водителя с сигаретой, стряхивающая пепел. Видимо, он устроился ждать пассажирку.
Кора нервничала – ее «Фольксваген» стоял у самого перехода, и долго так продолжаться не могло. К счастью, дама в шляпе скоро вышла, села в свое такси и отправилась к театральному дому. Это Кору не удивило. В конце концов, у Левитиной здесь квартира, и то, что она сюда приехала, подтверждает, что это именно она и никто другой.
У театрального дома повторилось то же самое, что и у «Самсона». Левитина вышла, поднялась к себе в квартиру, пробыла там не больше пятнадцати минут, села в такси и поехала домой.