Кольцо Стрельца
Шрифт:
При этих словах я не скрыл мрачного удовлетворения.
Джоанна странно взглянула на меня. Политологи довольно сообразительны в том, что касается неприятных поворотов тактики.
– Значит, халукам приходится полагаться на Драммонда, у которого свои собственные планы на будущее?
– Вот уж наверняка. Заставив Еву и других директоров избрать его президентом концерна, он занял положение, в котором может причинить максимум вреда. После слияния с «Галафармой» под контролем «Оплота» находится почти шесть тысяч планет! И у Драммонда есть доступ к их базам данных. Он может контролировать
Джоанна кивнула.
– Он весьма пылко защищал инопланетян – и персональными апелляциями, и прочими уверениями. Конечно же, он совершенно не производил впечатления…
Она покрутила пальцем у виска.
– Пламенного придурка? Еще бы. Когда он строил козни против «Оплота», то исходил из своих непомерных амбиций и дьявольской спеси. А теперь, я полагаю, им движет жажда мести – мести мне, «Оплоту», может быть, всему человечеству. Не
получится просто обвинить Драммонда и ожидать, что тот тихо сдастся и приползет просить пощады или убежит. Он найдет способ нанести ответный удар, как только поймет, что находится под серьезной угрозой вместе со своими ха-лукскими союзниками. Возможно, есть только один способ с ним сладить.
– Понятно. – Ей в самом деле было понятно. – Вам с друзьями придется противостоять кое-каким хитросплетениям большой политики. Голосование о передаче новых планет халукам ожидается очень скоро. Недели через две.
– Мы должны провалить это постановление, Джоанна, – отчаянно выговорил я. – Халукам нельзя позволить заселять Шпору! В итоге они с помощью Драммонда найдут способ завоевать всю Зону 23! И это даже не самое худшее. Халуки держат секретную базу на астероиде в Стрельце. Еще весной, в апреле, их пираты вовсю грабили шелтокские носители трансактинидов. Теперь это местечко они могут использовать для нападений на наши топливные базы. В качестве первоначальной базы, с перспективой расширения.
– Адик, но это чудовищно! Ты должен рассказать об этом прессе. Тактика воздействия напрямую на делегатов недостаточно эффективна. «Ста концернам» выгодно, чтобы постановление о халукских планетах прошло, и масса делегатов поддастся их давлению – если только абсолютное большинство избирателей не вынудит их поступить иначе.
– С помощью разоблачений в прессе?
– Ну да. Конституция Содружества предусматривает всенародный референдум – при экстренных обстоятельствах. Но Совет как таковой должен…
Я перебил ее – внезапно меня подкосило огромное переутомление, как физическое, так и моральное.
– Потом, Джоанна… Пожалуйста. Я уверен, Сонтаг и другие непременно воспользуются твоими советами знатока. Мы все обсудим завтра. А сейчас просто убеди Беа Манган приехать сюда поутру. До того, как хоть что-нибудь
– Я немедленно ей позвоню.
Джоанна импульсивно протянула мне руку. Я осторожно взял ее узкие пальцы в свою синюю нечеловеческую горсть и поцеловал их в старинном поклоне – по странному инстинктивному побуждению.
Джоанна сморгнула, потом опустила глаза.
– Я… Я накрою стол в маленькой гостиной, прямо по коридору.
Она развернулась и заспешила вниз по лестнице. Я закрыл дверь ванной, содрал с себя вонючую одежду и затолкал ее в автомойку, как мне велела Джоанна. Потом встал под душ и попытался отскрести себя от всей возможной дряни.
Но это, конечно же, не удалось.
Она ожидала в гостиной, когда я прошлепал туда босиком. Разбитые кроссовки не пережили автомойки, и дубленку спасти не удалось; но остальная одежда, позаимствованная у Дана, снова стала чистой и свежей.
Пока я одевался, в голове промелькнула мысль о моем несчастном брате. Не подвергли ли его халуки новым мучениям? Он не знает ничего, что помогло бы врагам найти меня – но они все равно могут его допросить… Бедняга Дан.
– Ну вот, ты стал пахнуть намного лучше, – заметила Джоанна. – Только не говори, что использовал лавандовую пену для ванн.
– Мне понадобилась успокаивающая ароматерапия, – оправдался я, стараясь говорить небрежно. – Ты же знаешь, мне всегда нравилась лаванда. Она отлично расслабляет.
А иногда – и возбуждает…
Перед большим голозкраном стояли три кушетки уголком. Джоанна включила подводную картинку – черно-синяя тропическая вода, в которой снуют стайки светящихся рыбок, покачиваются медузы и мерцают опаловые пузырьки, поднимаясь между призрачных сплетений кораллов. Музыка у этого дела была странная – мягкие струнные аккорды, похоже на Оливье Мессиана.
– Отличная голография, – одобрил я. – Очень напоминает мой дом… То есть Стоп-Анкер, где я раньше жил. Это свободная планетка в Персее. Только в тамошнем море не водятся медузы.
– Там красиво? – спросила Джоанна.
– Да, очень.
– И ты был там счастлив…
– Сначала – нет. А потом, когда удалось поставить на место свою крышу, я был весьма счастлив.
Ужин поджидал на низком столике перед кушетками. Я сел напротив Джоанны и увидел между кофейником и бутылкой виски «Джеймсон» подключенный видеофон.
– Беа Манган уже звонила?
– Да. Она приедет завтра, в семь утра, и привезет оборудование для генотеста. Она сказала, что возьмет такси из башни СМТ.
– При свете дня это может быть достаточно безопасно, если, конечно, быть осторожным.
– Адик… Боюсь, она догадалась, в чем дело. Прости, если это нарушает твои планы. Я старалась, чтобы…
– Все в порядке. Я должен был знать, что Беа все поймет. В конце концов она отличный коп.
– Она хочет срочно с тобой поговорить. Сказала, это дело первостепенной важности.
– Черт.
Похоже, меня ждали дурные новости. Я врезал кулаком по своему гребешкастому лбу, стараясь встряхнуть расслабленные мозги. Отключил видеофункцию телефона и набрал номер. Беа взяла трубку после первого же гудка.