Колибри
Шрифт:
– Соглашусь. Да, все у них было хорошо. Но кто знает, как все повернулось бы, если бы Рийкка уехала в Ювяскюля. Я думаю, что тогда эти отношения сошли бы на нет.
У него дрогнул голос.
Ирмели поднялась и ушла в спальню. Вернувшись, она протянула Анне фотографию, с которой улыбалась круглощекая девушка в белой студенческой фуражке и розами в руках. Она смотрела прямо в камеру. Темно-каштановые волосы, стального цвета глаза слегка подведены, выражение лица решительное и немного замкнутое, губы красивые, полные. Милое лицо, какие обычно бывают у юных девушек,
– Переезд планировали через неделю. Транспорт заказан, все готово, – тихо произнесла Ирмели.
«Она держится, но когда ее прорвет, пиши пропало», – подумала Анна и вдруг жутко затосковала по своей матери.
Когда Анна вернулась в город, Сари позвала ее с собой в спортзал. До окончания смены оставалось всего два часа, и она охотно приняла приглашение. Одной из немногочисленных привилегий полицейской службы является возможность использовать именно столько рабочего времени в неделю на занятия спортом. Сегодня Анна решила отдохнуть от бега, но в зал сходить, тем более что иногда полезно потягать железо. Анне хотелось поближе познакомиться с Сари, та производила впечатление полной противоположности Эско: веселая, не запарная, спортивная и терпимая.
В раздевалке Анна тайком поглядывала на атлетичную фигуру Сари: высокая, мускулистая, при этом не перекачанная – словом, выглядит прекрасно. Ни за что не скажешь, что этот живот выносил, а эти груди выкормили двоих детей, ведь обычно после беременностей у женщин обвисают все места, а Сари – белая и упругая, словно богиня викингов.
– Сколько лет твоим детишкам? – спросила Анна.
Начать знакомство с разговора о детях – беспроигрышный ход, ведь люди любят поговорить о своих отпрысках, во всяком случае, пока те еще послушные милашки и беспрекословно воплощают в жизнь мечты своих родителей.
У Сари засверкали глаза.
– Три с половиной и два.
– Такие крохотули еще. Они ведь у тебя не приемные?! А то и не скажешь, что два года назад ты еще ходила беременная.
Сари рассмеялась, явно польщенная.
– Я оба раза вообще не растолстела, хотя жрала как лошадь. Наверное, у меня уникальный обмен веществ, к тому же я всегда много занималась спортом. Во время беременности минимум три раза в неделю ходила на пилатес.
– Ух ты! Девочки или мальчики?
– И то и то: Сири и Топиас.
– И как ты справляешься? В смысле дети еще маленькие и такая работа.
– Да отлично справляюсь. Стыдно говорить, но у нас няня – без этого никак. Хотя случается, что мелкие не дают ночью поспать, но я не заморачиваюсь насчет того, хватит мне сил или нет. Я сплю всякий раз, когда есть возможность. Засыпаю в любой момент и в любом месте.
– Уже завидую. Мне бы так. А чем занимается твой муж?
– Теэму – инженер-конструктор, вечно в разъездах. К счастью, меня не ставят дежурить в ночь, и в выходные я почти всегда дома. Об этом мы договорились с Вирккуненом.
– Отпуск по уходу не брала?
– С младшим я почти год сидела в отпуске. Но сама понимаешь, работать надо, потому что кредит на жилье и все такое.
– К счастью, сейчас уже можно. Где вы построили дом?
– На старом участке свекра в районе Савела. Тебе надо как-нибудь к нам зайти. А ты где живешь?
– В Койвухарью.
– Твою же мать!
Анна рассмеялась. Ей понравилась прямота Сари.
Они вошли в зал: суровые оштукатуренные стены, запах тестостерона, мало тренажеров, много штанг, железа и турников. «Мир мужчин», – подумала Анна, сходила за десятикилограммовыми блинами, повесила их на гриф и начала с жима лежа. Сари пошла на велосипед.
Три подхода по двенадцать раз. Грудные мышцы застонали, руки задрожали, стало трудно дышать. Кто-то помог Анне с последним жимом. Знакомый на вид мужчина в футболке без рукавов. Стальные ручищи.
– Привет, я Сами, – поздоровался он. – Виделись вчера на парковке.
– А, да, виделись, – ответила Анна, поднялась со скамьи и пошла к стойке с гантелями, Сами – за ней.
– Может, встретимся как-нибудь вечерком, скажем, в пятницу? Можно сходить куда-нибуть, – без обиняков предложил Сами. Он подошел так близко, что они почти соприкоснулись. Анне стало неприятно. Она вообще не хотела ни с кем встречаться, а свиданий с полицейским уж точно не жаждала.
– Ну, не знаю, – ответила она. – Я только-только переехала, полная неразбериха. Времени особо нет.
– Мне показалось, что ты можешь быть не против, – сказал Сами.
«Menj a pics'aba! [7] – подумала Анна. – Ну что за народ: стоит подмигнуть, тут же напридумывают себе всякого».
– Да я ничего такого не имела в виду, я так, – смущенно попыталась она объяснить.
– А эта твоя подружка? Тоже симпатичная девица, даже посимпатичней тебя будет, – обиженно произнес Сами и уставился на Сари.
– Мы обе заняты, – крикнула ему Сари с велотренажера.
7
Зд.: Отвяжись! (венг.)
– Не похоже, – сказал Сами сквозь зубы.
– Слышь ты, поди-ка лучше подрочи в раздевалке, – ответила Сари.
Двое полицейских в другом конце зала наблюдали за перепалкой, посмеиваясь. Анне стало смешно. Сари была великолепна. Надо же, какая решительная! Сами лишь демонстративно грохнул штангой и вышел из зала.
– Вот что за мудак, – буркнула Сари. – Другая сторона работы в преимущественно мужской области – со всех сторон на тебя пялятся и в мыслях засаживают поглубже. Но слушай, теперь твой черед обо всем рассказывать. У тебя есть семья? Откуда ты родом? Я все хочу знать, по мне – суперздорово, что к нам на работу пришла иностранка, хотя ты и не очень-то тянешь на иностранку.