Колокол
Шрифт:
– Все, что мы говорили, все это правда. Почему, при столь богатых ресурсах мы с вами живем так, как живем?
– спросил Иван Феоклитсович.
– В дерьме!
– выкрикнул кто-то из толпы.
– В нем самом. Но мы не должны терять свой человеческий облик, мы должны бороться - это наша земля!
– Да!
– Бей гадов!
– Долой Наместника!
– раздавалось со всех сторон.
Из-за дома председателя выбежала группа вурдалаков с дубинками и в шлемах. Растолкав собравшихся, они начали заламывать выступающих, то и дело
– Да что же это делается, - взревел кто-то из толпы, - мы что, так и будем смотреть, как вурдалаки наших бьют?!
Толпа ринулась на вурдалаков, кто держал в руках камень, кто бутылку, кто просто бросился на них с кулаками.
Раздались выстрелы, вурдалаки открыли огонь. Первые ряды упали, толпа дрогнула и отступила, но через мгновенье рев грохочущего трактора разорвал воздух. Трактор влетел в строй вурдалаков. Толпа бросилась на опешивших псов, и они побежали, побросав оружие.
– Мам, а где папа?
– спросила Даша.
– У папы очень много работы, работа это очень важная, - ответила Алена и погладила дочь по голове.
– А когда он вернется?
– Не знаю, - Алена тяжело вздохнула.
– А может, не нужна такая работа? Я хочу, чтобы папа был с нами!
– Я тоже, я тоже, - тихо проговорила Алена, отвернув от дочери лицо, с накатывавшимися на глаза слезами.
Раздался звонок в дверь.
– Папа, папа!
– радостно закричала Даша и побежала открывать дверь.
– Даша стой!
– но Даша уже подбежала к двери и открыла ее.
На пороге стоял здоровенный рыжий детина и дружелюбно улыбался. У Алены похолодело на сердце, она схватила Дашу и завела ее себе за спину.
Детина улыбнулся еще шире, и, подмигнул Даше, выглядывавшей из-за спины матери.
Алена стояла не в силах произнести ни слова. Раздался шум подъехавшего лифта, и за спиной Димы появился женский профиль.
– Дима, что ты людей пугаешь!
– сердито сказала Василиса. Дима отошел, освободив проем.
– Привет Алена. Даша, что ты там прячешься?
Даша выбежала и бросилась к Василисе.
– А где папа?
– Он очень занят, но он просил передать тебе подарок, - Василиса кинула Диме, и тот помахал небольшим пакетиком.
– Ну что вы стоите, проходите, - сообразила Алена.
– Ален, этот бугай Дима, не смотри на грозный вид, в душе он очень даже милый человек.
Дима галантно поклонился и вошел.
Через некоторое время все расположились на кухне, Даша, освоившись, уже играла с Димой, хватая его за уши и небольшие рыжие кудри.
– Даша, не хулигань, - строго сказала мама.
– Ничего страшного, - пробасил Дима, и легонько щелкнул Дашу по носу.
– Ах, ты!
– играя, возмутилась Даша, и битва продолжилась.
– Олег очень хотел вырваться, но он вынужден был уехать.
– Когда папа приедет?
– В следующем месяце.
– Так долго? А нельзя ему бросить эту
– Нет, он делает очень важное дело, для всех нас.
– Но я хочу, чтобы он был здесь!
– Даша, ты, уже взрослая девочка, прекрати, - погрозила ей пальцем Алена, а у самой сжалось сердце, дочь была права: "К черту все, жили же все вместе, а теперь дочь без отца растет" - она вздохнула.
– Поздно уже, Даша, пожелай все спокойной ночи, пора спать.
– Не хочу спать!
– Не упрямься!
– Я уже большая, ты сама сказала!
– Даша!
Даша поняла, что спорить с мамой бесполезно, ткнула кулаком в Диму, побежала в детскую.
– Не знаю, что ей и говорить уже, - тихо сказала Алена Василисе.
– Хочешь, я ей объясню?
– Да она маленькая еще, не поймет. Я и сама уже не понимаю, зачем нам все это.
– Поймет, пойдем.
Они вошли в детскую, Василиса поставила стул у кровати и спросила:
– Рассказать тебе сказку на ночь?
– Расскажи! Расскажи про папу!
– Хорошо, будет тебе про папу сказка.
Даша натянула на себя одеяло и приготовилась слушать. В дверях появился Дима и состроил Даше такую смешную рожу, что та хмыкнула от смеха, пряча голову под одеяло.
Сказка началась...
"Не за морями, не за реками, не за высокими горами, не за широкими степями, жил да был лес, как есть со всем звериным людом. Лес был большой, богатый. Всем там хватало и места, и еды, жили звери, как и положено зверям.
Жили себе не тужили, но вернулся в лес медведь, что за земли далекие ходил лучшей жизни искать, да как начала реветь:
– Эй ты, народ лесной, эй ты зверье немытое, грамоте не обученное, лохматое, вонючее. Теперь каждый, что есть тут, что букашка, что заяц, что лисица, что куница, что волк, а что и медведь, должен мне оборок принесть. Тут положить, голову склонить и мне служить! А иначе разорю гнезда, засыплю норы, разорву в клочья, создам зла горы!
Услышал народ звериный, что медведь от них требует. Взревел народ звериный: "Да как же так, жили мы по совести, а тут медведю какому-то поклоняться будем!". Собрался звериный люд и двинулся с медведем поговорить.
Шли звери, разозленные, разгоряченные, зайцы хвастали, как сейчас надерут медведю уши, лоси говорили, что рога давненько никого не бодали, птицы свистели, что давненько никого не клевали.
Пришла храбрая братия на поляну, где медведь себе берлогу возвел, большую, богатую. Уже набрал себе с чужих зимовников добра.
Вышли звери и стали требовать, чтобы вышел медведь, "Выходи, косолапый, покажись наглая морда честному люду".
Но медведь не торопился, из-за высокого забора наблюдал он. Тут раскрылись ворота и стая шакалов, что в далеких землях живут, кинулась с диким рычанием на толпу. Было их немного, но испугался бравый лесной народ, бросились все в рассыпную, кто направо, кто налево, кто взмыл ввысь, огласив лес испуганным чириканием, кто уполз в землю.