Колония
Шрифт:
Ничего этого я, естественно, не слышал.
С дороги открывалось много нового.
Впереди, сразу за ангаром, текла река, и на ней все же был мост — каменный, чуть выгнутый, в три арки. На последней четверти территории комплекса отдельной группой вдали стояли двухэтажные каменные дома и две локалки. Плотность застройки здесь была очень низкой, не то что на местной «золотой миле». Ближе к мосту, среди низкой зелени, уныло серели развалины крошечного форта или передового бастиона — ни стен, ни башен, их контуры лишь угадываются,
— Это приемлемо, — глядя в бинокль, заметил Кастет.
Но сначала мы отправились на Промзону, как же еще ее называть… Пока хищники отсыпаются после трудовой ночи, лучше заняться теми объектами, видимость возле которых похуже. А уж просторы по-любому осмотрим. Перенесенные на Платформу элементы промышленной культуры стояли среди нескольких рощ.
Дорога почему-то заканчивалась у тыльной стороны ангара: опять недоработка.
— Традиционное место стоянки, — хмуро сказал Гоб, поднимая с земли кусок мятого крыла некогда белого цвета.
— Не будем менять традицию.
Здесь технику и оставили, решив начать с будок и вышки, к которым пошли пешком.
Подлесок представлял собой лежащее на земле причудливое переплетение высохших и живых веток и корней, усеянных колючками. Прелая листва устилала землю там, где высоченная трава по каким-то причинам оставляла свободное место. Без хорошей обуви, надежно закрывающей щиколотки, тут делать нечего. Гоблин привычно раскидал по кустам три взрывпакета, разгоняя ползучую нечисть. Густая колючая растительность закончилась метров через десять, и мы двумя парами вышли на поляну, на которой рядами высились красивые пальмы. Кроны их свободно пропускали редкий солнечный свет, проникающий меж туч, и слабые тени от стволов тянулись по траве короткими контрастными полосами. Отсюда сталкеры, отделившись, двинулись по дуге, стараясь никому не перекрывать секторов. Мы с Ленни тоже разбрелись по сторонам.
Щелк.
— «Тунгус», в первом пусто.
Через минуту.
— В баках топлива нет, а оно было. Слили первопроходцы. Гаражик пуст, идем к крытому складу.
На вершине вышки стояли два прожектора, направленные в саванну. Кабели были заведены в генераторную.
— Дизель на месте, с виду рабочий, — сообщил я всем, закрывая ржавую дверь. — Старый, рядный, похоже, немецкий… Топлива нет, аккумулятора тоже.
— Вполне ожидаемо, — заметила Ленни. — Топлива не будет, визитеры его давно забрали. Там, в кустах, я заметила под навесом целый штабель больших банок с моторным маслом, так половина уже пустые.
— Видел… Интересно, кому понадобилось столько масла?
Щелк.
— Находка из разряда фермы, командир… Тут швеллер, двухсотка, целая связка, стянут проволокой, никто не позарился, — грустно объявил Кастет.
Да я бы позарился! Но как?!
Легкий ветерок шумел слева среди казуарин — древнейших деревьев, шишки которых похожи на сосновые. В районе форта их почему-то нет, а вот на противоположном берегу залива сколько угодно.
— Полезем, чувак?
Я, задрав голову, с сомнением посмотрел наверх. Высоченная штука, быстро на нее не вскарабкаешься, вертикальная лестница с дугообразным страховочным ограждением, три промежуточные площадки и сплошной стальной пол и борта площадки основной. Листва внизу вокруг большой и широкой опорной плиты нетронута — похоже, никто тут в последнее время не лазил. Время, время…
— Обязательно полезем, звезда моя, оглядимся, сделаем снимки местности. Но чуть позже. Ждем сталкеров — и в ангар.
С левой стороны длинного строения обнаружилась расчищенная полоса земли — странно, что здесь нет дороги. Впрочем, я уже ничему не удивляюсь, окончательно приняв версию Гоблина. Бета-версия, эксперимент на дальнем фронтире.
Подошли сталкеры.
— Извини, командир, но мы пойдем первыми, — решительно буркнул Кастет, подтягивая бронежилет. — Ленни, «тепловик». Работаем, Гоб, мне нужен мой новый «виллис». Эй! По твою душу иду, желтенький!
Щемящее чувство скрытой опасности вновь привело организм в особое, предбоевое напряжение, и присутствие рядом надежных товарищей лишь добавляло драйва. По сути, это последний остро интересующий нас схрон, все остальное можно оставлять на потом: нельзя бесконечно испытывать судьбу.
Ряд узких длинных окон для естественного освещения был прорезан на высоте человеческого роста. Антенны отсутствовали, прожекторов не видно. Слабенькая Промзона, некомплектная. Периметра вообще нет… Я прислушался, встав под самым первым окном, — не послышится ли легкий рокот маленького ямаховского генератора, спрятанного внутри, не летает ли под куполом эхо тихих разговоров? Нам же таиться смысла не было: нашумели за ночь столько, что… Ладно.
— Если внутри кто есть, отзовись, пока не поздно, кидаем гранату! — рявкнул Кастет из-за угла в сумрак ангара. — Махмуд, поджигай!
Бах! Бах! Бах! Три взрывпакета в гулком помещении рванули так, что тут не только гранаты почудятся — мины! Никто не пискнул в ответ.
— Входим.
Сталкеры тенями скользнули по сторонам, мы с Ленни тут же уставились внутрь — она с тепловизором, я с «маузером». Тихо.
И тут тишину разорвал победный рев неандертальца, добывшего мамонта:
— А-а-а-а!!! — Непонятно, как могло в легкие невысокого Кастета вместиться столько воздуха.
В углу желтел силуэт вожделенного «виллиса».
— Я же говорил, что он вещун! — крикнул Гоблин, передавая мне ПКМ. — Зачет!
Пока Лунев савраской бегал кругами вокруг джипа, я бегло оглядел остальные находки. Какие-то большие рамы с мостами и колесами, две штуки. Тракторная кабина на деревянных подпорках, остов самой машины стоял отдельно… Есть ништяк, есть.
— Заведу! — решительно сообщил до крайности возбужденный Костя. — Гоб, пошли за аккумулятором и канистрами!
— Вот еще, это в другой барак, — презрительно хмыкнул Сомов. — Мы что, лоси сибирские? На хрен таскать, просто пригоню сюда «трахому».