Компания
Шрифт:
– Нет-нет-нет, – трясет головой Фредди. – Иди сюда, Джонс, поддержи меня.
– Я хорошо тебя понимаю, Фредди, – говорит Элизабет, – но что мы можем? Выбора нет.
– Да что у вас тут такое?
Фредди сует Джонсу какую-то распечатку.
– Вот гляди. Программа Роджера, называется «хозрасчет». С этого момента мы будем платить за все. За столы, за компьютеры. Он нам счета выставляет! Делает нас персонально ответственными за отдельские расходы!
–
– Когда появится какая-нибудь работа, устроим тендер. Кто выиграет, тот и получит эту работу. И все расходы будем оплачивать сами! Как субподрядчики!
– Да, плохо дело, – признает Джонс.
Фредди ожесточенно трет лоб.
– Я всегда хотел одного: никакой материальной ответственности. Делать, что тебе говорят, и не волноваться, что следующий день может стать последним. Я что, прошу слишком многого, да?
– Что происходит? – спрашивает Холли позади Джонса.
– Холли, хоть ты меня поддержи! Правда ведь, этот хозрасчет – бред собачий?
– Да нет… почему же…
– То есть как?
– Почему бы нам не отвечать за свои расходы? Взять Лианну. Она всегда страниц десять испортит, пока не сделает нормальную копию. А один парень из поставок весь день только анекдоты рассылал по компьютеру. Почему я должна субсидировать таких, как они?
– Ах, субсидировать? С каких это пор ты заговорила по-менеджерски?
Холли молча переступает с ноги на ногу.
– О нет, – стонет Фредди.
– Я теперь спортзалом руковожу. Не знаю еще, где буду сидеть, но… вот так.
– Катастрофа, – падает на стул Фредди.
– Спасибо за поздравление, – обижается Холли. – Напомни, чтобы я порадовалась, когда сам получишь новое назначение.
– Никто тут ничего не получит, – угрюмо роняет Элизабет. – Кроме тебя.
– Да, интересно, – вскидывается Фредди, – почему это Холли попала в такой фавор? Дайте подумать…
– И почему же? – теряется Холли.
– Не потому ли, что рассказала о некоем пончике, а?
Элизабет переводит взгляд на Холли. Та вспыхивает.
– О боже, – произносит Элизабет.
– Он все равно бы узнал, – заявляет Холли. – Ты извини, Элизабет, но он узнал бы. У него сдвиг на этом.
В этот момент слышится вой сирены. Лампочка в сетке вспыхивает, пульсируя оранжевым светом. Участок дорожных работ, да и только. Джонс подскакивает.
– Какого черта?
Среди оранжевых вспышек загорается экран телевизора.
– Заработало уже, – дрожащим голосом констатирует Фредди. – Заработало.
Служащие один за другим выбираются из клетушек и, косясь друг на друга, идут к секретарю.
– Вы только гляньте на них! – с отвращением кричит Фредди. – Драться готовы из-за пакета выплат. Вы как хотите, а я в этом деле не участник. Как же насчет сплоченности? Насчет работы в команде? – Он злобно смотрит на Холли.
– Слушай, – говорит она, – знаешь, что мне Роджер сказал? Что весь этот треп про команду – сплошная брехня. Повышают не команду, а человека. Если хочешь продвинуться, наплюй на всех и подумай о себе. Сотрудники – твои конкуренты. Это все так и есть, как он говорит: в команде нет «я», но и «ты» тоже нет! – Наступает молчание. Холли бурно дышит, щеки у нее горят. – Но мне жаль, Элизабет, правда жаль.
– Может, теперь, когда узнал, он забудет об этом, – отводит взгляд та.
– Определенно. Честно, я бы не удивилась. Нет, я просто уверена, что все будет в порядке. – Голос Холли звучит гак жалобно, что Джонс тоже отворачивается.
В вестибюле у Гретель болит голова от мигания коммутатора. Ей сегодня вообще не полагалось быть на работе. Она позвонила и сказала, что плохо себя чувствует, но женщина из отдела кадров только ойкнула.
– Дорогая моя…
– Что? – сказала Гретель, но в трубке уже читали сводку дорожного движения. Гретель слушала, сидя на краю кровати в пижаме, с закрытыми глазами, на бедре – рука бой-френда.
– Я тебя соединю с другим номером, Гретель, – вернувшись, сказала женщина.
– Но… – Снова радио.
– Гретель? – послышался мужской голос, громкий и веселый до боли. – Это Джим Дэвидсон. Приболела немножко, да?
Джим – менеджер по персоналу.
– Да, Джим. Отвратительно себя чувствую.
– Мне жаль это слышать, – сказал он все тем же легким, шутливым тоном. – Очень уж некстати, понимаешь, это случилось.
Гретель стиснула трубку.
– Уверена, Ева не будет против подменить меня на денек. – Очень даже будет против, однако это ее не убьет. После ужасов понедельника, когда Гретель держали в осаде, а ее и близко не было видно, Ева это заслужила сполна.
– Да, конечно, но дело в том, что она тоже болеет. Звонила десять минут назад.