Конец империи

Андреев Николай

— Интересная теория, — улыбнулся Храбров. — Но, к сожалению, ничего не объясняющая. Хотелось бы знать, какая роль в игре отведена нам.

— О деталях поговорим завтра, — ответил оливиец. — И поверьте, ирония здесь неуместна. А сейчас отдыхайте и располагайтесь. Большой дом специально построен для вас. Я не знал точно, сколько будет гостей, и сделал двадцать комнат. Занимайте любые. Если что-нибудь вам потребуется, обращайтесь к моим ученикам.

— Но мы их еще не видели, — удивленно сказал Пол.

Аргус поднял

правую руку, и из леса вышли два молодых человека. Быстро преодолев поляну, они предстали перед путешественниками.

Одному из тасконцев было лет двадцать, другому — около семнадцати. Оба высокие, стройные, широкоплечие. Их спокойный, рассудительный взгляд и немое послушание Байлоту производили сильное впечатление.

— Это Холс, — старец указал на старшего.

Юноша сделал шаг вперед и внимательно посмотрел на чужаков. В его глазах отчетливо читалось любопытство, но тасконец не вымолвил ни слова.

— А это Дарл, — представил младшего Аргус.

Судя по внешнему сходству, ученики Байлота являлись братьями. Симпатичные молодые люди с темными волосами и смуглой кожей, карими глазами и прямым, слегка вытянутым носом.

Удивила землян одежда оливийцев. Слишком странно выглядели аккуратные рубашки с короткими рукавами и шорты темно-зеленого цвета в этой забытой Богом глуши.

На ногах юноши носили легкую, плотно облегающую ступню обувь, а не какие-нибудь грубо сплетенные сандалии.

Чем-то райский уголок, созданный старцем, напоминал Торкс и уже только поэтому вызывал подозрение.

— Помогите нашим гостям разместиться, — произнес Аргус и неторопливо направился к маленькому домику с колодцем.

До захода Сириуса оставалось совсем немного, и путники решили не терять времени напрасно.

Воржиха и аланцы занялись приготовлением ужина, а земляне двинулись к бараку.

Он оказался очень просторным и удобным. Каждая комната имела закрывающуюся дверь, деревянные нары, стол и табурет.

Не так уж много для комфорта, но воины привыкли довольствоваться и меньшим. Последние полгода наемники спали исключительно под открытым небом.

Условия, предоставленные Аргусом, показались им вполне приемлемыми.

Впрочем, бдительность путешественники не теряли и тщательно проверили все стены, потолки и пол. Тайных входов обнаружить не удалось. Тем не менее, с оружием никто не расставался. Жизнь научила солдат видеть в любом незнакомце врага.

Ученики Байлота держались в стороне и спокойно занимались своими делами. Время от времени пути землян и тасконцев пересекались, но разговора не заводили ни те, ни другие.

В конце концов, Холе и Дарл ушли спать, а путники собрались возле костра.

— Ну, что ты думаешь о сегодняшней встрече? — спросил русича Жак, когда Вацлав закончил с раздачей пищи.

— Не знаю, — пожал плечами Олесь. — Старик говорит загадками. То ли он нас проверяет, то ли сам пребывает

в неведении. Я уверен лишь в одном — во сне я видел именно его. Мы прошли длинный путь, и если не получим ответа на все вопросы, нам никто не помешает вернуться назад.

— Вряд ли, — усмехнулся Тино. — Возвращаться не придется. Вы плохо слушали Аргуса. Он — лишь посредник, человек, через которого передается ценная информация. О нашем предназначении тасконец знает лишь в общих чертах. Но рано или поздно ситуация прояснится.

— Возможно, — кивнул Дойл. — А пока что Байлот и его ученики не внушают мне доверия. Слишком они чистенькие и вежливые. Ночью надо держаться вместе и быть готовыми к любым сюрпризам.

Спорить с Мануто никто не стал. Он лишь высказал мысль, которая и так всех беспокоила.

После ужина друзья ушли в барак и начали располагаться на ночлег.

Никто из них не занял специально подготовленную комнату — люди разместились прямо в коридоре. Из столов и табуретов воины соорудили баррикаду перед входом.

Охрану несли в четыре смены по три человека. Напасть на отряд неожиданно не удалось бы никому.

Ночь прошла спокойно и тихо.

А утром на бренную землю обрушился сильнейший ливень. На поляне тотчас образовались огромные лужи.

Животные спрятались под навесом, а насквозь промокшие Холс и Дарл отнесли им заранее приготовленный корм.

Когда тасконцы возвращались в дом, их окликнул Стюарт.

— Эй! Ребята, когда мы снова встретимся со стариком? — поинтересовался шотландец.

— Учитель обещал подойти к вечеру, — спокойно ответил старший. — Но вам некуда спешить. Начался сезон дождей. Теперь они прекратятся лишь декад через семь-восемь. Передвигаться по джунглям сейчас совершенно невозможно.

— Дожди всегда начинаются в это время? — вставил самурай.

— Да, — проговорил Холе. — Но в нынешнем году ливень запоздал дней на пятнадцать.

Земляне переглянулись. Еще одно странное совпадение, объяснение которому трудно найти.

Казалось, даже природа выполняет намеченный кем-то план. И в центре событий неизменно оказывается отряд путешественников.

Воины поневоле стали пленниками маленького-хутора не меньше, чем на два месяца.

Весь день группа бездельничала. Кто-то отсыпался, кто-то лениво чистил оружие, кто-то пересчитывал патроны и перезаряжал магазины.

Обсуждать было нечего, а потому разговоры долго не длились. Люди предпочитали размышлять о чем-то своем.

Время от времени путешественники пытались выбраться наружу, но тотчас поспешно возвращались. Дождь лил как из ведра, и одежда промокала в одно мгновение.

К счастью, строители предусмотрели местные погодные условия. В угловой комнате находилась добротно сделанная печь с дымоходом и несколько глиняных горшков, потому проблем с приготовлением пищи не возникало.