Контрабанда
Шрифт:
– Ага… – протянул Владимир Иванович и даже откинулся на спинку. – Какое неожиданное заявление. Что же нам о нем думать, как ты считаешь?
– Он очень умный…
– С этим не спорю.
– Добрый…
– Ого!
– И он хочет мне помочь!
– Слышишь, Зин? – усмехнувшись, воскликнул Чигур. – Вот что называется «как следует промыть мозги населению»!
Гильза сердито смотрел на регистратора и пыхтел, не зная, что сказать в подтверждение собственных слов.
Зина поставила на стол чашки с дымящимся ароматным чаем и тарелку с пирожными и пирожками.
– Наш дорогой инквизитор, конечно, может при желании излучать обаяние. Даже в промышленных масштабах, если потребуется. Но пойми: он из другого мира, в котором цена такому обаянию – ноль без палочки. Таких простачков, как ты, он вообще щелкает как орешки.
– Это все здесь ко мне относитесь так, – запальчиво заявил Гильза, – а вот он не считает меня таким уж простачком…
Не успев развить мысль, он недоуменно замолчал: Чигур зашелся в неудержимом хохоте. Зина сдержанно улыбалась и качала головой. Присев рядом, она отщипывала от пирожка с яблоком аппетитные кусочки.
Гильза надул губы. Он и сам понимал, что малость загнул по поводу своих умственных способностей, но смех Чигура был довольно обидным.
– Да уж… – вытирая слезы, пробормотал регистратор. – Вижу, что беседа с тобой прошла не зря.
Курьер на это лишь пожал плечами.
– А теперь давай без дураков, – резко посерьезнев, сказал Владимир Иванович. – Дело касается не тебя одного. И не меня даже. Речь идет о «Линии» в целом. Более того – лично о Хоросе.
– Он сказал, что очень хорошо относится к Хоросу.
– Да, да… – нетерпеливо оборвал его Чигур. – А что еще он мог сказать? Ладно, я вижу, ты говорить не хочешь. Я понимаю – старый лис умеет вертеть неопытными душами, как ему угодно. Давай тогда я буду задавать тебе вопросы, а ты лишь отвечай – «да» или «нет». Договорились?
С кислой миной Гильза снова пожал плечами.
Чигур звонко хлопнул в ладоши:
– Итак, вопрос первый: он спрашивал, почему тебе покровительствует Хорос?
– Как это понимать – покро-витель-ствует? – возмутился Гильза.
– Так «да» или «нет»?
– Нет.
– Спрашивал, – хмыкнул Чигур. – Выяснял, чем ты тут занимаешься?
– Да…
– И без тебя знаю, что да. Он поручил тебе какое-то важное дело?
– С чего вы взяли?
– Значит, поручил… – Чигур нахмурился и посмотрел курьеру прямо в глаза. – Слушай, парень, хватит изображать из себя шпиона на допросе – хреновый из тебя Штирлиц. Давай-ка, выкладывай все, как есть. И поживее: у нас времени мало!
Тут Гильза понял, что шутки и вправду кончились и что Чигур не хуже инквизитора чует ложь. В конце концов, его дело маленькое. Не ему состязаться с этими титанами.
Он вздохнул и принялся бубнить, скупо, но довольно близко к тексту пересказывая ход исторической беседы. Под конец он виновато развел руками:
– Я вот только никак не пойму, почему он именно мне поручил это дело? Вы бы куда лучше справились. С чего это мне такая честь?
Некоторое время Чигур молчал, крутя ложечкой в опустевшей чашке.
– Никакая это не честь, дурачок. Неужели ты так и не понял?
– А что я должен был понять?
– М-да, и почему я не удивлен? Да ведь он просто надеется, что ты провалишь порученное тебе дело! Более того – просто уверен в этом!
– Но зачем?.. Разве он не хочет найти этих негодяев?
– О, господи… Куда больше он хочет насолить Хоросу! А тут подворачиваешься ты – его наивный ставленник!
– Ставленник?
– Ну, это ведь Хорос привел тебя в «Линию»?
– Да…
– Вот и получится: ты провалишь дело…
– Почему обязательно провалю?
– Ты провалишь дело – поверь мне и моему опыту. Провалишь с треском, а отец Пемброук преподнесет это как некомпетентность Хороса в подборе персонала и неспособность его Ордена защитить Землю. Ну а дальше… Даже думать об этом не хочется.
– Что же делать? – растерянно спросил Гильза.
– Хороший вопрос, – спокойно сказал Чигур. – Для начала – съесть по пирожку. Зина, без тебя мы бы просто умерли с голоду. Ты у нас умница!
– Спасибо! – зарделась Зина.
Чигур ел пирожок и думал. Гильза терпеливо ждал, пока в животе у него не заурчало протяжно и тоскливо. Тогда он тоже решил что-нибудь пожевать – и быстро увлекся. Когда Владимир Иванович заговорил снова, курьер сидел с набитым ртом, с куском торта в одной руке и с кружкой – в другой. Зина наблюдала за ним с поистине материнской улыбкой.
– Ты ведь, надеюсь, не думаешь, что я все так и оставлю? Что позволю тебе бродить где-то в одиночку и усугублять наше и без того тяжелое положение? Что буду сидеть и угадывать: когда же это надо будет все бросать – и ехать спасать нашего предприимчивого курьера?
– Не, я так не думаю, – продолжая жевать, с трудом выдавил Гильза.
– Правильно ты «не думаешь». Хуже всего то, что и отказаться тебе нельзя, хотя это было бы лучшим выходом… Конечно, я лично не смогу тебе помочь: время спасать сам Орден. Как сотрудник «Линии» я должен сейчас, с одной стороны, находиться в поле зрения инквизитора, а с другой – не спускать с него глаз, чтобы он не устроил нам какую-нибудь пакость. Я бы дал тебе в помощники Андрея Вершинина. Он, как и ты, молод, горяч, способен. Но сейчас ему придется затыкать дыры в моей собственной работе. Но, думаю, я найду тебе опытного помощника и вне офиса.
Чигур задумался, с сомнением покачал головой, поцокал языком, словно сам не слишком-то верил в собственные слова.
– М-да… Конечно, он не вполне усерден, слишком эгоистичен, довольно сварлив, слишком ценит денежки и не очень-то любит работать. Между нами говоря, весьма нечист на руку и по нему самому давно уже плачут места не столь отдаленные… Кстати, вы, кажется, уже успели с ним познакомиться.
– Да? – удивился Гильза.
– Точно, – заверил Чигур. – Правда, вместо дружеского рукопожатия ты, мой неутомимый друг, гм… треснул его по башке.