КОТализатор
Шрифт:
Толстяк его поддержал:
— Между вами продолжают возникать военные противостояния, они наносят существенный вред вашему развитию, и хотя это, конечно, не наше дело, но когда создалась угроза того, что созданная нами техника может быть вовлечена в ваши столкновения, мы вынуждены были вмешаться. Даже незначительные противные разуму военные конфликты всегда рискованы тем, что могут выйти из-под контроля и даже распространиться за пределы миров, в которых они возникли.
— У меня к вам один любопытный вопрос, — Картер отпил глоток из стакана с минеральной, — когда вы, ребята, покидали Контисуйю,
Коротышка сумел решить трудную задачу передачи чувства смущения телепатическим путем:
— По правде говоря, старик, мы просто забыли о ней. Картер заморгал:
— То есть как?.. Просто забыли?
— Боюсь, что именно так. Мы, как вид, временами бываем немного рассеянными и можем что-то просмотреть, затерять в банках данных, ну, ты сам знаешь, как это бывает.
— Но потерять столько!
— Если передатчик материи долго не используется, а данные о его местонахождении теряются, и ко всему прочему оказывается много других важных дел, то, сам понимаешь, все может случиться. Галактика велика. По правде говоря, мы потеряли следы двенадцати, или около того, миров, не только забыли о Контисуйи. Немного обескураживает, не так ли?
— М-да, для суперрасы вы, действительно, слегка безалаберны!
— Мы и не претендуем на то, чтобы быть совершенны ми, старик! Высокие технологии никого не делают богом. У нашего старого друга мистера Доджсона было несколько интересных мыслей по этому поводу.
Кто-то постучал в дверь. Картер подождал, пока бужумы застынут в неподвижности, и открыл дверь. Вошли Игорь и Эшвуд с плоскими коробками в руках.
— Ты не поверишь, — сказал Игорь, поставив свой груз на столик, — перуанские рыбные промыслы до того опустошены, что даже в туристическом центре города Наска не найти баночку анчоусов!
— А это тогда что? — Картер указал на коробки. Эшвуд вытерла пот со лба:
— Что нам оставалось? Мы купили пиццу с анчоусами. Наши друзья выберут анчоусы, а мы съедим остальное. Думаю, четырех больших коробок им хватит.
Забавно было наблюдать, как бужумы собирали крохотные кусочки рыбешек с пиццы, аккуратно очищали их от сыра и помидоров и проворно засовывали под себя. Люди поглощали пикантные остатки, проигнорированные бужумами, а те анчоусы, что случайно падали на пол, с благодарностью подбирали два проголодавшихся представителя семейства кошачих.
Картер один умудрился проглотить содержимое двух коробок. Конечно, это была не заказная пицца из ресторана Спаго, но несмотря на ее несколько необычные ингредиенты, он ел с большим удовольствием: пицца есть пицца.
— Неплохо! — отметил он, облизывая пальцы.
— Рада, что тебе понравилось, — Эшвуд посмотрела на него с. хитрецой.
— Правда, я не совсем понял, из чего она приготовлена.
— Помимо тропических фруктов, которых тут в изобилии, там было и мясо, — сказала Эшвуд.
— Свинина? — Картеру не понравилось, как она ухмыльнулась.
— Свинина, да не совсем! Видишь ли, по словам Игоря, сиу — традиционная индейская пища, пользующаяся популярностью в этой части света. Морская свинка!
Картер выпрямился.
— Ты имеешь в виду этих, маленьких, мохнатых… похожих
— … животных, — продолжала Эшвуд, — которые в США продаются в магазинах природы. Здесь их называют conejo de los indias, кроликами индейцев, и в Перу из их мяса готовят множество блюд. Подают его в виде фарша, как в этой пицце, или нарубленным на мелкие кусочки, вареным или жареным, но могут подать зверька и целиком…
Оказавшись в ванной комнате, Картер уже мало что слышал из того, что добавила Эшвуд, он был поглощен бурной реакцией своего организма.
Игорь упрекнул Эшвуд, уверив, что тоже мог бы сделать так, что ее саму вытошнило бы, расскажи он ей о тех блюдах, что ему доводилось есть в сельве.
— Меня такими россказнями не проймешь! — угроза не произвела на нее впечатления. — Я из Техаса!
Они наняли небольшой грузовичок, чтобы бужумы могли разместиться в кузове. Выглядели они там как небольшие деревца, и, когда они выезжали, их вид не привлек внимание жителей города.
Им пришлось сделать большой крюк, чтобы добраться до горного склона, где находилась пещера. На закате они покинули грузовик и отправились далее пешком, намереваясь сверху спуститься к входу в пещеру.
— Возможно, у входа поставлен часовой, — сказала Эшвуд.
— А что мы предпримем, когда доберемся до места? — не терпелось узнать Игорю.
Коротышка сжимал в своих щупальцах некое устройство:
— Тебя эта проблема не должна волновать. Мои коллеги и я сделаем все сами и, надеюсь, избежим кровопролития. Даже если контисуйцы приняли меры предосторожности, вряд ли они могут предположить, что навестить их задумают Те-Которые-Были-До-Них. Они изучили нашу технику и умеют ей пользоваться, но они не имеют ни малейшего представления, как мы выглядим, ведь мы не оставили на Контисуйе своих изображений, посчитав это неразумным тщеславием.
— Видите ли, — добавил Длинный, — мы еще и застенчивы.
— Вы сумеете справиться с контисуйцами, не причинив никому вред? — Эшвуд перешагнула через преграждавшую путь корягу.
— Если не сумеем, падем в собственных глазах как представители высшей из известных форм разума и как хранители ценностей великой цивилизации, — заявил Толстяк.
Картер ускорил шаг и догнал Игоря:
— Как ты думаешь, сумеют они справиться с контисуйцами?
— Понятия не имею! Что мы о них знаем, кроме того, что они вежливы, застенчивы, иногда забывчивы и очень умны? Мы не знаем даже, таковы ли их истинные намерения, как они говорят. Картер нахмурился:
— Ты допускаешь, они лгут?
Игорь повернул к нему свое, как обычно, невозмутимое лицо:
— Трудно сказать. Когда бродишь всю жизнь по сельве, где люди также, как и животные, мастера прикидываться и обманывать, невольно все ставишь под сомнение. Но нам ничего другого не остается, как довериться им, потому что мы знаем достоверно, что затевают контисуйцы.
Он поднял ветку, давая Картеру пройти.
Пещеры подземной базы опостылели часовому также быстро, как надоели ему и товарищи. Он с удовольствием шел на ночной пост, который позволял вырваться из отчаянной скуки дней. Стоя на посту у входа в пещеру, он мог насладиться свежим ночным воздухом и полюбоваться на ландшафты родины своих предков.