Крамаджен
Шрифт:
Их маленькая процессия поднялась по ступеням и вошла внутрь храма, миновав огромных стражей. Здесь их встречал один из помощников Матриарха — сухощавый, красивый иругами с символикой Кэрэ-Орены на набедренной повязке поклонился Мит-Ану.
«Старший Жрец», подумал Ман-Рур, глядя на встречающего. Они и остальные иругами поклонились в ответ; Мит-Ану ответила лишь приветствующим жестом поднятой руки.
— Великая Матриарх Ру-Са ждет тебя, Старшая, — сказал Старший Жрец, отступая чуть в сторону и делая приглашающий жест.
Он повел гостей Матриарха вглубь этого грандиозного сооружения, и Ман-Рур озирался с неподдельным интересом. Убранство храма мало чем отличалось от внутренних покоев жилища Мит-Ану, но здесь было значительно богаче. Форма и количество газовых светильников; замершие
Старший Жрец, ведущий их, приблизился к широкому полотнищу-шторе, на которой темно-синей краской был нарисован уже знакомый Ман-Руру символ — устрашающее око, в обрамлении многочисленных завитушек. Лишь взглянув на него он понял, что они пришли на место, и молодой жрец уловил уже знакомый запах, исходящий от полотна. Да, это был запах крови иругами, и символ бы написан именно ей.
Старший Жрец приподнял тяжелый край шторы, и Мит-Ану и ее сопровождение вошли в тронный зал.
Трон был большим — не таким огромным, каким его себе представлял Ман-Рур, но достаточно огромным. Вытесанный из цельного камня, он располагался напротив входа, занимая своими размерами почти всю противоположную стену. Взгляд входящего сюда неизменно падал только на трон — широкий и высокий — и на того, кто занимал его. Зал ярко освещался многочисленными светильниками, источающими и приятное тепло. Свежий воздух лился откуда-то сверху. Ман-Рур сейчас не рискнул поднимать голову или даже взгляд но он был уверен что там высоко, под самым потолком есть небольшие узкие окна, через которые внутрь поступает свежий ночной воздух.
Матриарх была стара, но до сих пор смотрелась великолепно, как если бы она являлась частью трона, дополняя его своей грациозной и статной фигурой. Ее лицо было иссохшим, но по-прежнему сохранило часть былой красоты — должно быть, в свою молодость Ру-Са была настоящей красавицей. Ее кожа быта очень темной и гладкой, а рог был чернее ночи, свидетельствуя о немалом возрасте Матриарха. На ее голове покоился высокий и с виду тяжелый головной убор, увеличивающий рост Ру-Са едва ли не на полметра. На Матриархе была лишь скромная темно-коричневая туника из кожи ящера кригашу, и о ее высоком статусе помимо ее чудовищной «короны» свидетельствовали многочисленные золотые перстни на пальцах и изящные подковы на ее копытцах, сработанные из сверкающего на свету драгоценного металла.
Перед троном, чуть в отдалении, на подушках расположились с дюжину молодых и не очень мужчин-иругами, фаворитов Матриарха и еще двух женщин, так же явно принадлежащих сословию Старших Жриц. Женщины расположились на более удобных и пышных подушках, прямо на ступенях трона.
Помимо иругами здесь присутствовало одно необычное существо. Ман-Рур так и не понял, что это такое, так как спустя мгновение он опустил голову чтобы выразить свое почтение и подобострастие присутствующим женщинам, но за краткий миг успел разглядеть хрупкий женский силуэт, нечто, похожее на статую из темно-серого полупрозрачного стекла. Создание парило над полом на высоте в десяток сантиметров, слегка покачиваясь, хотя четыре прозрачных крыла, налитых мистическим сиянием за спиной этого создания не шевелились. Рядом скучала еще одна женщина, поигрывающая длинным и острым кинжалом.
Мит-Ану поклонилась, и Ман-Рур и остальные иругами из сопровождения Исполняющей Волю поспешно преклонили колени перед Матриархом и Старшими Жрицами.
— А, Мит-Ану, — сказала Ру-Са. — Войди. Пусть твои мужчины так же займут свои места.
У Матриарха был низкий грудной голос, и, судя по интонации, она пребывала в хорошем расположении духа. Это не могло не радовать Ман-Рура. Он и
Помимо присутствующих, здесь были и телохранители Матриарха. Высокие статные воины замерли по углам этого большого, но на удивление пустого зала. Ман-Рур подумал о том, что даже покои Мит-Ану выглядят куда богаче, чем это место; впрочем, он решил не судить по первому взгляду. Ру-Са была одной из тех, кому был к лицу подобный аскетизм. Судя по ее же уверенному виду ей не требовалось выставлять напоказ свое богатство, которое, без всяких сомнений, было немалым.
Ман-Рур посмотрел на парящее над полом четырехкрылое существо, разглядывая его более внимательно. Эта форма жизни была знакома ему.
«Венджим», не сразу догадался он. Ну конечно же, раса Серых, Кукол, которых создал Великий Наблюдатель, скрывающийся в огромной башне, растущей из глубин западного океана. Иругами были давно знакомы с этой расой, хотя до сих пор не установили с ними никаких прочных дипломатических контактов. Насколько знал Ман-Рур, иругами никогда не воевали с венджимами, и им нечего было делить в этом мире. Серое королевство было далеко на северо-западе Энкарамина, жить там иругами было бы крайне трудно ввиду совершенно чуждого климата. Сами же венджимы не придерживались агрессивных действий по отношению к кому-либо. На протяжении тысячелетий эти загадочные существа жили в своем закрытом от чужаков королевстве, почти не высовываясь за его пределы. Их не интересовала ни война, ни богатства, ни религия, ни торговля. Некоторые полагали, что они были созданы искусственно, но при этом так, как если бы их создателю наскучило возиться с ними, и он забросил их со всем Серым королевством. Эта версия была самой распространенной. Каждый знал, что Серые — дети Наблюдателя, от которых он отвернулся, словно бы разочаровавшись в них. Впрочем, даже такое отношение своего создателя ничуть не мешало расе венджимов самостоятельно и стабильно существовать на протяжении огромного периода времени.
Ман-Рур слышал и другое. Например, что венджимы — это призраки, заключенные в хрупкие мертвые оболочки. Именно из-за этих слухов Серые завоевали неприязнь у иругами, для которых само существование подобных созданий могло сойти за нечто противоестественное. Однако, не смотря на подобные взгляды воевать с ними никто не осмеливался не только потому, что территории, заселенные венджимами не годились для проживания иругами в основном по климатическим условиям. Все боялись, что война против этих существ обернется гневом со стороны Наблюдателя, который хотя и забросил своих детищ, мог ревностно отнестись к подобному посягательству на «плоды» своего труда. Нападение на Серое королевство могло закончиться полным уничтожением агрессора. Иругами на протяжении тысячелетий поступали мудро, соблюдая негласный нейтралитет и по возможности стараясь избегать любых контактов с этой экзотической расой.
Мит-Ану расстегнула и сдернула с плеч свою накидку, бросив ее своему эскорту. Ман-Рур напрягся и подобрался, но одеяние Старшей Жрицы поспешно подхватил другой иругами, Лан-Кир.
Мит-Ану, оставшаяся в набедренной повязке и короткой полоске тонкой светлой ткани поперек груди, грациозно потянулась и посмотрела на венджима. Нахмурившись, она прошла вперед, миновав устроившихся на подушках мужчин и выйдя к трону Матриарха.
Ман-Рур и остальные из свиты Старшей Жрицы поспешили выполнить полу-просьбу полу-приказ Ру-Са и занять пустующие подушки, разбросанные по полу. Ман-Рур поудобней уселся, вытягивая шею и разглядывая собравшихся у трона женщин. Здесь мужчинам отведена исключительно роль молчаливых зрителей.
— Мое почтение, Великая Матриарх, — с холодной учтивостью сказала Мит-Ану, вновь пристально рассматривая венджима и хмурясь. — Что это такое? Что это делает здесь?
— Четыре дня назад мои воины задержали эту тварь на границе с Грифтом, — сказала Ру-Са. — Собственно, это и есть та причина, по которой я пригласила сюда тебя и еще нескольких почтенных Старших Жриц. Тех, кому я всецело доверяю, — добавила Матриарх.
— Я польщена, Великая, — Мит-Ану коротко поклонилась.
— Тебе раньше приходилось иметь дело с венджимами? — спросила Матриарх.