Кредо содержанки
Шрифт:
– А ты знаешь, подруга, что мы живем один раз?
Задав вопрос, достойный если и не принца Гамлета, то Офелии, Дуська плюхнулась на низкий диванчик, и ее волосы волной взметнулись над хрупкими плечами. Диванчики в клубе явно заказывали с тайным расчетом; человек, усевшийся на один из них, непременно проваливался в мягкие подушки. Нет, не слишком, не настолько, чтобы появилось желание встать, выпрямиться. Напротив: если садился мужчина, то ему непременно сразу же хотелось откинуться на подушках, расслабиться, заказать еще коктейль.
«Только бы не начали клеиться, – вздохнула она. – Черт меня дернул согласиться на Дуськино требование развеяться в клубе». Ну что хорошего? От сигаретного дыма не спасают даже сверхмощные вытяжки, музыка гремит, народу полно, таблетки какие-то уже два раза предлагали.
Дуська тем временем цапнула со столика бокал, украшенный зонтиком, ягодками, еще какой-то мишурой, и некоторое время с сосредоточенным видом тянула из трубочки сладкую, но, к сожалению, порядком алкогольную жидкость.
Оторвавшись от коктейля, она взглянула на подругу, и Рина сразу заметила, что глаза у Дуськи фокусируются с некоторым трудом. Тем не менее философия продолжала бороться с опьянением, и Дуська значительно повторила:
– Живем один раз, понимаешь? Единожды… Одноразовое такое бытие нам выделено.
– Я в курсе, – кивнула Рина.
– И что отсюда следует?
– Что? – Краем глаза Рина отметила копошение за соседним столиком. Похоже, мужчины выбрали стратегию знакомства и теперь собирают себя с уютных диванчиков.
– А то! – Дуська со стуком опустила бокал на стол. Маленький бумажный зонтик испуганно подпрыгнул и перевалился через край, приземлившись на полированную поверхность. – Надо помнить о краткосрочности своего бытия и постараться получить от него максимум удовольствия. Иначе потом, в старости, и вспомнить будет нечего. Не успеешь оглянуться – а тебе уже сорок и все в прошлом.
Рина сумела удержать невозмутимое и даже приятное выражение лица. Вот зараза, Дуська! Выпила два коктейля – и все, готова. Не понимает, что несет. «Впрочем, она, наверное, просто никогда не задумывалась о том, сколько мне лет, – оправдывая Дуську, подумала Рина. – Выгляжу я вполне, и такой подход можно рассматривать не как эгоизм, а как своего рода комплимент. Да, так и стану к этому относиться. Тем более что выбора-то все равно нет. Не обижаться же на пьяную девчонку».
Так уж получилось, что в их сдружившемся трио она оказалась самой старшей. Кира моложе ее года на четыре – это не критично. А вот Дуська по возрасту ближе к ее дочке Машке. И потому Рине, которая нехотя, но помнила, что по паспорту ей тридцать шесть, цифра сорок виделась гораздо отчетливее, чем Дуське. Это было не абстрактное время, а вполне реальный возраст, и к нему следовало быть готовой,
– Надо жить в свое удовольствие! – вещала меж тем Дуська. – Делать только то, что хочется.
– Девушки, позвольте пригласить вас на танцпол? Или сперва заказать что-нибудь?
Дуська, прерванная непрошеным вмешательством, растерянно хлопала глазами, а Рина разглядывала возникших у столика мужчин, придав лицу высокомерно-холодное выражение.
Восточный тип, круглые щеки, дорогие рубашки, ботинки ручной работы и огромных размеров – по моде этого сезона – хронометры на запястьях. И еще золотые печатки. Фу. Да и не мужчины это, а так, мальчишки, до тридцати и то не дотянули. Просаживают папины денежки, не иначе.
Выдержав долгую паузу, достаточную, чтобы под ее взглядом мужчинам стало некомфортно, она заявила:
– Простите, но нам с подругой вполне хватает общества друг друга. – И, обращаясь к Дуське, добавила капризно: – Я же тебя предупреждала, что нужно было идти в «Красную Шапочку». Там все свои… или в «Тамару»…
Молодые люди торопливо откланялись и отвалили, досадливо морщась и обмениваясь мнениями о том, что лесбиянки хороши только в порнофильмах, а в жизни столько красивых женщин из-за этой дури пропадает, что вай, просто обидно!
Дуська, которая сейчас была в состоянии думать только одну мысль, на помеху практически не среагировала и, как только Рина опять повернулась к ней, продолжила свою речь:
– Надо всегда делать только то, что хочется! И тогда жизнь станет удивительна и полна смысла.
– Насчет смысла не знаю, но что удивительна, так это точно, – пробурчала Рина.
– Вот ты сейчас чего хочешь? – не унималась подруга.
«Ага, так я тебе и сказала», – подумала Рина, красноречиво пожимая плечами.
Дуська повздыхала и принялась жаловаться на быстро проходящую молодость, неустроенность и одиночество. Рина кивала, потягивая из бокала кампари с грейпфрутовым соком, и думала о своем. Ей было немного жалко сидящую напротив подружку. Дуська молода, она влюбилась и теперь отчаянно пытается убедить саму себя в том, что готова на какой-то шаг. Возможно, смелый и необдуманный.
– Он предложил тебе выйти за него замуж? – спросила Рина.
– Нет, – выпалила Дуська. – Но он выслал приглашение и пишет каждый день…
Рина кивнула. Похоже, Андрис хоть чему-то учится. Но представить, что у них со взбалмошной и артистичной Дуськой получится прочный союз… Мысленно она покачала головой. Фантазии на такое не хватает.
Рина оглядела клуб. Они сидели на балкончике, здесь можно разговаривать и музыка не так бьет по ушам. Внизу в такт модным ритмам подпрыгивает толпа. На головы и плечи танцующих снежинками падают пятнышки света от крутящихся стробоскопов. По периметру зала идет подиум. На нем крутятся скудно одетые танцовщицы. Еще не стриптиз, но весьма близко. Бит музыки отзывался внутри, и если уж отвечать на вопрос Дуськи «чего тебе хочется именно сейчас, сию минуту», можно было честно ответить, что хочется мужика. Атмосфера клуба не оставила Рину равнодушной.