Кредо содержанки
Шрифт:
– А я что сделаю? Народ идет и идет, и как назло хозяйка уже два раза звонила: проверяет, на месте ли я. Сейчас время такое – предпраздничное, люди пошли за подарками. Не могу я уйти, она уж и так грозилась уволить за те шарики…
– Какие шарики?
– Разбитые… Не важно. Слушай, ну придумай что-нибудь, а? Займи его чем-нибудь. А на завтра я договорилась – выйдет другая девочка, а я буду их развлекать… Да-да, я вас слушаю. Вот эту куклу?
Рина поняла, что Дуська занялась клиентами, и отключилась. Подумала было о Кире, но немыслимо просить ее развлекать
– Отправь их культурно просвещаться.
– Куда?
– В кино.
– Что они, в Голландии кино не видели? Да еще на русском.
– В цирк.
– Билеты на сегодня я где возьму?
– Тогда управляйся сама. – И Кира повесила трубку. Так ничего и не придумав, Рина взяла Эмму за ручку и отправилась обратно в зал. Они перешли к десерту, и Рина делала вид, что никуда не торопится, но состояние ее все больше приближалось к панике. Ну что же делать? Нельзя ведь так просто отправить их вдвоем гулять по городу? Там сейчас красиво – уже везде повесили новогодние украшения и вечером город так и переливается огнями. Елки стоят, и все украшены по-разному. Но ведь нужно знать, куда идти и что смотреть. Забредут, не дай бог, в какой-нибудь переулок темный…
Андрис принялся с энтузиазмом излагать план пристройки, которую он решил сделать к дому, но Рина слушала невнимательно, время от времени поглядывая на часы и набираясь мужества сказать, что ей нужно – правда очень нужно – на работу. Звякнул мобильник. Деловой и ровный голос Киры произнес:
– Тебе в офис курьер везет два билета в Цирк на Юго-Западе на сегодняшнее пятичасовое представление. Отправляй своих голландцев и быстро на работу – там еще два заказа должны были прийти.
– Кирочка, спасибо тебе!
– Рина!
– А? – Рина обернулась, торопливо отвела с глаз прядь волос и уставилась на Киру. Подруга стояла в дверях, и по застывшему лицу и сжатым губам можно было с легкостью определить, что она весьма сильно не в духе. «Вот черт, – с досадой думала Рина, – где же мы напортачили? Отель недоволен? Суд? Какой-нибудь бизнес-центр решил, что у соседей елка круче?»
– Что случилось? – спросила она, отворачиваясь обратно к рабочему столу. Она быстро и ловко собирала корзину. В качестве убранства фигурировали еловые ветки и цветы. Это будет образец, с которого потом девочки наделают много копий, и они разлетятся в салоны и офисы, наполнятся фруктами, конфетами или подарками. Работа не ждет, и она может выслушать претензии Киры, не прерывая производственного процесса.
– Где мне купить вечернее платье?
Рина уронила секатор и во все глаза уставилась на подругу.
– У тебя мало платьев? Или потеря памяти?
– Мне нужно шикарное платье. И стильное. В ЦУМе все бутики обошла – посмотреть не на что.
– Ого, а повод какой? На елку в Кремль? – Рина нашарила инструмент среди веток и стеблей и ухватила его поудобнее.
– Нет, на вечер в Канны. Артистический бомонд.
Секатор опять выскользнул из дрогнувших пальцев и глухо звякнул
– И когда вечер?
– Через три дня.
– Это важно?
Кира кивнула. Теперь Рина видела, что ее леди-босс вовсе не сердита, а просто очень нервничает. Ну что с ней сделаешь – такой закрытый человек; все буквально клещами тянуть приходится. Вот Дуська уже давно все бы выболтала, и поплакала бы уже, и полегчало бы ей. А Кира стоит: натянута как струна, но вот поди ж ты, ничего не скажет.
Она вздохнула.
– Я думаю, тебе нужно сегодня же лететь в Париж или Милан. Лучше даже в Милан. Там можно найти что-то интересное и стильное. И знаешь… Я дам тебе колье. Второго такого не будет. И возможно, тебе легче будет подобрать платье, если будет нечто, изюминка, понимаешь?
– Спасибо! – Кира улыбнулась, но глаза ее оставались тревожными, и Рина вдруг поняла, что никогда еще не видела подругу такой. На какой-то момент показалось, что она видит неуверенность и тревогу и даже муку душевную. Но тут же Кира подобралась, выпрямила плечи и упрямо выпятила подбородок. И все же Рина была почти уверена, что угадала – подруга влюбилась. Вот это да!
– Не мешай мне, я побыстрее закончу и съезжу с тобой в банк, – сказала она.
– Зачем?
– Там колье. Боязно держать дома.
Кира испарилась. Она пила кофе в кабинете, и только огромная сила воли не позволила ей пошвырять посуду в аккуратно покрашенные стены и силком вытащить Рину из ее мастерской. Но вот подруга показалась на пороге, набросила полушубок и, подхватив сумочку, объявила, что готова.
Дамы довольно быстро добрались до банка, прошли все процедуры по входу в хранилище, и вот уже Рина защелкнула колье на шее Киры. Та закрутила головой в поисках зеркала, но в банковском хранилище смотреться можно было только в металлическую дверь, поэтому она провела пальцами по неровным поверхностям жемчужин и спросила:
– Настоящие?
– Да. И бриллианты настоящие. Самое то для Канн.
Кира порывисто поцеловала щеку Рины сухими губами и поспешила к двери.
– Рина-а!
– Дуська? Что случилось?
– Ничего. Просто я реву.
– Почему?
– Мне так плохо… Андрис уехал.
– О господи! Ну нельзя же так раскисать!
– Ага, тебе хорошо говорить: у тебя Машка есть и друг есть, а у меня никого и ничего. Сижу тут дома одна-а!
– Куда ты дела Алексея Ивановича?
Дуська фыркнула:
– Папа уехал к боевым друзьям встречать Новый год. Ты не поверишь – у них съезд рыцарей плаща и кинжала. Мне порой кажется, что они просто впали в детство: шлют друг другу шифровки. Кто не расшифровал, на съезд не попадает. Над последним посланием мой папуля три дня сидел, не пил, не ел, замучил соседа-программиста. Но в результате все прочел как надо и еле-еле, но успел на поезд. Вернется через неделю.
Дуська ныла и жаловалась до тех пор, пока Рина не согласилась составить ей компанию, и они отправились в ночной клуб.