Кремлевский сыщик
Шрифт:
– Это все? – Краснов посмотрел на Ирину. – Или еще что-то выудили у своей знакомой, специализирующейся на светских сплетнях?
– Нет, не все. Ольга рассказала, что заказ на размещение статьи в одном из журналов холдинга ее мужа пришел от московской пиар-компании, которая обслуживает в России медийные интересы семейства Полянских. В том числе и Игоря Полянского. Они перепечатали нарезку материалов... довольно хвалебных, как она говорит, статей из французского и британского изданий схожего профиля о Дмитрии Мельникове, сыне российского финансового магната. И, я так полагаю,
– Ну, хорошо. Допустим, кто-то из знакомых, или друзей, или родственников решил сделать Мельникову столь неординарный подарок. Проплатил, скажем так, серию статей о нем в европейских и российских изданиях. Но почему в этой схеме возник Хохлов?
– Вот это самое интересное, – сказала Ирина. – И самое подозрительное.
– Расшифруйте!
– Дело в том, что Вадим Хохлов однажды уже сильно погорел на этом поприще. Вы в курсе, по какой статье ему было предъявлено обвинение?
– Я пока не читал его досье. По какой статье он получил «условное»?
– Статья сто двадцать девять, часть третья.
– За клевету? – Брови Краснова поползли вверх. – Вот как? Он кого-то шантажировал? Собирал компромат? Пытался срубить денег на ком-то из ВИП-персон? Угрожал кому-то разоблачениями?
– Да, именно этим он зарабатывал себе на жизнь, – сказала Ирина. – Погорел на сенаторе... – она назвала фамилию известного человека. – У того миллиардный фармацевтический бизнес.
– Я кое-что слышал об этом человеке. Серьезная фигура. И чем закончилось дело?
– Хохлов получил три года условно, был избит и вышвырнут из собственной квартиры. Потерял все: жилье, репутацию, всякие жизненные перспективы. Последние два года перебивался случайными заработками, писал статейки в желтую прессу под псевдонимами. Проживал в съемной квартире в Тушино. Превратился в изгоя, в нерукопожатную личность...
– И так продолжалось это его прозябание, пока ему не позвонил Игорь Полянский? И не пригласил посетить одно крутое закрытое мероприятие? – Краснов задумчиво потер переносицу. – Вы правы, все это выглядит странно. И даже подозрительно!.. А про девушку что-нибудь удалось уже узнать? Про гражданку Слепухину Диану Васильевну?
– По ней имеется разрозненная и противоречивая информация. Проблема в том, что эта девушка как минимум дважды – это то, что уже известно, – меняла фамилии. Следовательно, обновляла весь комплект документов. Только за последний месяц она побывала в нескольких странах: в Италии, во Франции, в Великобритании... и еще в Эмиратах. Именно в Дубаи, судя по полученной информации, она преимущественно и проживала последние полтора года. Ранее работала в московском и французском модельных агентствах. Была замечена в числе самых высокооплачиваемых «эскортниц» на закрытых мероприятиях, проводившихся очень состоятельными людьми из нашей страны за рубежом... И еще, что касается этой особы. Ранее она – в начале карьеры, скажем так – пользовалась покровительством небезызвестного сводника Петра Айзермана, поставляющего красивых и в меру подготовленных девушек для состоятельных
– Вот как? А кто ее нынешний покровитель?
– Тот, кто для достижения своих целей зачастую пользуется теми же методами, что Айзерман, но стоит по своему положению выше его...
В этот момент ожила включенная на дежурной волне портативная рация.
– Первый, ответьте старшему охраны!
Краснов поднес к губам «Кенвуд»:
– На связи Первый!
– Тут на объект просятся трое граждан! – донесся из рации голос подполковника Савельева. – Мои сотрудники остановили их транспорт у первого КПП. Говорят, что приехали по звонку своего знакомого, который пригласил их в усадьбу...
– Они сказали, кто именно им позвонил? И кто их попросил приехать в Майендорф?
– Нет... сказали лишь, что это их знакомые.
– Аккуратно выясните, кто такие. Но на объект никого не пропускать!
– Добро, будет исполнено!
Сергей сунул «Кенвуд» в нагрудный карман пиджака. Ирина Федоровна прижала пальцем микродинамик. Краснов тоже услышал в наушнике доклад одного из дежурящих в замке сотрудников ФСО:
– Двое молодых людей шумят. Требуют, чтобы к ним вызвали старшего...
Сергей посмотрел на часы. «Тик-так, тик-так...» На то, чтобы опросить главных участников «Бала мажоров», а затем и сложить разрозненные кусочки мозаики в единую картину случившегося, осталось немногим более полутора часов.
ГЛАВА 22
Сотрудники ФСО – дежурная бригада под командованием подполковника Савельева – еще ранним утром закрыли проезд от Рублево-Успенского шоссе к «Усадьбе Майендорф». В этом месте на обочине, на повороте с Рублевки, стоит дорожный указатель «КОНТРОЛЬ», запрещающий проезд без остановки через контрольные пункты (первый из двух КПП находится всего в полусотне метров за поворотом). В дополнение установили знак «Въезд запрещен».
В четверть одиннадцатого с Рублевки к усадьбе попытался проехать внедорожник «Тойота Ленд Крузер Прадо» серебристого цвета. Водитель джипа остановился под «кирпичом», почти вплотную с машиной фэсэошников, из которой тотчас же вышли двое сотрудников в штатском.
Из внедорожника тоже выбрались двое – это были крепкого телосложения мужчины. Один с виду славянин, ему лет тридцать пять. Второй, судя по чуть смугловатой коже, карим глазам и носу с горбинкой, – выходец из южных мест. Этому под тридцать. Водитель остался в машине.
– Командир, нам надо проехать в усадьбу! – сказал «славянин». – Могу я узнать, почему перекрыт проезд? Нас ждут в замке.
– Ваши документы.
– Не видите? У нас спецпропуск на лобовом стекле!
– Минутку! – сказал сотрудник ФСО. – Сейчас позову старшего...
Вскоре послышался рокот движков. От «ближнего» КПП, от «сторожки» подкатили два транспорта: черный джип «Мерседес» и микроавтобус «Фольксваген» с тонированными стеклами. Джип остановился возле «прадо». Микроавтобус проехал чуть дальше. Случайно или нет, но водитель его перекрыл возможность шоферу внедорожника сдать задним ходом...