Ксенофоб
Шрифт:
– Да! Ты все правильно понял. Я рад этому.
– Слушай... А чем, в таком случае, вы отличаетесь от тех же «скинов», «фашиков» и прочих наци? У них примерно такая же программа: уничтожить под корень всех «унтермешей» и жить в расово чистом государстве.
– Мы не собираемся никого уничтожать, – отчеканил Руденко. – Мы не отказываем в праве на существование ни одной нации и народности. Более того, мы считаем это право священным, поскольку оно даровано каждому живому существу Природой-матерью и является неделимой составляющей мироздания.
– Ух ты, как завернул...
– Но! – Руденко назидательно вздел указательный
– Ага! Так я и думал – не все тут просто...
– Нет, иронию можешь задушить втуне, все серьезно и диалектически взаимообусловлено.
– Эээ... А если как-то попроще?
Федина спина издевательски подмигнула «трапецией»: что, умник, напоролся на фаната-проповедника?!
– Все нации и народности должны обитать в исторически сложившихся границах своих территорий... – Руденко шпарил как по-писаному. – То есть, конкретно у нас – на Русской земле, должны жить и работать русские. Остальные могут приезжать сюда только как туристы: отдыхать, знакомиться с нашими святынями и достопримечательностями или обмениваться культурным и научным опытом. Все иноземцы – на данный момент только по официальным данным это более двадцати миллионов человек – должны немедля убраться к себе на родину. И жить там, как предписывают их национальные традиции, и в поте лица зарабатывать себе на хлеб насущный.
– Ага... Слушай, а как насчет... эмм... ну, того же «А-студио»? Или, допустим, уникальной методики доктора Назаралиева...
– Да, умеренная миграция научной и культурной элиты вполне допустима. Пусть их лучшие ученые, интеллигенция и культурные деятели едут к нам, если считают, что у нас для них более приемлемые условия. Это очень незначительный процент от общей массы и кроме пользы от этого ничего не будет.
– Ага... А остальные?
– Остальные: чемодан – вокзал – аул. Нам не нужна их наркота. Не нужны их криминальные сообщества, которые совершают на нашей земле более половины всего массива тяжких преступлений. Нам не нужно, чтобы они брюхатили наших глупых и доверчивых девок, которые будут потом рожать им детей и таким образом растить у нас в тылу «пятую колонну».
– Слушай, а вот такой вопрос... Вот смотри, помимо русских в Федерации есть и другие нации и народности...
– В смысле – даги, чечены и так далее?
– Да.
– Ну так а чем они отличаются от остальных? Чемодан – вокзал – Гудермес! Все – домой, баранов пасти, сельское хозяйство подымать, заниматься тем, что искони предписано историческим укладом. Вот скажи: почему татары массовым порядком не едут в Москву, а живут дома и вовсю развивают свой Татарстан? Башкиры – то же самое? Молодцы, разве нет? Достойный пример для подражания. Когда мы развалимся...
– А мы развалимся?!
– Обязательно! И не надо делать круглые глаза – рано или поздно это обязательно произойдет, в полном соответствии с историческим законом цикличности и в силу ряда особенностей развития и упадка всех существовавших до нас империй.
– Вообще, верится с трудом. Мы пока что – довольно крепкая страна, так что...
– Ты будешь смеяться, брат: но за год до распада Союза тоже никто не верил, что такое возможно. А Союз был куда как крепче нашей вконец обнищавшей и насквозь коррумпированной страны. Это была реальная сила, мощь, с которой считался весь мир. Ну и где теперь Союз? Развалился!
– Боже, как это горько слышать...
– Ну, тут уж ничего не поделать – это не мы придумали. Так, на чем мы там...
– Татары-башкиры у себя развиваются...
– А, точно: татары и башкиры – молодцы. Соображают, что по чем. А даги, чечены и прочие – зачем-то прутся в Москву и другие русские города. Ну и на фига эти чабаны прутся сюда из своих аулов? Какая нам польза от них? Ноль процентов. А вред? Сто процентов. Тогда вопрос: зачем они нам нужны?! Домой, домой! Пусть развивают родные горы и долины – а то ведь, когда отвалятся от кормушки, очень быстро сохнут с голоду.
– Так думаешь, все-таки отвалятся? Может, они с нами останутся...
– Да уж куда там! Империя развалится – и все разбегутся по исторически обусловленным пределам. И тогда начнется. Нет – не у всех. Вот татары и башкиры будут в полном ажуре. А у кого на тот момент не случится развитой инфраструктуры и какой-никакой базы – будут бедствовать. Ну, типа, как Грузия сейчас – и это еще не самый худший сценарий.
– Да, сильно... Слушай, ну так в Москве вообще будет пусто – там сейчас сплошь «грачи» и прочие... Одних «мамедов» – под два миллиона.
– Пусто не будет. Пусть в Москву едут наиболее одаренные Вани, Пети и Прасковьи из Воронежа, Урюпинска и Красноярска – и таким образом формируют нашу национальную элиту. Три-четыре поколения поездят, глядишь – и будет элита сплошь русская, без всяких там курчавых и носатых со странными фамилиями. Эта элита нам вскоре очень пригодится – перед лицом грядущих катаклизмов...
– Ну что ж... Сильно, сильно сказано...
– Ну так это же очевидно, разве нет? Почему русские довольствуются ролью статистов и молча наблюдают, как другие нации хозяйничают на их территории?! Или я чего-то упустил? Мы что, проиграли какую-то войну и теперь вынуждены терпеть на своей земле присутствие многомиллионного оккупационного корпуса?! Почему, спрашивается, мы должны мириться с тем, что все бывшие союзные республики поправляют свои национальные бюджеты за счет России? Почему, скажи мне?!
– Ну, в общем-то...
– Да нет, нет ответа на этот вопрос – можешь даже и не пытаться... Ну и, кроме того, скажи: разве двадцать миллионов рабочих мест нам самим не пригодятся?
– Нет, места – это, конечно, здорово... Но ведь есть места, на которые никто из наших просто не пойдет. А если некому будет улицы подметать?
– Нет плохой работы – есть низкая зарплата, – с готовностью парировал Руденко. – А пусть наши зажравшиеся воры-чиновники будут воровать не каждый день, а через раз, и подумают о повышении зарплаты. Будут платить тридцатник в месяц и дадут льготы – все брошу, сам пойду в дворники!
– Да, хорошо сказал. Добавить нечего, – я достал из кармана вчетверо сложенные листки с «домашними заготовками», развернул их и протянул Руденко. – Взгляни-ка.
– Это что? – со здоровой подозрительностью уточнил Руденко.
– Это списки и статистика. Да ты глянь, там все просто и доходчиво.
– Может, позже? Обязательно это делать прямо сейчас?
– Ну, не знаю... Вообще-то это наш совместный проект, так что неплохо было бы ознакомиться.
– Совместный?
– Ага. Мы – и вы.