Куда идем мы…

Нестеров Вадим

Монах непринужденно уселся на столе, по-турецки поджав ноги, помахал начальнику ручкой и изрек без пауз между словами:

— Привет-Кабан-триста-лет-тебя-не-видел-помнишь-ты-мне-должен?

Лицо начальника стало цвета ветчины, и самые слабовольные из подчиненных едва не забились под стол. Но ожидаемого термоядерного взрыва не последовало. Босс на удивление ровным голосом сказал:

— Планерка закончена. Никого не задерживаю, продолжим позже.

Псих дождался, когда возникшая в дверях пробка рассосется и только оставшись с боссом тет-а-тет,

подал реплику:

— А ты, Кабан, я смотрю, без меня совсем опустился. Окончательно из секача в офисную крысу переродился.

— Это дискуссионный вопрос, Псих, где сечи жарче. — все тем же ровным голосом ответил Кабан. — У меня здесь стабильно пять-семь эпических битв в неделю. То с подрядчиками, то со смежниками. Я наши старые времена как отпуск у моря вспоминаю — какая же, блин, спокойная жизнь была!!! Всех забот — клевцом махать да щитом отмахиваться. Благодать!

Он хмыкнул и неожиданно теплым голосом сказал:

— Рад видеть тебя живым и на свободе, Псих. Пусть и в монашеской рясе. Пить-то тебе не запретили?

— Извини, Кабан, в другой раз посидим. — Псих виновато развел руками. — Меня просто минут через десять жечь будут, вот я к тебе и метнулся, чтобы каким-нибудь артефактом в тему разжиться.

— В смысле жечь? — заржал Кабан. — На костер тебя поволокут? Аутодафе у столба устраивать?

— Не, не совсем. — захихикал в ответ Псих. — Скорее, как раскольника — в срубе спалить собрались.

— Больные люди. — повертел башкой Кабан. — Это как рыбу утоплением наказывать. Они что, не слышали, как ты у того китайца в алхимической печи чалился? Блин, и чему теперь только в школе учат? Они же употеют дрова подкладывать. А артефакт-то тебе зачем?

— Так то ж не мне. — пояснил Псих. — Я ж не один, мне двух юных идиотов прикрыть надо.

— Это другой разговор. — кивнул Кабан и деловито уточнил. — Радиус действия какой нужен?

— На небольшой домишко с пристройками.

— Ага, понял. — кивнул Кабан, секунду подумал и сказал — «Серые пижамные штаны пожарника» бери, в кланхране есть, у них радиус сорок метров, за глаза хватит. Там еще наведенная иллюзия встроена — снаружи всем будет казаться, что дом горит-полыхает.

— Отлично! — захихикал Псих и потер руки. — То, что требуется. Да, «Ветродуй» еще выпиши, раз все равно в кланхран прыгать.

— Мощность какая? — уточнил Кабан. — «Двойки» хватит?

— Вполне. — кивнул Псих. — Выписывай.

— Да уже. Вали забирать. Только, пожалуйста, не как в прошлый раз!

— Я теперь монах! — оскорбился Псих. — Мне теперь крысить не положено. Бог накажет. И вообще — стараниями Желтых Шапок я перековался и изменился. На свободу вышел с чистой совестью.

— Да, да, конечно. — саркастически закивал Кабан. — Охотно верю, сам псевдолог.

— Я в тебе и не сомневался. — заверил Псих. — Все, давай!

И исчез в зеркале портала.

с. Валдгейм,

Еврейской автономной

локации

48°41' с. ш. 132°58' в. д.

Вернулся Псих как раз вовремя — Левый и Правый уже стучали огнивом, запаливая хворост. Обезьян поспешно повесил на гвоздик в стене артефакт «Штаны пожарного». С виду это и впрямь были обычные пижамные штаны, к тому же растянутые на коленях. Потом он что-то пошептал над Четвертым и Драком. Те засопели еще интенсивнее.

— Ну вот, спите спокойно, жители Багдада. Не стоит вам в ближайшее время просыпаться, тут и без вас суеты достаточно будет. — удовлетворенно сказал Псих и прислушался. Судя по звукам, за стенкой уже занялся огонь.

— Ладно, — решил он. — Пора и мне идти восстанавливать мировую гармонию, наказывая чудаков-хозяев.

Он опять включил прозрачность и выскользнул из горящего гостевого дома. Оказавшись на территории монастыря, Псих извлек одолженный «Ветродуй v. 2.0»: артефакт, внешне напоминающий обычную медицинскую клизму.

Встав с нужной стороны, Псих принялся активно жмакать клизму. Тут же поднялся ураганный ветер. Пламя взревело, метнулось вверх и перекинулось на соседнее здание.

— Вот так вот, пошла вода в хату… — удовлетворенно хмыкнул Псих и добавил оборотов, раздувая пламя. Вскоре пылало уже несколько строений.

— Ну и где же эти поджигатели? — нахмурился обезьян. — Они что — всю монастырскую братию спалить решили? Вообще-то мой план предусматривал исключительно материальные потери.

Но тут раздался гулкий звук — кто-то со всей дури бил в колокол и оглашено орал на два голоса:

— Пожар!!! Горим, мля!!! Вставайте, братья, будите всех!!! Быстрее, быстрей же!!! Сильно занялось, не отстоим! Скот выводите, ценности спасайте!!!

Это Правый и Левый, отчаявшись потушить огонь своими силами, ударили в набат.

По двору забегали монахи в нижнем белье. Между ними, практически невидимый, сновал Псих и периодически подрабатывал клизмой, направляя огонь в нужную сторону. Приглядевшись, можно было заметить определенную систему в его безумных прыжках — он явно гнал огонь в сторону от конюшни, жалея лошадей, и не пускал пламя к келье настоятеля — надо полагать, оберегая рясу.

Самому же игумену в этот момент было явно не до рясы — расхристанный, потрясая седой бородой, он метался между горящими зданиями своего монастыря и орал что-то вроде: «Горе! Горе мне, грешному!!! Яви милость свою, каюсь я! Каюсь и ныне и присно! Не погуби, создатель!».

Пожинающий плоды своей жадности настоятель даже не предполагал, что в этот самый миг посреди его кельи открылся портал, из которого вылез богато одетый демон, покрытый шерстью цвета воронова крыла.

— Ваше высокопреподобие! Просыпайтесь! Ваш монастырь горит! Пожар виден уже с той стороны Биры. Мне как только доложили, я сразу же портанулся к вам — помочь по-соседски. Ваше высокопреподобие? Ваше высокопреподобие, вы где?