Кукловод
Шрифт:
– А зачем им это знать? – удивилась она. – Я хоть и крепостная, но собой вольная, и могу сама себе на орехи заработать!
– Вот оно что! – наконец понял я такой неожиданный для меня расклад. – Спасибо, ради этого ко мне приходить не нужно, а на орехи я тебе и так могу дать.
В подтверждении, я сунул ей серебряную монету в пять франков. Аннет взяла ее, как говорится, бестрепетной рукой и отблагодарила меня реверансом и прочувственным взглядом.
– Ты сейчас иди, мне нужно отдохнуть, – попросил я, чтобы разрешить щекотливую ситуация. – Как-нибудь потом поговорим…
Девушка
Пожилая женщина со звенящей на поясе связкой ключей, вместо того чтобы честно сказать, что горячей воды нет, когда ее согреют неизвестно и начать жаловаться на беспросветную долю и тяжелую жизнь, легко подхватилась и пообещала, что воду принесут тотчас, спросила какое мыло я предпочитаю и быстрым шагом удалилась. Я, же в полном смятении остался стоять на месте, не понимая что, здесь происходит, и куда меня забросила судьба!
Впрочем, шок прошел минут через двадцать-тридцать, когда вместо деловитой матроны ко мне в комнату явился какой-то сонный охламон с пустым глиняным горшком и на вопрос, где вода, ответил, что расплескалась по дороге. В этот момент я облегченно вздохнул и поверил, что по-прежнему нахожусь в любезном отечестве.
– Баня у вас здесь есть? – миролюбиво спросил я его.
– Баня?! – удивленно, даже скорее, отрешенно, переспросил он, будто я поинтересовался тайным военным полигоном. – Кто же ее знает, может, есть, а может и нет. Каретный сарай есть, конюшня есть, рига, – начал он неспешно перечислять дворовые постройки, – коровник, сенной сарай тоже есть…
Назвав очередное строение он на миг замирал, ожидая вопроса о бане, но я молчал, тогда охламон хитро подмигивал распухшим глазом и называл следующую службу. В другом случае, я возможно и возмутился бы на такую нехитрую тактику развести приезжего лоха на пустом месте, однако теперь мне было не до лукавых рабов и их проблем с опохмелкой. Я внимательно выслушал все, что соизволил сказать лакей, поблагодарил его за интересный, содержательный рассказ и сам отправился на поиски горячей воды.
Энергичная ключница уже вернулась на свой стул и с нетерпением ждала новых барских распоряжений и капризов. Мы с ней обменялись понимающими взглядами, и я вышел во двор. Баня как ей и положено, оказалась на задах усадьбы, при ней состояли два мужика, которые за несколько медных копеек устроили мне прекрасную помывку, почистили одежду, так что к обеду я стал вполне комильфо.
За барским столом в просторной трапезной сошлось человек двадцать гостей и приживалов. Я здесь никого не знал, потому устроился подальше от головы стола, тем более что никого яствами тут не обносили. Николай Николаевич нашел меня взглядом и жестом предложил сесть рядом, однако я поблагодарил его поклоном и остался на своем месте.
По случаю возвращения хозяина обед получился праздничным. Уже давно мне не доводилось есть разносолы,
Несмотря на то, что тосты в честь Урусова следовали один за другим, и в питие себя никто не ограничивал, никто не напился, и собравшееся общество вело себя вполне пристойно. Когда я немного привык к обстановке, начал приглядываться к новым лицам. Судя по стилю поведения, за столом собрались люди как-то зависимые от хозяев, что чувствовалось в излишних восторгах в адрес княжеской четы и некотором подобострастии поведения. Впрочем, все оставалось в рамках приличия, что меня, честно говоря, порадовало. Нет ничего противнее, наблюдать за добровольным унижением раболепных подданных.
Когда физические возможности обедающих оказались, исчерпаны и самый ненасытный гость, мужчина непомерных размеров со щеками, закрывающими уши, откинулся на спинку стула, довольный князь подозвал обоих поваров и на двух языках высказал им свое благоволение. На этом, собственно, обед и окончился. Все встали из-за стола. Несколько мужчин прошли в биллиардную, пить ликеры и курить сигары. Сам же Николай Николаевич и остальная часть компании, включая, дам, отправилась по своим покоям отдыхать.
Только лишь я вошел в свою комнату, как стащил с ног сапоги, сбросил всю одежду и сразу же рухнул в постель. Впервые за довольно продолжительный промежуток времени мне удалось по-человечески поесть и лечь на чистые простыни. Сон сразил меня, как удар дубиной по голове. Стоило только вытянуться на постели, как я мгновенно заснул и проспал без перерыва до середины ночи.
Разбудили меня скрип половицы и свет горящей свечи. Я открыл глаза и увидел склонившегося над собой человек. Свеча стояла за его спиной на столе, и лица нежданного гостя рассмотреть было невозможно.
– Кто вы?! – хриплым со сна голосом спросил я, еще ничего толком не соображая после темного, провального сна на полный желудок.
Незнакомец отпрянул и окончательно превратился в темный силуэт.
– Не бойтесь меня, я не причиню вам зла! – громким шепотом ответил он.
– А я и не боюсь, – сварливо ответил я, осознавая, что лежу голым поверх одеяла и от этого испытывая понятное неудобство. – Как вы сюда попали?
– Дверь была открыта, – виновато ответил он, – я случайно зашел…
И зачем-то зажег свечу, – подумал я, а в слух сказал:
– Если вам это не помешает, то я встану и оденусь!
– Да, конечно, извините, я выйду и подожду в коридоре.
Он действительно пошел к двери и теперь, когда свет оказался за его спиной, я разглядел худощавую фигуру молодого человека в шлафроке с совершенно лысой головой. Я быстро встал и натянул на себя белье и панталоны.
– Теперь можете войти, – позвал я.
Ночной гость тотчас вернулся в комнату. Было ему на вид лет двадцать пять.