Кукловод
Шрифт:
– Нет, нас никто не должен видеть, быстрее там стоит лестница! – нетерпеливо сказала она, подталкивая меня к окну.
Каким ни странным показалась мне ее предложение, я подчинился напору и открыл окно. Лестница и правда оказалась на месте. Мы быстро спустились вниз. Снаружи от снега было довольно светло, и я рассмотрел одежду княжны. В таком виде можно было грабить на большой дороге.
– Ты можешь объяснить, что случилось? – спросил я, когда мы обошли дом и крадучись, направились к въездным воротам.
– Нет времени на
– Мы с тобой бежим вдвоем, или с нами едет еще кто-нибудь? – спросил я, увидев метрах в ста от ворот небольшой крытый экипаж, запряженный парой лошадей.
– С нами только кучер, – ответила княжна, не замедляя шага.
Похоже, что с сердцем у нее в тот момент было все в порядке. Мы быстро добрались до кибитки. Кучер уже успел открыть дверцу, и мы влезли внутрь. Не успели расположиться, как лошади застучали копытами, под полозьями заскрипел снег и возок закачался на рессорах.
– Теперь ты можешь говорить? – спросил я, размещая в тесном пространстве свой арсенал. – Рассказывай, что это за спешный отъезд и, вообще, что происходит.
– Нас хотели убить, – коротко, ответила она.
– Я это тоже заметил, – согласился я.
– Мой брат колдун, – добавила Мария. – Он чернокнижник!
– Слушай, не слишком ли тут много собралось колдунов? Меня тоже обвиняли в колдовстве!
– Иван настоящий колдун, он сегодня попытался меня убить. Ты ему помешал и теперь он хочет избавиться от нас обоих! – объяснила она.
– Ты серьезно веришь во все эти сказки? – спросил я.
– Верю, – ответила она и перекрестилась, – и никакие это не сказки!
Я вспомнил, все, что сегодня говорил о ней князь Иван и осторожно спросил:
– У вас что, с братом плохие отношения?
– Он меня ненавидит и хочет погубить, – ответила она. – Это Иван убил всех моих братьев и сестер!
Обвинение было слишком серьезно, даже для ее взволнованного эмоционального состояния.
– Ты в этом уверена? – спросил я. – Все-таки он твой брат! Ты можешь это хоть как-то доказать?
– Все мои старшие братья и сестры умерли в малолетстве, – заговорила Мария, – Иван нас всех ненавидел и убил, он и меня ненавидит!
– Ну и что, мало ли чего не бывает в семьях. Достаточно часто братья, и сестры не любят друг друга, это еще не повод для таких обвинений.
– Он всегда сидел взаперти и читал свои книги!
– Ну, это еще не самое большое преступление, не все кто читают книги, убивают своих родственников. Тебя же он до сих пор не убил.
– Ты напрасно мне не веришь. Когда один за другим умерли мои братья и сестры, маменька не захотела здесь оставаться, и мы переехали в звенигородское имение. То есть я не сама переехала, это было еще до моего рождения, маменька меня только носила. Родители поселились там, а брат Иван не захотел ехать с ними и остался здесь, – она помолчала, видимо
– Мы летом всегда жили там, а зимой в Москве. Ивана я видела всего несколько раз. А когда пришли французы, мы оттуда бежали и все оказались здесь.
– Ну и что с того?
– Как только мы сюда приехали, у меня сразу же стало болеть сердце и я начала задыхаться!
– Погоди, ты выходит, болеешь недавно? – это было действительно странно, я, когда ее осматривал, решил, что порог сердце у княжны врожденный.
– Конечно недавно, с конца лета, как только оказалась здесь! – достучалась, наконец, Мария до моего тупого восприятия. – А я тебе что, целый час толкую!
– Ну-ка дай руку, – попросил я.
– Зачем? – после секундной заминки спросила барышня.
– Проверю, как ты себя чувствуешь.
– По руке? – хихикнула она.
– Могу проверить по шее или по груди, но тогда тебе придется раздеться, – не принимая шутливого тона, ответил я.
Она, похоже, вспомнила, что я ночью уже так делал и без разговоров, протянула мне руку.
Удивительно, но с пульсом у нее оказалось все в порядке, так, как будто недавно не было жесточайшего сердечного приступа, едва не сведшего ее в могилу. Я уже просто не знал что думать.
– Зачем ты меня за руку брал? – заинтересованно спросила девушка, когда я отпустил ее запястье.
– Проверял, как бьется сердце, у тебя все хорошо, ничего не болит?
– Ничего, а что по руке это можно узнать? Ты так гадаешь?
– Гадаю, – чтобы избежать расспросов ответил я, – теперь говори, твои родители знают, что ты уехала, да еще не одна?
– Конечно, нет, меня бы никуда не отпустили. Маменька не верит, что Иван хочет меня уморить. Потому я так торопилась, сейчас у нас гости и до ночи никто меня не хватится.
– Понятно, – сказал я, начиная осознавать в какую авантюру втравила меня девчонка.
Получалось, что она сбежала из дома с любовником и любовник это я. Как только обнаружится, что мы с ней исчезли, княжеское семейство организует погоню за коварным соблазнителем и невинной овечкой.
– И куда мы сейчас едем?
– В звенигородское имение, куда же еще! – спокойно ответила она. – Я не собираюсь жить в одном доме с Иваном!
– Ты с ума сошла, туда ехать нельзя, там сейчас французы!
– Ну и что? – удивленно спросила девушка. – Нам-то что до них?
– Ничего! Только если мы их встретим, то нас тотчас ограбят, лошадей отберут, тебя изнасилуют, а меня убьют!
Маша какое-то время обдумывала мои слова, потом сказала дрогнувшим голосом:
– Они не посмеют!
– Ты уверена?
– Не знаю, но оставаться с Иваном под одной крышей я не могу!
В этом она, пожалуй, была права, и я прекратил спор. Теперь в любом случае нужно было не ссориться, а искать какой-нибудь выход. У меня от всего этого даже заболела голова.